Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис

именно этого платья хорош тем, что в нем сочетается то и другое, — сказала Диана. — Поверх белого платья — светло-зеленая накидка, которая будет очень сочно смотреться с вашими лучистыми зелеными глазами.

— А это хорошо? — усомнилась Рози. — Выглядеть «сочно», я имею в виду.

— Конечно! Вы же хотите вызывать в мужчинах голод, разве нет?

— Не в прямом смысле слова, — слегка испуганно сказала Рози.

Диана подавила смешок.

— Мы не сторонницы каннибализма, дорогая. — Неожиданно она вспомнила выражение острого голода, появившееся на лице герцога, когда он увидел ее в первый раз. И как она задрожала под властью этого всеохватывающего взгляда. Диана тряхнула головой. Почему-то сегодня она ведет себя как помешанная. Да еще из-за Гренвуда Всемогущего. Абсурд! — Но мужчины действительно умеют… как это вам объяснить… пожирать глазами.

— Со мной такого не случалось, — заявила Рози.

Похлопав ее по руке, Диана пообещала:

— Еще случится, уверяю вас.

В эту минуту Элиза вышла из-за ширм.

— Как я и говорила — оно мне слишком мало. — Затем медленно повернулась, чтобы Диана и Рози могли оглядеть ее со всех сторон.

Диана тронула Рози за руку.

— Смотрите на Элизу теперь. Что видите?

— Она… — Девушка поморщилась. — Простите меня, миссис Пирс, но вы выглядите такой же плотной, как и я.

— Совершенно верно, — подтвердила Диана, довольная, что Рози уловила главное. — На самом деле вы с Элизой примерно одного размера и роста. Но ее платье скроено таким образом, чтобы скрыть недостатки и подчеркнуть достоинства, поэтому вид у нее близок к идеалу женской фигуры, который принят в обществе. Тогда как в вашем платье… Пояс на талии слишком узок. Такое впечатление, что он пережимает Элизу, и от этого она кажется толстой. Лиф чересчур тесный, что только подчеркивает ее полную грудь. А длина…

— О да! Я поняла, что вы имеете в виду, — воскликнула Рози. — Белые чулки выглядывают, и она кажется ниже, чем на самом деле. — Девушка побледнела. — И я тоже так выгляжу в нем?

— Хотите правду?

— Всегда, — кивнула Рози.

— Боюсь, что так. Эти вещи проще объяснять на ком-то другом, в особенности когда другой человек обладает такой же фигурой, как у вас. И, кроме того, когда смотритесь в зеркало, помните, что вы видите себя с одной точки. — Диана жестом показала Элизе, чтобы та перестала крутиться. — А что насчет отделки? На что вы тут обратили внимание?

— Оборки выглядят как-то по-детски, надо признать. — Рози вздохнула. — Но дело в том, что я люблю оборки.

— Носить оборки можно, только на этот раз давайте ограничим их подолом. Обилие оборок делает платье неряшливым, а не элегантным, как платье Элизы, которое украшено в меру.

Удивленно округлив глаза, Рози уставилась на Диану.

— Значит, можно придумать платье, которое сделает меня элегантной?

— Вы будете не только выглядеть элегантной, но и будете казаться себе такой же красивой, какой кажетесь вашей матушке и брату. Такой красивой, какая вы есть на самом деле. В наших с вами фигурах нет ничего ужасного. Просто нужны платья, которые будут подчеркивать ваши достоинства.

Лицо Рози засветилось радостью.

— Прекрасно, надо попробовать.

И уже скоро Диана, Рози и миссис Брукхаус, которой тоже требовалось несколько платьев, отправились к мисс Ладгейт, оставив Верити и Элизу планировать украшения, музыку и еду.

Пока все складывалось удачно. Наверное, Диане стоило порадоваться тому, что герцог так и не появился. Почему же ей было совсем не радостно?

У портнихи Диана, Рози и миссис Брукхаус плодотворно провели всю вторую половину дня. Диана захватила с собой несколько более-менее удачных платьев Рози для переделки, которые та сможет носить, пока не будут готовы новые.

С Рози и ее матери сняли все необходимые мерки, а потом Диана помогла им выбрать ткани. Из-за неполного траура миссис Брукхаус ограничилась белым, серым и лавандовым цветом. А вот у Рози было больше свободы выбора, поэтому они с Дианой отобрали несколько тканей, которые лучше всего шли к цвету ее глаз и волос.

Когда они выходили из ателье миссис Ладгейт, в руках у Рози и миссис Брукхаус были маленькие куклы-манекены с платьями и аксессуарами, чтобы леди могли понять, как ткань будет лежать и как цвета будут меняться в зависимости от освещения. Таким способом им будет проще определить, какие поправки необходимо внести в выбранные ими фасоны.

К этому времени Диана чувствовала, что вымоталась полностью. Она никогда не понимала, почему все эти разговоры с портнихой и клиентками так действовали на нее, но они очень утомляли. Приходилось утрясать массу противоречий между практичным подходом портнихи и фантазиями клиенток. Так что вместо того, чтобы возвращаться с дамами в особняк, она предложила им ехать одним, потому что в Гренвуд-Хаусе их ожидали Верити и Элиза со своими вопросами.

Но дамы отказались отпускать ее одну идти пешком и заявили, что довезут ее до дома Элизы — это предложение она приняла с благодарностью. Приехав домой, Диана попросила подать ей чай в сад, взяла альбом, уголь и карандаши, чтобы за чаем набросать эскизы нескольких фасонов.

Сад Элизы нельзя было назвать большим, но для целей Дианы он вполне годился. Она очень любила наблюдать здесь за черными дроздами и крапивниками, а иногда бросала им семечек, чтобы порисовать их. Так прошел добрый час, пока она не ощутила, что поднимается ветер. Быстро открыла новую страницу, чтобы изобразить черные тучи, которые стали наливаться на небе, словно синяки на лице, а в отдалении электрические пальцы молний, пронизывая облака, образовывали арки между небом и землей.

Карандаш порхал в ее руке. Она пыталась перенести на бумагу открывшуюся перед ней картину, пока дождь не накроет этот маленький уголок Лондона и не заставит ее наблюдать за драматическим крещендо изнутри дома. Так что, когда появился лакей и объявил: «Его светлость герцог Гренвуд», — ей потребовалось секунда, чтобы отреагировать.

Диана быстро вырвала листы с зарисовками грозы и сунула их в самый конец блокнота, оставив сверху наброски к фасонам. Во всех ее рисунках, которые не относились к моде, было слишком много от нее самой, слишком много откровенности, чтобы показывать их чужакам. Кроме того, учитывая, как неприязненно Гренвуд Всемогущий относился к тому, что считал банальным, ей было бы невыносимо выслушивать его насмешки над рисунками.

Он вошел в сад как раз в тот момент, когда Диана закрыла альбом.

Она поднялась.

— Ваша светлость, не ожидала увидеть вас сего…

— Как вы посмели поощрять интерес Рози к лорду Уинстону? — рявкнул герцог. — Он самый настоящий охотник за приданым, и неважно, слышали вы об этом или нет! Уверяю вас, моя информация