Барбара Картленд - Роман с призраком

Он знал, что камердинер Доусон наверняка приготовил для него ванну. Как приятно было освежиться после жаркого дня, смыть с себя пыль, которой в этот сезон летало в воздухе больше, чем когда-либо на его памяти, ведь стояла настоящая засуха.

Камердинер помог графу Треварнону снять облегающий, превосходно сшитый камзол, который вызывал зависть у самого короля.

– Просто не понимаю, почему на вас этот Вестон кроит все так хорошо, а на меня – так безобразно! – часто сетовал король.

В душе граф Треварнон знал ответ. Виноват был не Вестон, а живот Его Величества, так выросший в последние годы, что ни один портной был бы не в силах придать фигуре короля элегантность.

Когда сегодня король вернулся к этой теме, граф Треварнон ответил:

– А я как раз хотел похвалить наряд Вашего Величества. Вы сегодня выглядите еще импозантнее, чем обычно.

Король горделиво заулыбался. Услышать комплимент от такого знатока, как граф Треварнон, было особенно приятно.

– Прекрасные были скачки, Доусон, – сказал Треварнон.

– Отличные, милорд! – подхватил камердинер Небрежно бросив шейный платок на туалетный сто лик, граф Треварнон заметил сложенную записочку с его именем и пометкой» Срочно'«, воткнутую в рамку зеркала.

Почерк был явно женский.

– От кого это, Доусон? – спросил граф Треварнон Камердинер повернулся и с удивлением взглянул на записку, которую держал хозяин.

– Понятия не имею, милорд. В первый раз вижу!

– Но я нашел ее здесь, на своем туалетном столе!

– Пока я здесь был, милорд, никто сюда не заходил, – заверил Доусон.

Граф Треварнон развернул листочек.

На нем была лишь пара строк. Еще не читая, он обратил внимание на изящный, но совершенно незнакомый почерк.

В записке говорилось:

» Не пейте вино, которое подадут, когда Вы будете оде даться, к обеду, а то заболеете!«

Пока граф Треварнон в недоумении рассматривал таинственное послание, раздался стук в дверь.

Доусон пошел открывать.

Камердинер вернулся с подносом, на котором стоял хрустальный графин с вином и один бокал.

– Вы выпьете вина до того, как примете ванну, или позже, милорд? – спросил Доусон.

Граф Треварнон подозрительно посмотрел на графин.

– Я хочу поговорить с Хантом, – сказал он – Прежде всего пусть он выяснит, кто сюда приезжал и кто оставил эту записку.

Доусон явно удивился такому распоряжению хозяина, но, молча поставив поднос, вышел из комнаты.

Граф Треварнон взял графин и понюхал вино. Ему показалось, что запах был обычный. Возможно, все это подстроил кто-то из друзей, желая над ним подшутить.

Однако он знал почерк своих приятелей и был уверен, что записку писал кто-то другой.

К тому же рука была явно женская.

Теперь граф Треварнон почувствовал, что от записки исходит тонкий аромат. В первый момент он этого не заметил.

Граф Треварнон поднес листок к носу. От нее исходил какой-то знакомый аромат, но он не мог определить, какой именно.

Теперь он вспомнил, что уже не раз замечал этот запах у себя в спальне и в других помещениях дома.

Может быть, это аромат от расставленных повсюду букетов? Но в его комнате были только чайные розы, и пахли они совсем по-другому.

Граф Треварнон был заинтригован. Тайна, заключенная, как ему казалось, в этом доме, дала себя знать.

В дверь постучали. Пришел мистер Хант.

– Посылали за мной, милорд?

– Я хочу знать, кто меня сегодня спрашивал и кто принес эту записку, – обратился граф к управляющему.

– Я выяснил, ваша милость, что здесь была леди Блэкфорд, – сообщил камердинер. – Она приехала сегодня уже к вечеру, и мне не сообщили об этом, пока я не стал наводить справки минуту назад.

» Ну конечно же, леди Блэкфорд!«– подумал граф Треварнон.

– И это она написала мне записку?

– Нет, милорд. Леди Блэкфорд специально сказала, что не станет оставлять для вас записки, потому что у нее есть для вашей милости сюрприз и она не хочет испортить удовольствие.

– Я нахожу чрезвычайно странным, что вам не доложили о ее визите.

– Это произошло по чистой случайности, – пояснил мажордом. – Я уже имел разговор с Хейсом.

– С младшим дворецким?

– Да, милорд. Выяснилось, что это он впустил леди Блэкфорд.

– А кто наливал в графин вино, которое мне сейчас принесли?

Мажордом удивился этому вопросу, но ответил:

– Боюсь, что это мне неизвестно, милорд, но я сейчас выясню.

– Будьте добры! – резко сказал граф Треварнон. Опять промедление! Граф Треварнон разделся и опустился в приготовленную для него ванну.

Он все еще был в халате, но уже собирался одеваться, когда вернулся мажордом.

– Прошу прощения за задержку, ваша милость, но мне стоило некоторых усилий установить, что вино было перелито из бутылки в этот графин Хейсом. Он же принес вино наверх. Здесь он передал поднос Роберту, который дежурит сейчас на этаже, и тот доставил его в комнату вашей милости.

– А что вам известно об этом Хейсе? – спросил граф Треварнон.

– Он пришел с отличными рекомендациями, когда вы, милорд, сказали, что у нас в сезон бывает слишком много гостей и Дину требуется помощник.

– А какие рекомендации он предъявил?

– У него было два письма. Одно от герцога Ньюкасла, другое – от леди Сайдел Блэкфорд.

Лицо графа Треварнона выразило радость, сродни той, что появляется на лице охотника, долго преследовавшего кабана, когда дичь оказалась перед ним на расстоянии выстрела.

– От леди Сайдел Блэкфорд! – воскликнул он. – И именно она сегодня разговаривала с Хейсом! Велите ему прийти ко мне через пять минут.

Выжать из Хейса все, что граф Треварнон очень хотел знать, оказалось совсем не трудно.

После разговора он снова вызвал мажордома и распорядился уволить Хейса немедленно и без рекомендаций.

Демелса с торжеством наблюдала из своего укрытия, как граф Треварнон, который выглядел сегодня еще великолепнее, чем накануне вечером, – если такое было возможно, – сел в карету, чтобы ехать на обед к лорду Дайзерту.

Он нашел виновного и категорически запретил впредь даже на порог пускать кого бы то ни было с рекомендациями от леди Блэкфорд.

Но один секрет так и остался нераскрытым. Кто же его предупредил запиской? Кто положил ее на туалетный столик? Чьи духи источали странный, тонкий и чарующий аромат?

Он не переставал ломать голову над этими вопросами.

В этот вечер взгляд Шерис Плимуорт почему-то показался графу менее загадочным, чем он ожидал. Встреча с зеленоглазой красавицей закончилась весьма прозаично.

Глава 4

В среду, возвращаясь со скачек домой, Демелса с волнением думала, что этот день стал одним из самых примечательных в ее жизни.