Элизабет Стюарт - В объятиях врага

– Разрази меня гром, Дженет! – вскричал Иэн Макдоннелл. – Я думал, ни одна женщина не сможет соперничать с тобой в красоте, но боюсь, что моя племянница тебя скоро обгонит.

Дженет рассмеялась:

– Ты очень любезен, Иэн, но я не так глупа, чтобы пускаться в подобные гонки. У меня сын ненамного моложе твоей Энн.

Иэн повернулся к племяннице. Его взгляд светился восторгом.

– Ты так же прекрасна, как твоя мать, девочка моя, и я рад, что мы родня. – Взяв ее за руку, он обернулся к стройному молодому человеку, скромно стоявшему у стола. – Кстати, у меня тут есть кое-кто желающий свести с тобой знакомство. Энн, это мой старший сын Эрик. Мой мальчик, подойди сюда и познакомься со своей кузиной Энн Рэндалл.

Энн внимательно взглянула на молодого человека. Примерно ее ровесник, он был очень похож на своего отца. Ясные голубые глаза смотрели на нее с таким нескрываемым восхищением, что у нее сразу поднялось настроение. Впервые за весь вечер она ощутила уверенность в себе и невольно оглянулась на Маклина. Ей показалось, что он смотрит на нее изумленно.

– Рада с вами познакомиться, – сказала она Эрику, приседая в глубоком реверансе.

– Я тоже очень рад, – подхватил он и дружески улыбнулся.

Энн приказала себе больше не смотреть на Маклина, но у нее ничего не получилось. Почувствовав на себе его упорный взгляд, она снова обернулась. В этот вечер Маклин был необыкновенно хорош в камзоле из вишневого бархата с разрезами на рукавах, отделанными серебром. Его глаза горели каким-то загадочным огнем, но разгадать их выражение было невозможно. Они напоминали бездонные шотландские озера на закате, когда последние лучи солнца высекают холодное пламя из непроницаемой поверхности вод. Он двинулся к ней, и она испуганно отвернулась, чувствуя, как все переворачивается у нее внутри от волнения.

– На тебя приятно посмотреть… милая, – заметил он, остановившись рядом с ней.

Произнесенные глубоким грудным голосом слова прозвучали как ласка. Фрэнсис взял ее холодную руку и поднес ее к своим губам, легко и непринужденно поцеловал пальцы.

– Такое прелестное создание, а руки холодны, как лед. Надо бы тебя как-то согреть, но увы, все, что я сейчас могу предложить, это бокал вина.

Ее сердце замерло… а потом пустилось в бешеный галоп. Толчки крови оглушительно отдавались в ушах. Теплое щекочущее ощущение медленно поползло вверх по ее руке от того места, где его губы прикасались к ней. Энн неуверенно взглянула на Маклина. Он же ее засмеет без всякой жалости, если узнает, что несколько комплиментов совершенно лишили ее самообладания!

– Пожалуй, мне бы хотелось немного вина, – проговорила Энн, сумев удержать дрожь в голосе.

Маклин бросил быстрый взгляд на Эрика.

– Давай разопьем еще бутылочку. Выпьем за двух прекраснейших женщин на всех Британских островах – за мою сестру и за твою кузину!

– Не стану с тобой спорить, Фрэнсис, – ответил Эрик, бросив полный восхищения взгляд на Энн.

Он разлил вино по бокалам, а Маклин по-прежнему пристально смотрел на девушку.

– Кажется, я узнаю матушкино ожерелье, – заметил он, прищурившись.

– Разумеется, – беспечно ответила Дженет. – Похоже, ты забыл захватить для Энн ее шкатулку с драгоценностями… не говоря уж о таком пустяке, как одежда. Вот я и одолжила ей кое-что на вечер.

Маклин наклонился поближе к Энн.

– Мне всегда нравилось это ожерелье, – задумчиво произнес он и, неожиданно протянув руку, дотронулся до сверкающих камней.

Его теплые пальцы коснулись обнаженной кожи у нее на груди, и у Энн тут же мурашки побежали по всему телу, колени подогнулись, а сердце пропустило несколько тактов. Фрэнсис заметил, как бьется жилка у нее на шее, и ему вдруг захотелось прижаться губами к этому месту. Несколько мгновений он молча изучал ожерелье, потом поднял на нее смеющиеся глаза.

– По-моему, оно тебе идет куда больше, чем нашей покойной матушке.

Густая краска залила щеки Энн. Она не знала, что ответить Маклину, как понимать его легкомысленное, даже игривое настроение. В этот вечер он был не похож на самого себя, и к тому же… его близость оказывала на нее какое-то странное воздействие.

– Фрэнсис, что у тебя за манеры? – возмутилась Дженет. – Ты смущаешь девушку. – Она укоризненно покачала головой: – Не обращай на него внимания, детка, и ничего не бойся. Уверяю тебя, все приглашенные мужчины, в отличие от хозяина, умеют вести себя как джентльмены.

«Не обращай на него внимания»… Энн от всей души хотела бы последовать этому совету, да только не знала – как.

Допив вино, члены семьи двинулись в большой зал, уже заполнявшийся гостями. Вскоре собралась огромная толпа; голова Энн была забита именами без лиц, а перед ее растерянным взором кружились лица без имен. Дженет не отходила от нее ни на шаг, рассказывала о приглашенных, знакомила со всеми и сглаживала неизбежно возникавшую неловкость. Постепенно Энн начала избавляться от скованности. Гости Дженет проявляли к ней дружеское участие, ни один не упомянул о ее отце. У нее даже появилась надежда, что вечер пройдет благополучно.

Вот-вот должен был начаться торжественный обед, когда внимание Энн привлекла суета у дверей. Ослепительно прекрасная молодая дама в наряде вишневого цвета величественно вплыла в комнату и сразу же оказалась в центре внимания восторженных джентльменов. Черные кудри подобно грозовому облаку витали вокруг ее головы и обнаженных плеч. Глаза у нее были огромные и сверкающие, но они беспокойно рыскали по всему залу, что немного портило весь эффект.

– Кто это? – шепотом спросила Энн, глядя на даму с искренним восхищением.

Дженет оглянулась на дверь.

– Это Элизабет Макинтайр совершает свое парадное антре, – сухо ответила она. – Не может успокоиться, если не привлечет к себе всеобщее внимание. Она считает, что каждый мужчина в Шотландии должен непременно побывать у ее ног.

Энн увидела, как Фрэнсис Маклин разомкнул круг осаждавших его друзей и пересек зал, чтобы приветствовать красавицу. Стоя рядом в ярком свете множества факелов, они составили прекрасную пару: оба высокие и черноволосые. Они сразу же засмеялись чему-то и вообще вели себя как старые друзья.

– Кое-кто утверждает, что к осени она станет новой леди Маклин, хотя лично я в это не верю, – продолжала Дженет. – Впрочем, Фрэнсису нужна жена, а Элизабет – единственная женщина, к которой он вроде бы проявил интерес… я хочу сказать, с дальним прицелом, – пояснила она с улыбкой. – Я не в восторге от этой девицы, но лучше уж она, чем совсем никого. Главное, чтобы Фрэнсису она нравилась, а уж я постараюсь с ней примириться, если она сделает его счастливым.