Эллен Джоунс - Роковая корона

Мод украдкой взглянула в лицо Стефана, внезапно превратившееся в застывшую маску. Она еще немного помолчала, а потом произнесла:

— Император всегда относился к нашему деду как к побочному сыну, нормандскому выскочке и авантюристу, и говорил, что он бы и дня не устоял против тевтонских рыцарей.

Стефан довольно хихикнул.

— Нормандский выскочка и авантюрист, да? Клянусь Господом, мне пришелся бы по душе ваш муж. Должно быть, вы скучаете по нему.

— Да, — прошептала Мод, заметив, что лицо Стефана снова оживилось.

— Ну-ну, я не хотел напомнить вам о вашей утрате, — Стефан протянул руку, прикоснулся к подбородку Мод и приподнял ее голову. — Улыбнитесь! Вы даже не представляете, как вы прекрасны, когда улыбаетесь. Невообразимо прекрасны.

Мод вспыхнула и покачала головой.

— Несмотря на то, что сперва вам пришлось в Англии несладко, вы кое-чего добились, кузен, — произнесла она, торопясь сменить тему. — Говорят, что во всем королевстве не найдется более могущественного и знатного лорда, чем вы, если не считать моего единокровного брата Роберта.

На лице Стефана заиграла озорная улыбка.

— Быть может, с Божьей помощью, я стану еще могущественней.

— В самом деле? — Заинтригованная, Мод ждала продолжения, гадая, что могли бы означать его слова. Но Стефан молчал, и она подбодрила его: — Объясните, что вы имеете в виду, кузен. Я должна знать о том, какие удачи поджидают вас впереди.

Стефан глубоко вздохнул.

— В Германии вы, несомненно, слышали сплетни о том, что королева Аделиция может оказаться бесплодной.

— Да, император упоминал о такой возможности. А вы думаете, что это правда?

Стефан перегнулся через каменный парапет и уставился на бегущую воду.

— После трех с половиной лет супружества что еще можно подумать, если потомства до сих пор нет? А ведь у короля человек двадцать побочных детей, так что обвинять его в бесплодии нелепо.

— Но ведь он уже немолод, — заметила Мод. — Впрочем, в любом случае времени еще много. Мой отец, судя по всему, не собирается умирать.

Стефан помолчал.

— Да. Однако вы должны знать, что в последнее время здоровье его пошатнулось, и я усердно молю Господа продлить дни нашего короля. — Он обвел взглядом безлюдный мост. — Но возникает вопрос: если у нашего дяди так и не родится законный наследник, то кто взойдет на трон после его смерти? Если королева действительно бесплодна… говорят, что самый подходящий претендент — я. Конечно, будь вы мужчиной, вопрос решился бы сам собой… — Стефан обольстительно улыбнулся. — Но я счастлив, что вы не мужчина.

Мод вспомнила двух посланников, которые пять лет назад приехали в Рим, чтобы сообщить о смерти ее брата Вильгельма и о том, что Стефан, скорее всего, станет наследником трона. Но ее отец снова женился, и Мод, как и все остальные, рассчитывала, что у него родится новый сын. Она не раз раздумывала, остался ли ее кузен предпочтительным кандидатом на престол, и вот теперь ей известен ответ на этот вопрос. При сложившихся обстоятельствах Стефан с большой вероятностью может стать королем Англии и герцогом Нормандским.

Кузен выжидающе смотрел на нее, и Мод слегка улыбнулась, не желая показать ему, что обеспокоена такой новостью. Впрочем, она не понимала, почему это ее тревожит. Вероятно, ей просто было очень обидно, что престол отца перейдет к его племяннику, а не к родному сыну. Отбросив печальные мысли, Мод в шутливом реверансе присела перед Стефаном.

— Значит, в один прекрасный день вы можете стать моим королем! Тогда мне следует вести себя с вами как можно обходительнее. Я рада за вас, кузен. Король обсуждал с вами свои планы?

Стефан слегка нахмурился.

— Еще нет. Думаю, он все еще надеется, что королева родит ему сына. Но епископ Солсбери заверил меня, разумеется, конфиденциально, что в положенное время король обо всем скажет мне лично… а также объявит о своих намерениях перед всем двором. В конце концов, кого еще он может выбрать?

— Я не вижу никого, кроме вас, — вздохнула Мод. — Хотелось бы только, чтобы мое будущее было таким же определенным, как ваше.

Немного помолчав, Стефан спросил:

— Как вы думаете, зачем король призвал вас к себе? Он не намекал вам на причину своего приглашения?

— Нет. Скорее всего, отец хочет снова выдать меня замуж, иначе зачем нужна была такая поспешность? Но я не в силах даже подумать об этом.

Мод снова захлестнула волна гнева и обиды, костяшки пальцев, сжимающих перила, побелели.

Стефан сжал ее плечо.

— Быть может, новый муж придется вам по вкусу, — мягко проговорил он. — Молодой, сильный, настоящий рыцарь. Попытайтесь взглянуть на это с другой стороны. — Кузен не разжимал пальцев, и сердце принцессы затрепетало, как пойманная голубка.

— Давайте больше не будем раздумывать о будущем — ни о вашем, ни о моем, — продолжал он, сверкая изумрудными глазами. — Ведь может случиться так, что спустя лишь мгновение нас поразит молния прямо на этом месте. Но пока мы здесь, я намерен сделать ваше пребывание при дворе короля Генриха настолько приятным, насколько возможно. Я буду вашим защитником, не забывайте об этом. — Его глаза встретились с глазами Мод, и словно искра пробежала между ними.

Стефан взял корону с перил моста и вручил ее Мод. В молчании они двинулись дальше. Мод показалось, что небо стало яснее, золотое солнце засияло ярче. Она внезапно ощутила аромат яблоневых деревьев, теплый и сладкий ветер, почувствовала, как во всем пульсирует и бьется жизнь; ей казалось, что она вот-вот оторвется от земли и полетит. Никогда прежде Мод не испытывала ничего подобного. Чувство было головокружительным, но неожиданно пугающим. Мод бросила взгляд на Стефана, идущего рядом с ней, и поняла, что между ними установилась тесная связь.

Как быстро они дошли до шатра!

Олдит стояла снаружи у входа, лицо ее было взволнованным.

— Где вы пропадали, госпожа? Паланкин уже давно прибыл… — Тут она умолкла в изумлении, заметив Стефана.

— Мы прошлись пешком от моста. Это мой кузен, Стефан из Блуа, граф Мортэйна. Стефан, это моя кормилица, Олдит.

Стефан поклонился, подарив Олдит очаровательную улыбку, и что-то сказал ей по-саксонски.

Не сдвинувшись с места, Олдит присела в неглубоком реверансе. В глазах ее появилась настороженность, голова поднялась, как у гончей, почуявшей опасность. Она подозрительно переводила взгляд со Стефана на Мод.

— Вот, — Мод передала Олдит корону и, прежде чем та успела возразить, быстро зашла за шатер, увлекая за собой Стефана.

— Вам уже известно, что завтра мы отправляемся в Англию. Не хотите ехать вместе со мной до побережья? — спросил он. — Я могу также устроить, чтобы мы были вместе на корабле.