Бренда Джойс - Скандальный брак

Анна покраснела.

— Вовсе нет, — поспешно ответила она и пожалела, что это прозвучало слишком взволнованно.

— Приказать Беннету подать ужин в спальню? — с улыбкой спросил он.

— Нет! — в ужасе воскликнула Анна.

— Подозреваю, что ты хочешь отказать мне. — Улыбка исчезла с его лица. — Я говорю серьезно, Анна. Ей не нравился его тон.

— Я тоже.

— Женщинам разрешается менять мнение. — Он медленно направился к ней. Анну вдруг охватила такая слабость, что она не могла сделать ни шага. Он замер в дюйме от нее. — Я остаюсь здесь и хочу начать все сначала. — Он коснулся ее пальцев, все еще сжимающих у горла ворот халата. — Сейчас самое время, чтобы все начать заново, — прошептал он и лукаво улыбнулся.

— Для тебя, — выдавила Анна, не в силах оторвать от него взгляд. — Но не для меня. Пожалуйста, уйди. Я хочу спать.

Она тут же пожалела о своих словах. Дом перевел взгляд на кровать под балдахином, и его глаза сверкнули.

— Пожалуй, эта идея еще лучше, чем просто поужинать вдвоем.

— Я собираюсь спать одна, — сквозь зубы процедила Анна.

Вместо ответа Доминик притянул к себе ее руки. Ворот халата распахнулся, открывая белоснежную кожу. Дом поднес руку Анны к губам и поцеловал сначала один палец, потом другой…

Анна еле слышно вскрикнула и бросилась в другой конец комнаты, страшась приятного тепла, вспыхнувшего в ее теле.

— Оставь меня! Я не хочу тебя! Хватит, Дом, хватит…

— Этого вряд ли хватит, Анна, и ты это понимаешь не хуже меня.

Она потрясла головой.

— Зачем ты это делаешь? Зачем ты преследуешь меня? Что ты хочешь? — воскликнула она. — Почему ты решил остаться?!

— Может, потому, что забыл, как удивительно мы подходим друг другу? Теперь, когда я вернулся, мне это стало совершенно ясно.

— Мы не подходим друг другу. Абсолютно не подходим.

— Доказать тебе, что ты ошибаешься?

Она сделала шаг назад.

— Я изменилась. Я теперь женщина, слишком опытная для тех чувств, которые ты надеешься пробудить во мне.

— Не напоминай мне о своем опыте, Анна, — мрачно изрек он.

— Опять ты неправильно меня понял. Мы с Патриком не любовники. Я просто имела в виду, что благодаря тебе я перестала быть невинной девушкой. Ты растоптал последнюю из моих детских иллюзий. Ты заставил меня повзрослеть, Дом.

— Насколько помнится, — и ты сама это прекрасно знаешь, — я тогда не лишил тебя невинности, — холодно возразил он.

Анна не сразу поняла, о чем он говорит. Потом густо покраснела.

— Я говорю в широком смысле этого слова. Я уже дважды извинился перед тобой, Анна. Согласен, я вел себя, как подонок: мне не следовало уезжать. Но где твоя христианская душа? Твой моральный и религиозный долг — простить меня…

Анна молчала.

— Интересно, что ты сделаешь, если я упаду перед тобой на колени и буду молить о прощении?

— Не будешь.

— Да, гордость не позволит.

Анна почувствовала облегчение. Ей очень трудно было отказать ему, а произнести слова прощения… В конце концов, это только слова. Но в сердце у нее прощения не было и не будет. Никогда.

— Ты загадочная женщина, Анна. Я совершенно околдован. — Дом улыбнулся. — Полагаю, мне нечего волноваться из-за того, что Патрик проявлял к тебе интерес. Теперь, когда я вернулся, он, несомненно, найдет новый объект внимания.

Дом медленно подошел к ней. Их колени соприкоснулись. Глаза Анны широко раскрылись, спина напряглась, кулаки сжались.

— Мне кажется, ты все еще любишь меня, Анна.

— Нет, — почти беззвучно ответила она.

— Да. — Он призывно улыбнулся. — Проверим мое предположение?

Она отрицательно покачала головой, но слишком поздно. Неожиданно он наклонился, и Анна, попятившись, уперлась спиной в стену. Быстро выпрямившись, Дом схватил ее за руки и прижал их к стене по обеим сторонам ее лица. Анна оказалась в ловушке.

— Думаю, ты хочешь меня не меньше, чем я тебя, — прошептал он.

— Не делай этого.

— Я не сделаю ничего, чего ты не захочешь, чтобы я сделал, — пообещал он, не отрывая взгляда от ее губ. — Я уже знаю вкус твоего поцелуя, Анна. Я хочу еще один.

— Нет, — задыхаясь, произнесла она. Их глаза на мгновение встретились. Он наклонился, но в последний момент Анна успела повернуть голову набок. Поцелуй пришелся в щеку.

— Хватит. Хватит, — стараясь оттолкнуть его руки, хрипло пробормотала она. Сквозь шелковый халат и панталоны Анна чувствовала тепло его ног. Она находилась на краю пропасти и знала об этом. Если он сейчас не уйдет, она может отдаться ему… и, возможно, не только телом. — Я не могу!

Продолжая держать ее руки. Дом поднял голову.

— Что мне сделать, Анна? Я вернулся. Я извинился. Я хочу, чтобы ты стала моей женой не только на словах. Я буду неплохим мужем. Я надежный мужчина. Что мне еще сделать?

— Ничего. Когда-то я хотела тебя больше всего на свете, но теперь я стала старше и мудрее. — И, к ужасу Анны, у нее из глаз брызнули слезы.

— Понятно. Чего бы я ни хотел, что бы ни говорил, что бы ни обещал и ни делал, ты не дашь мне второго шанса.

Анна беззвучно плакала, не в силах вымолвить даже короткое «нет».

— Знаешь, Анна, — сказал он, немного помолчав. — Между нами существует какое-то странное притяжение. Это может быть началом, если ты… м-м, так сказать, дашь волю своей природе.

Его слова взбесили Анну.

— Я не одна из твоих проституток! — гневно бросила она.

— Да уж, — согласился он. — Ты скорее ведешь себя, как перепуганная девственница.

Дом явно хотел оскорбить ее, и у него это получилось. Анна готова была его убить.

— Сейчас же убирайся вон!

Дом опустил руки.

— Хорошо. После службы в армии я отлично знаю, когда следует отступить, — холодно произнес он. — Я не упорствую там, где меня не хотят.

— Вот и отлично, — подхватила Анна, злясь не только на него, но и на себя.

— Только идиот может ждать приглашения, которого ему никогда не сделают, — промолвил Дом, направляясь к двери.

— Или джентльмен, — бросила ему вслед Анна, — каковым ты, к сожалению, не являешься!

На пороге комнаты он обернулся.

— Ты что, хочешь объявить мне войну?

— Да, хочу, — воскликнула она. — Пожалуйста, выйди вон!

— Выйду. Но не раньше, чем ты ответишь на один вопрос: Патрик был твоим любовником?

Анне страстно хотелось чем-нибудь запустить в него, но в комнате не было ничего подходящего, кроме вазы с цветами. О-о, как было бы здорово… Она подавила это желание.

— Нет.

Выражение его лица изменилось.

— Но ты ведь не девственница, Анна?

Анна глубоко вздохнула. Ваза с цветами стояла так близко! Она закрыла глаза, борясь с искушением, но потерпела поражение и со всей силы швырнула бело-голубую вазу Дому в голову. Он увернулся, и ваза ударилась о стену.