Дженнифер Блейк - Лесной рыцарь

— В нем иногда прохладно, — шутливо признался Рено. — Но ведь здесь никогда не бывает по-настоящему холодно. Кроме того, мы купаемся в любую погоду, а это прекрасная закалка.

— Мне кажется, что начезы более неприхотливы в одежде, чем другие племена. Не так ли?

— Да, пожалуй. Это традиция — ведь они пришли сюда с юга.

— Неужели? — рассеянно спросила Элиз, глядя, как вода ручейками стекает с его волос на грудь.

— Начезы не похожи ни на чокто, ни на чикасо. Разница между ними в том, что начезы выше ростом, у них более высокие лбы, но главное — в традициях. Начезы — часть некогда большого племени, жившего на огромных территориях. Существует легенда, что племя начезов пришло сюда с юга, с земель, которые теперь принадлежат Испании. Именно предки начезов строили там знаменитые ритуальные пирамиды. А здесь они появились двести-триста лет тому назад.

Элиз нахмурилась.

— Насколько я помню уроки истории, которые давали нам сестры-монахини, это было, когда путешественник Кортес завоевал ацтеков.

— Совершенно верно. А до этого начезы вели войну с каким-то большим племенем. Когда пришли белые люди — как гласит легенда, они приплыли в деревянных домах, — начезы объединились с ними в борьбе против своего врага. Когда же враг начезов был повержен, а их вожди мертвы, белые люди принялись воевать с самими начезами. Индейцы вынуждены были бежать и наконец осели здесь. Не имея возможности строить свои ритуальные пирамиды из-за отсутствия камня, они стали сооружать курганы. Не знаю, что здесь правда, а что вымысел: древние не оставили ни имен белых людей, ни имен их индейских врагов. Неизвестно даже, почему начезы до сих пор поклоняются солнцу, — ведь этого уже не делает никто по всей долине реки Миссисипи.

— Да, начезы отличаются от других племен, — задумчиво произнесла Элиз. — Обычно у индейцев множество богов, а они поклоняются одному высшему существу, которое у них олицетворяет солнце. Власть у них передается по наследству, онм прослеживают свое родство по женской линии, допуская главенство женщины. Начезы красноречивы, принимают гостей с почестями и очень нежны с детьми. Короче говоря, они более цивилизованны, чем другие племена и даже многие европейцы. И однако они до сих пор хоронят жен и слуг вместе с умершим вождем, мучают и убивают пленных, и если их разозлить, то поднимают восстание и уничтожают сотни людей.

Какое-то время Рено молчал.

— Я вижу, ты изучала жизнь людей моей матери.

— Это и неудивительно: ведь мы живем так близко друг к другу.

— Другие не придают этому значения.

— Мне было интересно. Многим я восхищалась до… дня святого Андрея.

— Начезами можно восхищаться и сейчас, но кто знает, как долго?

— Что ты имеешь в виду?

— Неужели ты сомневаешься в том, что французы возьмут реванш? К ним обязательно присоединятся другие племена, лишенные по ошибке своей части добычи.

— Наверное, так и будет…

Они замолчали. Первым заговорил Рено:

— Если ты хочешь искупаться, я постою на карауле.

— Я не умею плавать.

— В этом нет необходимости. Вода у берега не доходит до шеи.

Элиз очень хотелось освежиться. Дома она принимала ванну не реже двух раз в неделю, а летом и чаще.

— Только ты отвернешься, — наконец произнесла она.

— Как тебе будет угодно.

Сделав несколько шагов в сторону, Рено остановился. Убедившись, что он не смотрит на нее, Элиз стала быстро раздеваться. Побросав верхнюю одежду на ковер из листьев, она в нижнем белье поспешила к реке и окунулась в воду.

— Х-холодно!

— Ничего, привыкнешь.

Элиз показалось, что он смеется над ней, но ей не хотелось оборачиваться, чтобы проверить, так ли это. Сжав зубы, чтобы унять дрожь, она вошла глубже и вскоре обнаружила, что вода, хотя и прохладная, все же теплее воздуха. Погрузившись в нее по плечи, она с наслаждением расслабилась.

— Подожди! — крикнул Рено. — Я забыл дать тебе мыльный корень.

— Мне он не нужен.

— Нужен. Я сейчас принесу его.

Обернувшись, Элиз увидела, как Рено отложил в сторону нож, снял одной рукой набедренную повязку и направился к ней с каким-то предметом в руке.

— Не подходи ко мне!

— Не волнуйся.

Но Элиз волновалась. Она знала, что уязвима в воде больше, чем на суше, что движения ее ограниченны, и она едва одета. А он и вовсе был абсолютно голый.

Элиз попятилась назад, постепенно скрывая под водой грудь, плечи, шею. Однако наступив ногой на гнилое бревно, она споткнулась, потеряла равновесие и ушла под воду. Послышался громкий всплеск, и прежде чем она смогла подняться, крепкая рука Рено обняла ее за талию и подняла наверх.

Вынырнув на поверхность, Элиз судорожно вдохнула воздуха и обнаружила, что прижимается к крепкому телу Рено. Их тела нежно соприкасались друг с другом, и вода помогала им в этом.

По коже Элиз прошла дрожь, вызванная каким-то странным чувством, которое она затруднялась облечь в слова. Разжав губы, Элиз холодно произнесла:

— Благодарю. Можешь отпустить меня.

Как ни странно, он сразу же подчинился.

— Приношу вам свои извинения, мэм.

— По твоей милости я чуть было не утонула!

— Как я мог предполагать, что ты так глубоко зайдешь? Никогда не знаешь заранее, что может случиться.

Рено говорил как-то рассеянно и не смотрел ей в глаза. Вскоре Элиз поняла, куда он смотрит. Она стояла теперь близко к берегу, и видна была ее грудь, облепленная мокрой рубашкой.

Элиз поспешно шагнула назад.

— Тогда мне следует поблагодарить тебя. А где мыльный корень? Ты его потерял?

— Нет. — Он протянул ей на ладони кусочки мыльного корня.

Элиз осторожно взяла их и подняла глаза на Рено. Он стоял, не двигаясь, и тоже смотрел на нее. Казалось, он не собирается идти к берегу. Элиз хотела попросить его уйти, но что-то удержало ее от этого. Она вновь вспомнила о своих угрызениях совести и вдруг почувствовала, что они исчезли, а на смену им пришло какое-то странное ощущение, в котором она пока не могла разобраться.

Рено стоял не шевелясь. Опустив глаза и делая вид, что не замечает его взгляда, Элиз стала намыливать плечи, шею и грудь, наслаждаясь свежим запахом пены. Затем она вымыла голову и только после этого посмотрела на Рено.

Он стоял, с грустью наблюдая за ней. Что-то в его взгляде испугало ее, но она отбросила страх. Ее вдруг осенила одна идея. Повернувшись к Рено, она протянула ему обмылок.

— Не можешь ли ты…

В следующую секунду Элиз испугалась того, что собиралась сделать, осеклась и замолчала. Отдернув руку, она сжала ее в кулак и отвернулась.

— Опять у тебя какие-то дурные мысли? — спросил Рено.