Дэнис Аллен - Помни меня

– Но совесть не позволит вам бросить меня, мисс Дарлингтон. Если вы это сделаете, может произойти все, что угодно. Все, – многозначительно подчеркнул он.

– Теперь вы решили разыграть мелодраму! Да, это верно. Меня волнует, что будет с вами, если я оставлю вас одного. Хотя не думаю, что многочасовая тряска в экипаже больше пойдет вам на пользу, чем навязчивая забота миссис Бин.

– А что, если я докажу вам, что вполне здоров? – спросил Джек и сделал попытку подняться, свесив ногу с кровати.

– Если вы осмелитесь встать с постели без одежды, я закричу! – пригрозила она и, покраснев, выставила вперед руки, словно хотела от него защититься.

Джек совершенно забыл о том, что он абсолютно голый, поэтому быстро юркнул в постель и закрылся простыней до подбородка.

– Интересно, что подумали бы о нашем браке миссис Бин, да и все ее постояльцы, если бы вы закричали? Впрочем, я прошу меня извинить. Просто я уже так долго лежу в постели и мне здесь так уютно, что я совсем забыл… – Он помолчал, подыскивая корректные слова: – Забыл, что не вполне одет для выхода.

– Ваша одежда должна уже быть готова, – сказала Аман-да, выдавая свое смущение тем, что без конца теребила пуговицы платья. – Я поговорю с горничной. – Она направилась к двери.

– Видите ли, я не смогу одеться до тех пор, пока…

Мисс Дарлингтон медленно повернулась, и ее руки, которые, как он помнил, были очень нежны и прохладны, сжались в кулаки. Впрочем, может быть, ему просто приснилось ее прикосновение?

– Пока – что? – с угрожающим спокойствием проговорила она. Ее терпение было на пределе.

– Пока не приму ванну, разумеется. – Он взглянул на нее так, словно ответ был очевиден.

– Да, я об этом как-то не подумала. Может быть, вам лучше…

– Мне лучше принять ванну, – закончил он за нее.

– Ну, что ж… Я прикажу, чтобы согрели воды. – Она повернулась, чтобы уйти.

– Но мне понадобится помощь, – напомнил он, когда Аманда уже открывала дверь.

Она опять повернулась, и по ее суровому и непреклонному выражению лица он понял, что надоел ей бестактными напоминаниями о смущении, которое ей пришлось пережить.

– Независимо от того, какие аргументы вы приведете, сэр, я не стану помогать вам принимать ванну, – ответила она ледяным тоном. – Я не ваша жена. И я не Грета, чье очарование и прочие неоспоримые достоинства, я уверена, вы рано или поздно вспомните. Что касается меня, Джон, то вряд ли я останусь для вас настолько приятным воспоминанием, что вы будете когда-либо повторять мое имя в бреду.

– Тогда, может быть, горничная согласится протянуть мне руку помощи, – с притворной застенчивостью предложил он. Его веселила беседа с мисс Дарлингтон, и он не мог отказать себе в удовольствии ее подразнить.

– Кто-нибудь из моих слуг вам поможет, – кивнула она, приняв окончательное решение, и после небольшой паузы добавила угрожающе: – Я думаю, Тео подойдет для этого лучше всего – он самый сильный из всех и ненавидит вас больше остальных.

– Да, но мне нужно побриться, мисс Дарлингтон, – смеясь, возразил Джек. – А ваш Тео каждый раз смотрит на меня так, что я всерьез опасаюсь за свою жизнь. А уж если он возьмет в руки бритву и поднесет ее к моему горлу…

– Тогда вам придется вести себя очень прилично, – торжествующе заключила она. – Будьте сдержанны и не досаждайте мне, а то я скажу Тео, что не особенно огорчусь, если его рука дрогнет, когда он будет вас брить!

После ее ухода на лице Джека еще долго сияла довольная улыбка. Он не помнил, когда в последний раз так отлично развлекался – впрочем, он ведь вообще ничего не помнил.

Джек потер небритый подбородок и загрустил. Что ж, может, ему повезет, и у Тео окажется твердая рука, и он не одержим страстью к душегубству. Затем ему в голову пришла мысль побриться самому. То, что она не пришла ему в голову раньше, говорило о том, что он, очевидно, не привык осуществлять эту процедуру самостоятельно и прибегал к помощи камердинера.

Джек вздохнул и подумал, что, если бы не страдал амнезией, он бы вспомнил о камердинере, а также возобновил знакомство с удивительной Гретой. Разве может быть более нежное проявление дружбы со стороны женщины, чем то, когда она купает мужчину!

Он откинулся на подушки и с наслаждением представил себе горячую ванну с хлопьями мыльной пены. А рядом с мягкой губкой в руках и с ласковой улыбкой стояла… мисс Дарлингтон.

Аманда была поражена – всего за несколько часов «Джон» воскрес из мертвых. Казалось, вот только что он умирал и походил на труп, а теперь вдруг ожил и был вполне готов отправиться в путешествие. Тео помог ему дойти до ванны и забраться в нее. Аманда, разумеется, при этом не присутствовала, но позже, когда они встретились в холле, слуга полностью перед ней отчитался: «Джон» отказался от помощи и вымылся сам, кроме того, несколько раз с сожалением упомянул о какой-то Грете.

– Я запомнил имя, мисс, потому что подумал: а вдруг оно поможет найти родственников этого парня? Как вы думаете, может, это его сестра? – предположил Тео.

– Я уже говорила с джентльменом об этой женщине, – ответила она невозмутимо. – К сожалению, она ему не родственница.

Тео выслушал ее объяснение с мрачным видом, после чего произнес:

– Что ж, главное, что он теперь чистый и снова лежит в постели. Я хотел помочь ему побриться, но он не подпустил меня к себе и побрился сам, пока сидел в ванне.

Это замечание вызвало в воображении Аманды весьма соблазнительную картину: его широкая грудь в мыле, массивные колени торчат из воды, как вулканические острова из морской пены, а пальцы ловко сбривают со щек черную пиратскую щетину.

– Что с его одеждой? – спросила она, стараясь не думать о том, что ей придется еще одну ночь провести в комнате с обнаженным мужчиной. И если накануне он был слаб и беспомощен, то теперь в здравом уме и полон сил.

– Миссис Бин принесла ему ночную рубашку, чтобы подготовить его одежду к завтрашнему дню. – Тео тихо проговорил, придвинувшись к Аманде: – Мы ведь не возьмем его с собой, правда, мисс?

– Я не могу оставить его с миссис Бин, Тео, – сокрушенно развела руками Аманда. – Доктор сказал, что у него могут быть приступы и помутнение рассудка, пока рана окончательно не заживет. Так что за ним нужно ухаживать до тех пор, пока он снова не окажется в кругу семьи и память его не восстановится.

– Но это может вообще никогда не произойти, – возразил Тео. – Неужели вы собираетесь везти его в Дарлингтон-Холл!

– Конечно, нет. Но он только начал поправляться после несчастного случая, и я не могу бросить его на произвол судьбы. Возможно, к тому времени, как мы доберемся до Чичестера, он настолько окрепнет, что его можно будет оставить на попечение властей. На Торни-Айленд он с нами не поедет.