Джулия Куинн - Гретна-Грин

Ангус нахмурился.

Маргарет упорно продолжала:

— Я знаю, что Энн никогда не выйдет замуж без твоего одобрения. — Маргарет повернулась к Энн, выразительно глядя на нее. — Не правда ли Энн?

Энн как-то слишком долго обдумывала этот вопрос, и поэтому Маргарет пришлось толкнуть ее локтем в живот, что бы ускорить ответ.

— Энн? Не так ли?

— Конечно, — проворчала Энн, потирая ушибленное место.

Маргарет просияла.

— Ну вот, видишь? Это разумное решение проблемы. Ангус? Энн?

Ангус утомленно протер лицо ладонями, как будто это могло заставить уйти все напряжение дня. А ведь все так прекрасно начиналось: он с удовольствием наблюдал за спящей Маргарет, его ждал отличный завтрак, погода была чудесной, и он был уверен, что скоро найдет сестру и вернет ее домой, где ей и следовало находиться. И вот теперь Маргарет с Энн убеждают его, что они, а не он, знают, как лучше. Объединившись, они представляли из себя могущественную силу. Ангус боялся, что не устоит против такого натиска. Он почувствовал, что его уверенность в собственной правоте понемногу ослабевает, а женщины уже ощущают свою победу.

— Чтобы ты чувствовал себя спокойней, я буду сопровождать Энн. — сказала Маргарет. — Не до самого Лондона, но до Ланкашира точно.

— НЕТ!

Маргарет опешила от его ответа.

— Прошу прощения?

Ангус уперся руками в бока и с негодованием посмотрел на нее.

— Ты не едешь ни в какой Ланкашир.

— Нет?

— Она что? — с сомнением спросила Энн, потом повернулась к Маргарет и спросила, — Простите, как Вас зовут?

— Мисс Пеннипакер, хотя как мне кажется, в сложившейся ситуации, мы вполне можем называть друг друга по имени, не так ли? Меня зовут — Маргарет.

Энн кивнула.

— Я была бы очень рада твоей компании в дороге…

— Она не едет, — сказал твердо Ангус.

Две пары женских глаз недоуменно уставились на него. Ангус почувствовал себя не в своей тарелке.

— И что, по твоему, я буду делать вместо этого? — слишком уж любезно поинтересовалась Маргарет.

Ангус и сам толком не понял, откуда взялись слова. Просто, глядя на нее, он вспомнил каждую минуту, проведенную в ее обществе. Почувствовал ее поцелуи, услышал ее смех. Увидел ее улыбку, которая проникала ему прямо в душу. Она была слишком властной, слишком упрямой, слишком низенькой для мужчины его роста, но тем не менее его сердце трепетало, когда она смотрела на него своими умными зелеными глазами. И он выпалил:

— Выйдешь за меня замуж!

Маргарет думала, что она знает, каково это лишиться дара речи. Нельзя сказать, что она часто сталкивалась с такой ситуацией, но, тем не менее, считала, что знакома. И она была не права. Сердце ухнуло, в голове появилась легкость, она часто задышала, потому что во рту пересохло, глаза наполнились слезами, а в ушах начало звенеть. Если бы поблизости оказался стул, то она попыталась бы сесть, но не факт, что она не промахнулась бы.

Энн наклонилась к ней.

— Мисс Пеннипакер? Маргарет? С тобой все в порядке?

Ангус молчал.

Энн повернулась к брату.

— Мне кажется, что она сейчас упадет в обморок.

— Ничего подобного, — мрачно отозвался он. — Она никогда не падает в обморок.

Маргарет прижала руки к груди, как будто стараясь унять бешенный стук сердца.

— Как давно вы знакомы? — подозрительно спросила Энн.

Ангус пожал плечами.

— С прошлого вечера.

— Тогда, откуда тебе знать, упадет она в обморок или нет?

— Знаю, и все тут.

Энн недовольно поджала губы.

— Тогда — даю одну секунду на размышление — почему ты женишься на ней после одного дня знакомства?

— Это — спорный вопрос, — отрезал Ангус. — Так как она, кажется, вовсе не собирается сказать «да».

— Да! — все, что могла сказать Маргарет, не в силах видеть разочарование на его лице.

В глазах Ангуса появилась надежда, но в его голосе все-же сквозило недоверие, когда он переспросил:

— Да?

Она решительно закивала.

— Я выйду за тебя замуж, хоть ты и слишком властный, слишком упрямый, и слишком высокий для женщины моего роста, но я все же выйду за тебя замуж.

— А романтично- то как, — протянула Энн. — Нужно было, по крайней мере, заставить его встать на колено.

Ангус проигнорировал ее, улыбаясь Маргарет, когда она покраснела от его нежного прикосновения к ее щеке.

— Ты понимаешь, — прошептал он, — что совершаешь самый импульсивный и сумасшедший поступок за всю свою жизнь?

Маргарет кивнула.

— Но и самый прекрасный!

— За всю жизнь? — с сомнением спросила Энн. — За всю жизнь? Откуда ты знаешь? Вы же только вчера познакомились!

— Ты, — обратил на нее свое внимание Ангус. — здесь явно лишняя.

Энн аж просияла.

— Правда? Это значит, что мне можно поехать в Лондон?

Шесть часов спустя, Энн была уже на пути к Лондону. Ей дали строгие указания от Ангуса, сестринские советы от Маргарет, и твердое обещание навестить ее еще до конца месяца.

Они же остались в Гретна Грин, конечно, для того, что бы пожениться. Маргарет и Ангус обвенчались меньше чем через час после того, как он сделал предложение. Маргарет сначала отказывалась, говоря, что должна выйти замуж дома, в окружении семьи и друзей, но Ангус на это только выразительно выгнул бровь и сказал:

— Иисус, виски и Роберт Брюс, ты же в Гретна Грин, женщина. Ты должна согласиться.

Но Маргарет согласилась лишь после того, как Ангус к ней наклонился и прошептал на ухо:

— Мы ляжем в постель вместе только после благословения.

Вообщем, были очень убедительные доводы в пользу поспешного венчания.

Таким вот образом, счастливая пара, вновь оказалась в своем номере «Трусишки».

— Мне, наверное стоит купить эту гостиницу, — ворчал Ангус, пока нес ее в комнату. — Только так я буду уверен, что никто больше в ней не поселится.

— Ты, что так привязался к ней? — поддразнила Маргарет.

— И ты поймешь почему, к утру.

Она покраснела.

— Ты покраснела? — рассмеялся он. — Ты, старая замужняя женщина.

— Я замужем всего два часа! Мне кажется, я еще имею право краснеть.

Он положил ее на кровать и смотрел, как голодающий в окно булочной.

— Да, — пробормотал он. — Думаю, можешь.

— Моя семья в жизни не поверит этому, — заявила Маргарет.

Ангус опустился на кровать, накрывая собой ее тело.

— Будешь переживать об этом потом.

— Мне все еще не верится.

Его рот нашел ее ухо, обдав горячим дыханием, когда он сказал:

— Поверишь. Я постараюсь.

Его руки легли ей на грудь, заключив их в ладони, как в чашу, нежно лаская пальцами.