Александра Риплей - Скарлетт

Ей хотелось добраться до места, пока еще не слишком жарко.

Интересно, встанет ли уже к тому времени Нан Сатклифф? Она мне никогда не казалась ранней пташкой. Не важно, прежде чем встречаться с кем то ни было, я с удовольствием приняла бы холодную ванну и переоделась. Надеюсь, что здесь для меня найдется приличная горничная, а не такая безруко, я идиотка, как у Гиффордов. Она же просто поотрывала рукава у всех моих платьев, когда вешала их в шкаф. Наверное, миссис Фиц, как всегда, права. Но я не хочу иметь собственную горничную, чтобы она ходила за мной как приклеенная, не давая ни минуты покоя. Дома Пегги Куин делает для меня все, что нужно, а уж если кто-нибудь приглашает меня к себе, то пусть мирится с тем, что я приезжаю без горничной. Пожалуй, мне самой следует устроить прием, чтобы расплатиться за гостеприимство. Все были ко мне так добры. Но не сейчас. В конце концов я всегда могу сказать, что в этом году было слишком жарко и к тому же я чересчур переволновалась из-за фермеров…

Неожиданно два человека выступили с двух сторон из тени от живой изгороди по краям дороги. Один из них поймал лошадь под узцы, второй направил на Скарлетт ружье. Сердце у нее бешено заколотилось, и мысли понеслись со страшной скоростью. Как же это она не сообразила взять с собой револьвер? Может быть, они только возьмут ее платья и чемоданы и отпустят ее пешком обратно в Трим, если она поклянется не рассказывать, как они выглядят. Идиоты! Ну почему они не в масках, как те грабители, о которых она читала в газете?

«Господи Иисусе! На них форма, это не Белые Ребята. Чтоб вам лопнуть, вы меня до полусмерти напугали!» — ей все еще было плохо их видно. Зеленая форма Ирландской королевской полиции сливалась с живой изгородью.

— Мне придется попросить вас предъявить удостоверение личности, мадам, — сказал полицейский, державший ее лошадь под уздцы. — А ты, Кевин, загляни-ка в кабриолет.

— Не смейте дотрагиваться до моих вещей. Что вы себе позволяете? Я миссис О'Хара из Баллихары и еду в Сатклифф-Килбрайд. Мистер Сатклифф — мировой судья, и уж он-то позаботится, чтобы вы кончили свои дни на галерах. — Про Эрнста Сатклиффа она сказала наобум, но он своими пышными рыжими усами и вправду был похож на мирового судью.

— Неужто вы и впрямь миссис О'Хара? — Кевин, которому велели обыскать кабриолет, подошел и встал возле нее. Он снял шляпу. — Нам о вас рассказывали в казармах, мадам. Я вот сам спрашивал Джонни пару недель назад, не заехать ли к вам представиться.

Скарлетт уставилась на них не веря своим ушам.

— Это зачем же? — спросила она.

— Ходят слухи, что вы из Америки, миссис О'Хара, теперь я и сам вижу, что это правда, — послушал, как вы говорите. Еще мы слышали, что вы родом из великого штата, который называется Джорджия. Мы оба питаем привязанность к этим местам, мы ведь сражались там в шестьдесят третьем.

Скарлетт улыбнулась:

— Не может быть! Подумать только, получить весточку из дома по дороге в Килбрайд. Где именно вы были? В какой части Джорджии? Вы воевали под началом генерала Худа?

— Нет, мадам, я был с ребятами Шермана, он-Джонни Рэба и вообще…

Скарлетт покачала головой, не в силах осмыслить услышанное. Она, должно быть, ошиблась. Но дальнейший разговор развеял ее сомнения. Ее собеседники, оба ирландцы» были теперь лучшими друзьями. И с удовольствием вспоминали дни кровавой войны, в которой они участвовали с разных сторон.

— Я не могу понять, — призналась она наконец. — Пятнадцать лет назад вы пытались убить друг друга, и после этого вы — друзья. Неужели вы даже не спорите никогда, кто был прав, южане или северяне?

«Джонни Рэб» рассмеялся.

— Какое это имеет значение для солдата, прав или не прав? Солдат должен сражаться, вот что ему нужно. Не важно, с кем ты воюешь, главное, чтобы была хорошая драка.

Дворецкий Сатклиффов едва не лишился своего профессионального хладнокровия, когда только что прибывшая в имение Скарлетт потребовала, чтобы ей в кофе подлили бренди. Она была чересчур взволнована и не могла с собой совладать.

Она приняла ванну, облачилась в свежее платье и спустилась вниз, чувствуя, что к ней вернулось самообладание. И вдруг увидела Чарльза Рэгленда. Он не должен был быть на этом приеме! Она сделала вид, что не замечает его.

— Вы хорошо выглядите. И у вас замечательный дом. У меня такая чудесная комната, кажется, я могла бы в ней остаться навсегда.

— Я ничего бы так не желал, Скарлетт. Вы знакомы с Джоном Грэхэмом?

— Только заочно. Всеми правдами и неправдами добиваюсь, чтобы меня представили. Здравствуйте, мистер Грэхэм.

— Миссис О'Хара — Джон Грэхэм был высок и строен и обладал непринужденной грацией прирожденного атлета. Он был хозяином псарни в Голвей Блейзерс, имел, наверное, самых знаменитых гончих в Ирландии. Каждый охотник на лис в Великобритании питал надежду однажды быть приглашенным на охоту в Блейзерс. Грэхэм знал это, и Скарлетт знала, что он знает. Не было никакого смысла изображать из себя святую простоту.

— Мистер Грэхэм, вы берете взятки? (Отчего же Чарльз не перестает так на нее смотреть? И вообще, что он здесь делает?)

Расхохотавшись, Джон Грэхэм откинул назад свою седую голову. Когда он снова взглянул на Скарлетт, в его глазах блеснул лукавый огонек.

— Мне говорили, что американцы приступают сразу к делу, миссис О'Хара. Теперь я вижу, что это правда. Скажите мне, что конкретно вас интересует.

— Вас устроили бы мои рука и нога? Я, пожалуй, смогу удержаться в дамском седле без одной ноги — по мне так это единственное его достоинство — и для того, чтобы править, мне вполне хватит одной руки.

Хозяин улыбнулся:

— Необычное предложение. Про американцев говорят, что они к тому же еще и склонны к экстравагантности.

Скарлетт уже начала терять терпение от его шуток. К тому же присутствие

Чарльза вызывало у нее легкое раздражение.

А вот чего вам, наверное, не говорили, мистер Грэхэм, так это того, что американец лезет через забор там, где ирландец войдет в ворота, а англичанин отправится восвояси. Если вы позволите мне охотиться в Блейзерс, я добуду хотя бы лапку, или обещаю прилюдно съесть стаю ворон, причем без соли.

— Клянусь Богом, мадам, за такие речи я буду рад видеть вас, когда вы только пожелаете.

Скарлетт улыбнулась.

— Ловлю вас на слове.

Она сделала вид, что поплевала на ладони. Грэхэм широко улыбнулся и сделал то же самое. Звук от их хлопка эхом разнесся под сводами длинной галереи.

Затем Скарлетт направилась к Чарльзу Рэгленду.

— Я же написала в своем письме, что это единственный прием во всей Ирландии, на котором вам не стоит появляться. С вашей стороны это нечестно.