Джейн Арчер - Мятежный восторг

Лоретта была вне себя от гнева и сделала все, чтобы это не осталось незамеченным. Маркиз несколько раз обратился к ней, пытаясь втянуть в общий разговор, но получил в ответ лишь односложные ответы сквозь зубы. Альфонса это весьма позабавило, зато Жанетта, как и маркиза, чувствовала себя не в своей тарелке, тем более что хозяин дома перенес свое внимание на нее и засыпал вопросами об отчиме, женихе и обо всех трех поместьях. Это больше напоминало допрос, чем дружескую беседу, и уж тем более никак не походило на застольный обмен шутками, более привычный для Жанетты. У нее пропал аппетит, и она не могла дождаться момента, когда можно будет выйти из-за стола.

Когда мужчины проследовали в кабинет маркиза, чтобы насладиться коньяком и сигаретами, Диаманта пригласила дам в музыкальный салон. Лоретта подошла к клавесину и начала нажимать на все клавиши. Звук был на редкость раздражающим для напряженных нервов Жанетты. Она чувствовала, что находится на грани срыва.

– Вы должны простить мою дочь, – сказала маркиза, пытаясь оправдать ее поведение. – Она еще дитя и не умеет владеть собой.

– Да, конечно, я понимаю, – вежливо откликнулась Жанетта, хотя ей надоели надутый вид этой строптивой девчонки и ее злобные взгляды.

Чем она виновата? Они с Жан-Клодом любят друг друга с самого детства! Ни у одной женщины нет ни малейшего шанса встать между ними!

– Сыграй нам что-нибудь! – обратился к Лоретте Альфонс, входя в салон.

Девочка уселась за клавесин, дождалась, когда все подойдут к ней поближе, и заиграла. Маркиз и маркиза подвинули ближе стулья, Альфонс с улыбкой облокотился на инструмент. Только Жанетта, внезапно испытав отвращение ко всему семейству де Бомонов, осталась стоять около двери. Жан-Клод искоса глянул на нее и вдруг пошел в ее сторону, как будто внезапно вспомнив о чем-то.

– Постарайся ускользнуть в холл, дорогая, – шепнул он, проходя мимо. – Мне нужно кое-что сказать тебе.

Никто, казалось, не заметил этого маленького инцидента, собравшиеся были полностью поглощены музыкой, но если кто-нибудь увидит ее выходящей вслед за Жан-Клодом… Однако это был подходящий момент, чтобы переговорить с ним, ведь сказать предстояло так много!

Когда Лоретта начала следующую пьесу, Жанетта выскользнула из салона незамеченной. В слабо освещенном холле сильные руки тотчас поймали ее и увлекли в темный угол, губы прижались к губам в поцелуе, в котором было что-то фальшивое и вместе с тем требовательное и настойчивое, и Жанетта инстинктивно отшатнулась. Она приписала свою реакцию страху быть обнаруженными. Жан-Клода, похоже, ничто не волновало. Он прижал ее к себе и властно поцеловал в губы. Когда он отпустил ее, Жанетта ощутила странный холодок внутри.

– Нам нужно многое обсудить! – прошептала она прерывающимся голосом.

– Ты меня совершенно измучила, дорогая! – шепнул Жан-Клод.

– Чем же?

– Как это чем? Ты меня пленила, околдовала! Со дня бала я ни о чем другом не могу думать, кроме как снова заключить тебя в объятия и ощутить дивный вкус твоих губ! Кажется, с тех пор прошла целая вечность! Обещай выйти сегодня ночью в сад!

– В саду мы уже однажды были, и это плохо кончилось, – сухо возразила Жанетта.

– Сегодня никто не сможет нам помешать! Ты придешь? Если любишь, придешь непременно!

– Я люблю тебя!

Жанетта забыла обо всех сомнениях. Разумеется, она любит его, как же иначе? И Жан-Клод любит ее, вот откуда его напор!

– Значит, ты придешь?

– Конечно, приду!

– Только дождись, пока все уснут… и приходи в пеньюаре.

– Однако, Жан-Клод! – Девушка вспыхнула. – Это неприлично!

– Черт возьми, Жанетта, и это ты называешь любовью?

– Ну хорошо, я согласна, – неохотно уступила она.

Ей пришло в голову, что это будет подходящий случай покинуть «Прибежище Авроры». Вскоре должны были вернуться ее отчим и жених, да и дом маркиза Никогда еще не казался ей таким негостеприимным. Мало того, что ненависть Лоретты крепла, Жанетта чувствовала, что и хозяин дома замышляет в отношении нее что-то недоброе. Его вопросы за ужином вызвали у нее сильную тревогу.

– Лучше вернуться, пока нас не хватились, – сказал Жан-Клод, слегка подтолкнув ее к дверям в музыкальный салон.

Толчок был легким, но она не ожидала его и споткнулась на пороге. Лоретта как раз закончила пьесу и обернулась на звук, с подозрением окинув взглядом Жанетту.

– Не хотите сменить меня за клавесином, Жанетта?

– Охотно, – ответила девушка, стараясь вести себя как ни в чем ни бывало.

Она заиграла медленную и печальную мелодию, полностью отвечавшую ее настроению. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой растерянной и одинокой. Жан-Клод изменился так разительно, что чем дальше, тем больше пугал ее, и приходилось снова и снова напоминать себе, что это друг детства, ее первая любовь. Возможно, он изменился, чтобы приспособиться к обстоятельствам, к людям, среди которых вынужден жить. Значит, все вернется на круги своя, когда они будут вместе и далеко от Марселя! Внезапно Жанетта так явственно увидела сверкающие черные глаза Лиса, что ошиблась клавишей и закончила пьесу без эффектной концовки.

Маркиз любезно помог ей подняться из-за клавесина и взял арфу. Она постаралась устроиться как можно дальше от Жан-Клода и остаток вечера старательно избегала его взгляда. Не он один наблюдал за ней, но и маркиз, и Лоретта. Девочка ревновала, и тут было все ясно, но что за мотив был у хозяина дома?

Когда музыка наконец отзвучала, девочка решительно направилась к Жанетте. К счастью, вмешался Жан-Клод, предложив проводить обеих молодых дам до их комнат. У двери Жанетты он склонился к ее руке, пожелал доброй ночи и проследовал дальше об руку с Лореттой. Девушка прикрыла дверь и прижалась к ней ухом, ловя малейший звук. Удаляясь, Жан-Клод и Лоретта перешептывались, а когда остановились у дальней двери, наступила долгая тишина. Жанетта услышала тихий женский вздох, потом быстрые шаги к лестнице. Руки ее сжались в кулаки.

Уж не считает ли он ее круглой дурой? Такая долгая тишина может означать только одно – поцелуй. Что за игру затеял Жан-Клод? А еще утверждал, что любит ее! Но разве может быть, чтобы он солгал? Наверняка есть какое-то объяснение происходящему. Жанетта решила, что непременно его потребует.

Когда явилась горничная, чтобы помочь ей раздеться, она отослала ее, желая на свободе все обдумать. Сбросив платье и нижние юбки, девушка долго стояла перед шкафом в панталонах и корсете, передвигая вешалки с пеньюарами, пока наконец не выбрала тот, что больше всего ей шел, – синий с лиловым отливом.

Переодевшись в ночную сорочку, она, к своему смущению, убедилась, что та слишком тонка и прозрачна. Пришлось быстро накинуть пеньюар, но это мало помогло. Приличия не позволяли ей явиться на свидание с Жан-Клодом в таком виде. Жанетта снова подумала, что он очень изменился.