Барбара Картленд - Пират в любви

— Ему непременно заплатят, — ответил лорд Сэйр. — Спросите, как зовут хозяина дома.

Офицер выполнил просьбу и сказал, поговорив с малайцем:

— Этот человек называет имя, похожее на Хендерсон.

— Отлично! — обрадовался лорд Сэйр. — Я его знаю. Попросите туземца проводить нас, я его щедро вознагражу.

Моряк вгляделся в окружающие их темные деревья.

— Вы считаете, что все будет в порядке, милорд?

— Надеюсь, — ответил лорд Сэйр. — Мне известно, что здешние леса считаются непроходимыми, но у туземцев всегда есть свои тропки.

— Это верно, — согласился офицер, — но, может, лучше дождаться рассвета?

— Да нет, мы, пожалуй, рискнем, — сказал лорд Сэйр.

Спохватившись, он обратился к Бертилле:

— Разумеется, если вы согласны.

— Да, конечно, — ответила она.

Морской офицер объяснил малайцу, что от него требуется, и тот зашагал по берегу, держа в руке фонарь со вставленной в него свечой.

Лорд Сэйр и Бертилла последовали за ним и едва сошли с прибрежной гальки, как оказались в лесу.

Деревья высились совсем близко к кромке воды, и на фоне неба их громады казались совсем темными и пугающими. Малаец шел впереди, петляя между стволами и ловко избегая зарослей кустов и опутывающих все лиан.

Словно бы поняв, что это придаст Бертилле храбрости, лорд Сэйр взял ее под руку и повел за собой, словно ребенка.

Она крепко держалась за него.

Море осталось позади, и все, что они теперь видели, был свет фонаря да отблески этого света на стволах деревьев и зелени кустов.

Шли они медленно, и Бертилла наконец ощутила то, что в путеводителе по Малайе называли «чудесными ночными ароматами леса».

Необычные неизведанные запахи исходили от стволов деревьев, от цветов, которыми были усыпаны их ветви, и от цветов, растущих на земле.

Они шли и шли, окруженные загадочной жизнью леса, и Бертилла мало-помалу начала прислушиваться.

Она слышала движения мелких животных в подлеске, трепетание крыльев вспугнутых птиц, а может, то были белки-летяги, которых ей так хотелось увидеть.

Она гадала, видят ли их сейчас обезьяны… а чего доброго, и тигры затаились где-то во тьме.

Ее пальцы непроизвольно сжались крепче, и лорд Сэйр остановился, чтобы спросить:

— Что-то не так? Мы не слишком быстро идем?

— Нет-нет, все в порядке, — ответила Бертилла.

— Не страшно?

— С вами нет, но будь я одна…

— Я защищу вас, — сказал он весело. — Боюсь только, что единственное мое оружие — это голые руки.

— Слабое оружие против тигра.

— Уверен, что с тигром справится наш проводник.

С этими словами он бросил взгляд на идущего впереди малайца, Бертилла тоже пригляделась к нему и увидела в правой руке у туземца примитивное копье.

— Как видите, у нас вооруженная охрана, — усмехнулся лорд Сэйр.

Она понимала, что он старается подбодрить ее: ведь он же чувствовал, что лес кажется ей угрожающим и таинственным.

Как было бы ужасно оказаться на борту горящего корабля без лорда Сэйра, подумала Бертилла. Хуже всего, если бы в роли ее покровителя выступил мистер Ван да Кемпфер.

Но ей повезло: она в безопасности, когда ее держит за руку лорд Сэйр. Мало того, она неожиданно оказалась наедине с ним.

— В конце концов, — заговорила она, — это просто необычайное приключение, и в свое время о нем напишут в вашей биографии.

— Вам все еще представляется, что я прославлюсь и удостоюсь такой чести?

— Само собой разумеется! — воскликнула она. — Они расскажут в этой биографии, как вы блуждали по джунглям Малайи и задушили тигра голыми руками, чем спасли множество людей от безвременной гибели.

Его звонкий смех нарушил лесную тишину.

— Вы просто задались целью сделать из меня героя, — сказал он, — а поскольку мне это весьма лестно, не стану вам перечить.

Тем временем деревья начали редеть, а немного погодя впереди показался свет.

— Хендерсон… дом… — заявил проводник, показывая пальцем.

Он пошел быстрее, видимо, желая поскорее получить обещанные деньги.

Когда они подошли ближе, Бертилла увидела, что дом представляет собой очень большое бунгало с островерхой черепичной крышей.

Несмотря на поздний час, почти во всех окнах горел свет; они вошли в сад, и тут Бертилла заметила, что дом окружен верандой.

Очевидно, у них там вечерний прием в разгаре, подумала девушка, и ей вдруг стало неловко за свой внешний вид.

Она была в том же простом платье, которое надела по случаю обеда, и в накинутом на плечи шифоновом шарфе.

Волосы ее всю дорогу цеплялись за ветки деревьев и кустов, подол платья и туфли были в грязи и в пятнах зелени.

Она поглядела на лорда Сэйра и подумала, что ему хоть сейчас в какой-нибудь лондонский бальный зал.

Только бы ему не пришлось стыдиться за нее! Очень хотелось бы на это надеяться.

Они поднялись на веранду, и проводник громко постучал по распахнутой двери.

В доме послышался говор нескольких голосов, а потом чей-то один — мужской — произнес:

— Кто бы это мог явиться в такое время?

В дверях показался седой загорелый мужчина в белом костюме; в руке он держал стакан.

Лорд Сэйр выступил вперед и воскликнул:

— Мистер Хендерсон! Я — лорд Сэйр. Мы не встречались уже несколько лет. Корабль, на котором я направлялся в Сингапур, затонул в Малаккском проливе.

— Боже милостивый! — отозвался мистер Хендерсон и протянул руку. — Разумеется, я помню вас, лорд Сэйр. Мы встречались в доме губернатора. Вы говорите, что ваш корабль затонул?

— На «Короманделе» вспыхнул пожар, но все, кто был на борту, спасены.

— Благодарение небесам! — сказал мистер Хендерсон. — Но входите же!

— Позвольте представить вам мисс Бертиллу Элвинстон, мою спутницу.

Бертилла подала руку, и мистер Хендерсон сердечно ее пожал.

Лорд Сэйр вознаградил проводника несколькими золотыми монетами, после чего нежданных гостей провели в уютную гостиную, в которой сидели и выпивали человек шесть гостей.

Миссис Хендерсон была пухленькая улыбчивая женщина средних лет, прямо-таки источавшая приветливость и доброту.

Гости, по-видимому, были плантаторы, как и хозяин дома.

Они засыпали лорда Сэйра вопросами и, пока он рассказывал о событиях на корабле, то и дело издавали восклицания ужаса.

— А куда же направились другие пассажиры? — спросила миссис Хендерсон.

— Да кругом здесь полно домов, где их могут приютить, — ответил ее муж. — Хотя бы Фрэнклины и Уотсоны, они живут близко к морю, как и мы.

— Я взял бы на себя смелость сказать, — вставил свое слово лорд Сэйр, — что большинство пассажиров побоялось бы ночью идти через лес. Когда я спросил, чей дом находится ближе всех, мне назвали ваш, вот я и пошел на риск добираться к вам в темноте.