Джоан Вулф - Обман

— Вы имеете в виду предоставление Франции кредита банкирским домом Берингов с целью дать французскому правительству возможность заплатить репарации странам-победителям?

— Именно, — кивнул Гарри.

Парижский мирный договор, подписанный после битвы при Ватерлоо, среди прочего предусматривал, что Франция должна заплатить государствам-победителям репарации в количестве 700 миллионов франков. Поскольку столь тяжелое финансовое бремя было явно не по силам французской экономике, англичане договорились с британскими банкирскими домами братьев Берингов и Хоупса о предоставлении французскому правительству долгосрочного займа.

— Договор о предоставлении займа должен быть подписан в следующем месяце, — снова заговорил Гарри, причем озабоченность в его взгляде стала еще более явной. — Адриан должен приехать в Лондон и проследить, чтобы все связанные с этим вопросы были решены без задержек.

Я почувствовала, как кровь отливает у меня от лица, и закусила губу.

— Он собирается остановиться в Лондоне или же, по-вашему, он приедет сюда?

— Он наверняка планирует приехать в свое основное поместье, Грейстоун-Эбби, — ответил Гарри. — Вообще-то у меня сложилось впечатление, что Адриан собирается вообще остаться в Англии. В своем письме он упомянул, что слишком долго находился вдали от родового имения.

Я оглядела уютную, теплую комнату и подавила горестный вздох, готовый вырваться у меня из груди. Мне было очень хорошо в Лэмбурнс, но в глубине души я всегда знала, что мое пребывание здесь не может продолжаться вечно.

— Если Адриан аахочет со мной развестись, я, конечно же, дам на это согласие, — сказала я. — Но к дяде я не вернусь. Гарри, вы должны разыскать Пэдди. Я могла бы жить вместе с ним.

— Адриан не станет с вами разводиться, Кейт! — нахмурился Гарри. — Подумайте только, какой в этом случае разразится скандал.

— Если леди Мэри в самом деле его любит, она не станет придавать этому слишком большое значение.

— Леди Мэри тут ни при чем, — покачал головой Гарри. — Но я вам еще раз повторяю: Адриан не будет с вами разводиться.

«Вероятно, тут все дело в его политической карьере, — подумала я. — Развод, по всей видимости, оставит на его репутации такое пятно, которое не позволит ему рассчитывать на успех».

Поскольку я долго размышляла над проблемой нашего с Адрианом брака, то предложила Гарри другое возможное решение:

— Может быть, ему удастся добиться признания брака недействительным? Я не знаю, что для этого нужно, но ведь наш брак, по сути говоря, фиктивный. Мы с ним не жили вместе ни одного дня.

— Если у Адриана есть в голове хоть капля мозгов, он ни за что не расстанется с вами, — глухо проговорил Гарри. — Это самое лучшее, что он может сделать.

Его слова меня очень тронули.

— Большое вам спасибо, Гарри. Но ведь ваш брат считает меня сознательной участницей позорного спектакля, разыгранного моим дядей, и потому терпеть меня не может.

— Я расскажу ему, как было дело. Для любого, кто вас знает, совершенно очевидно, что вы ни за что бы не согласились участвовать в такой мерзости.

— Благодарю вас.

— Не беспокойтесь, Кейт. — Мой собеседник ободряюще улыбнулся. — Я поговорю с Адрианом. Все будет хорошо, вот увидите. Адриан — человек чести, он вас не бросит.

— Я не нуждаюсь ни в чьих одолжениях и в состоянии сама о себе позаботиться, — раздраженно бросила я в ответ.

Гарри никак не отреагировал на мою вспышку. Впрочем, я и сама решила, что сейчас не время ссориться из-за одной необдуманной фразы. В конце концов, я была одинокой женщиной без денег и без семьи, так что заботиться о себе самой мне было бы не так уж легко. Само собой, эта мысль не улучшила моего настроения.

— Может быть, я сама захочу с ним развестись, — пробормотала я с детским упрямством.

— Не говорите глупостей, Кейт, — осадил меня Гарри. Я нахмурилась, но промолчала.

Соглашение между банкирскими домами братьев Берингов и Хоупса и французским правительством было подписано 10 февраля 1817 года в присутствии графа Грейстоунского, представляющего правительство Великобритании. Два дня спустя граф покинул Лондон и отправился в свое родовое поместье Грейстоун-Эбби, расположенное неподалеку от Ньюбери, в графстве Беркшир. Я знала об этом, потому что Гарри заблаговременно прискакал навестить меня и сообщил, что Адриан прибудет в Грейстоун-Эбби на следующий день.

В Лэмбурне, однако, он появился лишь спустя еще три дня. Естественно, для меня это было нелегкое время. Погода стояла хорошая, и я ежедневно каталась верхом. Для чтения мне не хватало сосредоточенности. Романов в лэмбурнской библиотеке не было, и зимой я коротала время, читая «Благосостояние государств», а это, разумеется, не та книга, которую можно осилить, не напрягая внимания.

Лорд Грейстоуи приехал 16 февраля, в одиннадцать часов утра. Ночь перед этим была морозная, и я медлила со своим обычным походом на конюшню в ожидании, пока солнечные лучи хоть немного прогреют стылую землю, так что Адриан застал меня в доме. Миссис Ноукс вот уже несколько дней пилила меня за отсутствие аппетита, и я пряталась от нее в библиотеке. Целый час я провела сидя у камина и тупо глядя на огонь. Затем в библиотеке появился мистер Ноукс и мягким голосом, от которого я немедленно насторожилась, сказал:

— Его милость лорд Грейстоун прибыл, миледи.

Я вскочила на ноги, и в ту же секунду в библиотеку вошел Адриан. Я уже успела забыть, какой он огромный, и невольно поразилась тому, что его плечи совершенно закрыли дверной проем.

— Д-добрый день, милорд. Как поживаете? — с запинкой сказала я тихим, вежливым голосом.

В комнате наступила тишина. По всей вероятности, тон у меня был такой, словно я увидела лорда Грейстоуна впервые в жизни.

— Спасибо, очень хорошо поживаю, — ответил Адриан. — Надеюсь, вы здоровы?

— Да, — сказала я, чувствуя, что не знаю, не могу придумать, что мне говорить дальше. Я бросила отчаянный взгляд на мистера Ноукса, но он стоял у самой двери и явно собирался покинуть комнату.

— Следует ли мне предупредить миссис Ноукс, что вы позавтракаете с нами, милорд? — осведомился он.

— Да, спасибо, Ноукс.

Мистер Ноукс вышел за дверь, и я осталась наедине со своим мужем.

— Садитесь, Кейт, — предложил он. — Я вас не съем.

Я уселась в одно из синих кресел у камина, а Адриан опустился на другое, то самое, в котором так часто сиживал Гарри. Лорд Грейстоун был одет в синий фрак, кожаные бриджи и высокие сапоги. Лицо его было красным от мороза. Я сложила руки на коленях и молча ждала, пока он заговорит.

— Я вижу, вы не из болтливых, — заметил он с насмешкой в голосе.