Нора Хесс - Заклятые враги

Наконец, вернулся Лэндри и уселся на край одеяла в ожидании ужина. Серена поставила перед ним тарелку с поджаренными белками, печеный картофель … и еще что-то непонятное. Илай вопросительно взглянул на девушку.

— Это печенье, По, — с воодушевлением пояснила она. — Попробуй!

Лэндри поднес ко рту бледно-желтый комочек, с трудом откусил, погрыз немного и разочарованно отбросил в сторону.

Серену охватило отчаяние.

— О, По, неужели оно такое ужасное? Она тоже взяла так называемое «печенье» и попробовала вонзить в него зубы.

— У нас еще осталась холодная кукурузная лепешка, — сказала девушка, отбросив несъедобный кусок в траву. Увидев, что даже пес не захотел его грызть, она окончательно расстроилась и залилась слезами.

— Успокойся, дорогая! — ласково погладил ее по спине Илай. — Главное, что ты старалась. Я умею печь хлеб и как-нибудь научу тебя. А теперь мне хочется попробовать свежатинки! — Он с жадностью вонзил зубы в сочное мясо и, съев с аппетитом целый кусок, поинтересовался: — Откуда у нас эти маленькие разбойницы? У тебя появился дружок?

Илай понимающе засмеялся, когда Серена буркнула в ответ, что никакого «дружка» нет.

— Думаю, это Джон подкинул тебе белок, — предположил он, допивая кофе.

— Я взяла их только потому, что он сказал, что они для тебя, — парировала Серена.

Лэндри примирительно закивал головой.

— Правильно сделала, милая. Ты же знаешь, что я обожаю белок, — он с тревогой посмотрел на ее тарелку. — Серена, почему ты не ешь мясо? Тебе оно обязательно понравится. Учти, нам целую зиму придется питаться дичью.

Девушка замотала головой:

— Я не смогу проглотить и кусочка.

— Сможешь, — Илай пододвинул к ней тарелку. — Давай, бери. Джон ничего не узнает.

Но Джон все-таки узнал. Он сидел около увеселительного фургона и с интересом наблюдал за происходящим у костра Лэндри. Джон хорошо представлял себе их разговор, так как жесты были достаточно красноречивы. Когда Серена, наконец, стала жадно обгладывать беличью ножку, он усмехнулся и пробормотал:

— Маленькая упрямая ведьма!

Квейд продолжал рассматривать южанку. Его глаза скользили по белой шее, округлой груди, виднеющейся в вырезе платья… Чувствуя, как внутри нарастает желание, Джон одернул себя:

— Занимайся своими девушками. Эта не для тебя. Тем не менее, он отверг молчаливое предложение Джесси, пробормотав, что хочет прогуляться. Джон торопливо зашагал прочь, криво улыбаясь и чувствуя на себе озадаченный взгляд проститутки.

ГЛАВА 7

Сизый дымок стоял над лагерем во время второй ночной стоянки. Утром они благополучно пересекли небольшую речку и теперь двигались в направлении Биг-Блу-Ривер. Последние несколько часов пути их преследовали индейцы, держась на некотором расстоянии от обоза. И сейчас, сидя у костра. Серена обеспокоено вглядывалась в темноту. Может, они рядом, наблюдают за ними, ждут, когда все уснут, чтобы проникнуть в лагерь и перебить переселенцев?

По старался ее приободрить:

— Не беспокойся! Индейцы следили за нами из любопытства.

Но встревоженные голоса матерей, укладывающих детей спать еще больше напугали Серену. Она поспешила подбросить в костер хворосту, и только когда пламя разгорелось ярче, девушка запоздало поняла, что тем самым привлекает к себе дикарей. Из страха быть похищенной, Серена схватила палку и стала тушить огонь.

Сегодня Илай опять отправился к месту сбора мужчин, и девушка нервно вышагивала вокруг фургона, ожидая его возвращения. Остановившись, чтобы смочить пересохшее от волнения горло, она увидела, что в ведре совсем нет воды. Путь к ручью был безопасен, а заодно Серена решила хоть таким образом «убить время».

Дорогу к воде преграждал фургон Хансенов. Серена нахмурилась: доверить подобным людям такое место! Они, наверняка, подслушивают разговоры женщин у ручья.

Серена обрадовалась, увидев у воды только одну фигуру. Это была молодая индианка Нину. Пламя костра на миг осветило ее, и Серена убедилась, что девушка, действительно, поразительно красива. Не удивительно, что старый Хансен и его сыновья не спускают с нее глаз.

Индианка стирала в ручье домотканую одежду. Она сосредоточенно терла песком чью-то рубашку, но, услышав шаги, подняла голову и улыбнулась. Серена приветливо кивнула в ответ и зачерпнула воды. Господи! Да она же ледяная! Должно быть, у Нину совсем окоченели руки!

— Не слишком ли поздно ты затеяла стирку? Мне кажется, что до захода солнца вода была хоть немного теплее.

Нину бросила тревожный взгляд в сторону фургона Хансенов.

— Одежда совсем не грязная, надевали только раз. Но «буйволица» говорит, что я не должна сидеть сложа руки.

Удачное, прозвище миссис Хансен рассмешило девушек, и хотя они изо всех сил старались сдержаться, Берта Хансен высунулась из повозки и окинула их холодным взглядом.

Серена прошептала:

— Это женщина — сущий дьявол! Нину серьезно кивнула.

— Все это семейство ужасное, но она хуже всех, и рука у нее самая тяжелая.

— Берта бьет тебя? — с негодованием спросила Серена. — Почему?

Нину едва слышно ответила:

— Думаю потому, что мистер Хансен больше не спит с ней, и она подозревает, что он ходит ко мне.

Серена вспомнила, что По как-то намекал на это, и, чувствуя отвращение к тучному священнику и жалость к девушке, она осторожно спросила:

— А он, действительно, … ходит к тебе? Краска смущения залила смуглые щеки девушки.

Она молча выжала одну рубашку и взялась за другую, потом тихо призналась:

— Мистер Хансен и его сыновья лежат и все время ждут меня…

Серена снова вспомнила слова По о том, что индианке, возможно, нравится внимание Хансенов. С минуту она рассматривала стройную фигурку, потом напрямик спросила:

— Почему ты живешь с ними, Нину, и терпишь подобное обращение?

Девушка горько усмехнулась.

— А куда мне еще идти? Индианка никому не нужна…

— Ты всегда можешь уйти к Джесси и ее девочкам. Я уверена, что она будет хорошо обращаться с тобой и никогда не ударит. По Лэндри говорит, что у Джесси доброе сердце, несмотря на острый язык.

Серена замолчала, обдумывая, как бы получше объяснить Нину, что ей придется делать в красном фургоне, и чуть было не рассмеялась над своей наивностью. Разумеется, индианка и без нее знает, чем занимаются в увеселительном фургоне. Серена только добавила для убедительности:

— По крайней мере, ты сможешь выбирать мужчин и получать за это деньги.

В глазах Нину появился интерес, но тут же пропал.

— Старый Хансен никогда не позволит мне уйти.

— Что значит — не позволит?! — сердито прошипела Серена. — Ты можешь идти, куда пожелаешь. Если хочешь, я отведу тебя к Джесси прямо сейчас.