Жаклин Нейвин - Нежный похититель

– Не совсем понимаю вас.

– Хорошо! Буду более откровенным. Скажите, зачем вы пытаетесь меня соблазнить?

– Я?!

– Да, вы! Зачем демонстрируете мне свои прелести?

– Но я вовсе не хочу вас соблазнять! Мне просто интересно... Я всего лишь хочу...

– Чего? Чтобы я стал вашим любовником? Разве не так? Ли покраснела до корней волос и оттолкнула Моргана:

– Поймите же вы, самовлюбленный глупец! Я не хочу вас! Просто мне любопытно. Ведь я совсем молода и неопытна! Что же плохого в моем любопытстве?

– А в чем конкретно проявляется ваше любопытство? Что бы вы хотели узнать нового и важного? Что такое, по-вашему, «наркотическое одурманивание» или как там еще вы, черт побери, это называете?

Голос Моргана стал еще более жестким и требовательным.

– Сэр, я получила благородное воспитание, и мне не к лицу проявлять интерес к какому-то там «наркотическому одурманиванию» и вообще к наркотикам!

– Вы лжете! Послушайте меня, Злючка! Я давно пренебрег правилами приличия, установленными обществом. И если вы думаете, будто следую этим правилам, то глубоко ошибаетесь! И не пытайтесь превратить меня в своего покровителя. Я на эту роль не гожусь, и в результате оба мы потерпим провал в деле, которое задумали.

– Я не нуждаюсь в вашем покровительстве, ибо вполне могу сама о себе позаботиться!

– Неужели? Может, проверим?

Морган вновь ее поцеловал. Сердце Ли учащенно забилось, а мысли о собственной независимости мгновенно вылетели из головы. Губы раскрылись навстречу его губам.

Ли потеряла голову, потеряла способность соображать. Почему – она пока не могла понять.

– Это... Это прямое... бесстыдство! – пролепетала Ли, приходя в себя.

– Вы же сами этого хотели!

– Я... Я не хотела... Я просто просила вас не... Морган не выпускал ее из объятий.

– Я не похож на тех безусых юнцов, которые вились вокруг вас весь сезон. Но при этом неравнодушен к женской красоте. Признаюсь, что хотел бы вами обладать! Но без всяких глупых игр. Я их не люблю. Не стану отрицать, вы умеете очаровывать мужчин, но это ничего не значит. По крайней мере для меня.

Ли мягко отстранилась от него.

– Я боюсь вас, Морган! – прошептала Ли.

– Что же, это неплохо! Даже наоборот. По крайней мере перестанете со мной флиртовать и поймете, какую серьезную ошибку могли совершить!

Наступило молчание. Затем Морган сказал:

– Однако вы уже на пути осуществления наших планов. А теперь решайте: стоит ли нам добиваться реализации задуманного или лучше вовремя остановиться, а для начала попытаться восстановить контроль над собой?

– Чтобы я вновь стала предметом общего презрения, как это уже было?

Нахлынувшая волна негодования вернула Ли энергию и самообладание.

– Имейте в виду, Морган, я сама решу, когда и каким образом прервать эту затею! Это произойдет, лишь когда мы исполним все то, что замыслили для восстановления репутации в обществе. Поверьте, сэр, я отнюдь не трусиха. И уверена, что смогу себя контролировать! Ну а вы сможете?

Морган слегка приподнял брови в ответ на эту браваду и бесстрастным тоном проговорил:

– Давайте забудем этот разговор и никогда больше не будем к нему возвращаться.

Всю дорогу они молчали.

«Боюсь, что играю с огнем!» – думала Ли, глядя на малышку, сидевшую перед ней в детском кресле.

У маленькой Козетты были огромные зеленые глаза – в точности как у ее отца. Она вообще была копией Рафаэля.

С первого дня появления Козетты на свет Ли постоянно хотелось потрогать ее, подержать на руках, потормошить. Она очень любила детей, и те отвечали ей взаимностью. То, что в ней проснулся материнский инстинкт, Ли начала сознавать совсем недавно. Раньше ей это даже в голову не приходило. А теперь она испытывала что-то вроде ревности к сестре, которой Бог послал такого чудесного младенца.

Ли невольно подумала о Моргане. И о том, какое было бы счастье прижать к груди их общего ребенка...

– Господи, о чем это я?! – произнесла она вслух.

Козетта подняла головку и с любопытством посмотрела на Ли. Та засмеялась и принялась щекотать девочку. Козетта тоже засмеялась. Тогда Ли взяла малютку на руки и поднесла к окну, откуда открывался живописный вид на лес.

Козетта не без интереса посмотрела, но тут же повернулась к Ли и принялась играть ее кудрями.

Ли погладила девочку по головке и вновь задумалась. Конечно же, о Моргане...

Как ей быть? Ведь Морган – мужчина! И у него не может не быть желаний... Тех, о которых Ли знала по романам Дафны. То есть плотских! Которые действуют подобно наркотикам. Не только на мужчин, но еще в большей степени на женщин. Мужчины этим пользуются, чтобы удовлетворить свою похоть.

О Боже!

Сердце Ли учащенно забилось. Морган уверен, что она хочет его! Да, она действительно отчаянно страдала по нему, всячески старалась привлечь к себе его внимание, заставить тосковать по ней... И в то же время боялась этого.

По телу Ли пробежала дрожь, из груди вырвался тихий стон. Козетта вновь с удивлением на нее посмотрела и счастливо улыбнулась...

Счастье! Да, Ли хотела счастья с этим человеком! Хотела почувствовать наркотическое опьянение желания и любви. Но боялась преступить запретную черту. Боялась запятнать свою репутацию, опозорить семью. К тому же она пока не слышала от Моргана ни одного нежного слова, не говоря уже о том, будто бы отвечает на ее зародившееся чувство...

Ли с любовью посмотрела на Козетту и тихо прошептала ей на ухо:

– Постарайся поменьше влюбляться, дитя мое!

Как могла она полюбить этого человека? Разве любовь не есть нечто прекрасное, приносящее радость? Но ведь у них с Морганом все по-другому!

Разве это любовь?

Нет!

Тогда что же?

«Боже мой, неужели я влюблена в графа Уоринга?! – в ужасе подумала Ли. – Это было бы самой большой ошибкой в моей жизни!»

Двое мужчин – брюнет и блондин – сидели друг против друга в кабинете Рафаэля. Стороннему наблюдателю они показались бы старыми друзьями. На самом же деле разговор их носил далеко не дружеский характер.

– Сестра моей супруги еще очень молода, – говорил Рафаэль.

– Ей девятнадцать лет, – возразил Морган, попыхивая сигарой. – И совсем скоро исполнится двадцать. К тому же она вполне серьезно относится к предложениям руки и сердца, которые сыплются на нее со всех сторон, хотя пока всем отказывает.

– Ага! Значит, вы тоже намерены сделать ей предложение!

– Да, вы совершенно правы. И это мое намерение крепнет день ото дня. Честно говоря, мои планы в этом отношении очень серьезны. А потому имеют целью безотлагательно завершить процесс естественного ухаживания законным браком.

– Но вы значительно старше Ли, – возразил Рафаэль, бросив на Моргана неприязненный взгляд.