Нора Хесс - Очарование нежности

Выбравшись из своего лежбища, Трэй про­делал ту самую ежеутреннюю рутинную работу, с которой начинались его дни с тех пор, как он перепоручил стадо Коулу. Разведя костер и вскипятив воды для кофе, молодой ковбой подумал, что был бы дико рад наконец нор­мально поесть. Ужины его состояли исключи­тельно из куропаток, которых он стрелял из седла и зажаривал на угольях костра. На завт­рак была солонина, опять же поджаренная, сухари и кофе.

Где-то около полудня Трэю стали попадать­ся приметы родной местности – рощица тополей, бычьи черепа, гвоздями прибитые к ство­лам деревьев, куча выбеленных солнцем и дождями бычьих костей. Он подумал, что еще сегодня может попасть домой, хотя уже замет­но стемнело.

Около шести часов вечера Трэй заметил слабый огонек керосиновой лампы в кухонном окне ранчо и ощутил странный прилив энтузи­азма. Ему вспомнилось красное платье, облегавшее женственные изгибы красивого, моло­дого тела, и он понял, что хочет увидеть свою жену.

Улыбка тут же исчезла с его лица, как толь­ко Трэй услышал доносившийся из тени ворот голос Булла.

– Ты, как я понимаю, ищешь ту шлюху, на которой женился?

– Именно, – соскочив с мустанга, он направился к воротам. – А как тебе она? Ну разве не красавица? Спорить могу, что ты горд тем, что заполучил себе в невестки такую милашку. Булл презрительно фыркнул:

– Нет на свете такого человека, который стал бы гордиться тем, что в его семью вошла проститутка.

– Знаю, что ты именно так и думаешь, – ответил Трэй, пропустив мимо ушей его сарказм, – Вот сейчас пойду и как следует поздо­роваюсь с ней.

– Ты ее здесь не ищи.

– А где же прикажешь мне ее искать? – он не спеша приблизился к Буллу и глаза его уг­рожающе сузились. – Это ее дом. Где же ей быть?

Трэй сделал еще один шаг и подошел почти вплотную к человеку, к которому обращался раз в год по обещанию.

– Ты что же, не пожелал пустить ее в дом?

– Не совсем так. Она не пожелала оста­ваться здесь. – Губы Сондерса-старшего скри­вились в глумливой усмешке. – Слышал, что она познакомилась с твоим старым дружком Мэттом.

– Не знаю так все это или нет, но, слава Богу, хоть Мэтт приютил ее. – Он вернулся к своему мустангу и вскочил в седло. Уже натя­нув поводья, Трэй сказал: – Не сомневаюсь, что у меня будет о чем поговорить с тобой, когда я найду Лэйси и выясню у нее, как все было на самом деле. Ты мне чего-то недого­вариваешь, старик.

Молодой человек галопом поскакал прочь, старый Булл озадаченно поглядел ему вслед. Да, Сондерсу-старшему явно не светило ввязывать­ся в конфликт со взбешенным Трэем.

Трэй поскакал напрямик через пастбище. Если Лэйси не пожелала оставаться на ранчо, стало быть, ее приняли соответствующим обра­зом. Нет, он выяснит, что произошло и, если все именно так, как он и подозревал, то тогда держись, Булл Сондерс!

Трэй с отвращением вспомнил о тех бес­численных проститутках, которых его папочка на протяжении многих лет таскал в дом, позо­ря свою жену. Вспомнил он и про ту индианку, которая поселилась у них и исполняла все его постыдные прихоти.

Трэй сочувствовал этой несчастной женщи­не и не мог понять, почему она в одну из ночей не прирезала его спящего или хотя бы не сбе­жала от него. Видимо, ей просто было некуда деваться, поэтому она и вынуждена была тер­петь его побои и унижения.

Полчаса спустя он уже стучал в дверь дома Мэтта. Хосе Перес, муж Лупы, открыл ему. Улыбнувшись во весь рот, он сказал:

– Раненько ты, Трэй. Уже успел до Додж-сити и обратно?

– Не совсем, но почти, – улыбнулся Трэй. – Они бы совсем отощали, надумай я гнать их до самого Додж-сити. Нет, пару недель назад, я распрощался с ними. Понимаешь, мне вдруг очень захотелось домой.

Хосе заговорщически улыбнулся:

– Не стану тебя корить за то, что ты сбежал. Твоя жена – настоящая красавица. Должен заметить, что она даже слишком хороша для такого сорвиголовы, как ты.

Молодой человек сумел скрыть свое удив­ление от комплиментов, раздаваемых этим мексиканцем в адрес его юной жены. Он и сам знал, что она красивая, но чтобы она была для него слишком хороша?! Парень, что, так и не усек, что это проститутка?

– А где Мэтт? Он здесь? – Трэй поспешил сменить тему.

– Нет его, Трэй. Скорее всего, он ужинает у Лэйси. Они часто ужинают вместе. Я слышал, как его пес тут лаял, может, рысь гнал. Они, наверное, пошли взглянуть, не загнала ли собака рысь на дерево. Они уже пару раз так ходили.

– А что, моя жена разве не тут живет? – удивился молодой человек.

– О нет, нет. Она живет в доме старика Джасперса. Он ведь умер вскоре после того, как ты уехал перегонять скот.

Трэй стоял, пытаясь склеить все рассказан­ное ему воедино. Все, оказывается, пошло не так, как он предполагал.

– Ну ладно, – сказал Трэй, поворачиваясь и сходя с крыльца. – Я поскакал туда, может, еще их застану.

Он изнемогал от голода и усталости, ког­да добрался до маленького, уютного коттеджа Джасперса. Когда на его стук не последовало никакого ответа, Трэй толкнул дверь и во­шел.

Стоявшая на столе зажженная лампа свиде­тельствовала о том, что оба не так давно ужинали. При виде ломтика ветчины на одной из тарелок у него слюнки потекли и он невольно улыбнулся. Не долго думая, Трэй схватил его и начал с жадностью есть. На плите стоял еще теплый кофейник. Он отхватил от куска солид­ный ломоть мяса, положил его на тарелку, даже не удосужившись взглянуть, чистая она или нет, и подцепил ложкой из кастрюли две огромные картофелины. Мыча от удовольствия и напрочь позабыв о всех хороших манерах, которые когда-то пыталась привить ему мать, Трэй уселся за стол и набросился на еду.

Когда молодой человек утолил, наконец, свой звериный голод, он запил ужин большой круж­кой кофе и огляделся.

С тех пор как Трэй в последний раз был у Джасперса, здесь все изменилось до неузнаваемости. На столе была расстелена красивая скатерть в цветочек, на окнах висели новые занавески в тон скатерти. Что-то не мог он припомнить, чтобы у Джасперса было так уют­но. Вспоминалась только копоть да грязь.

«Похоже, что эта потаскушка еще и непло­хая домашняя хозяйка», – с некоторым изумлением отметил про себя Трэй.

Вспомнив о том, что Мэтт и Лэйси отпра­вились вслед за собакой, он вышел из дома и вскочил на своего изрядно уставшего мустанга.

– Ничего, ничего, старик. Обещаю тебе, что сегодня получишь от меня целый мешок овса, – похлопал он по шее маленького пони.

Молодой человек без труда разыскал следы, маленькие – Лэйси и побольше – Мэтта. Вечер был ясный, светила полная луна. Он проделал уже довольно изрядный путь, как вдруг тишину прорезал истошный крик. Такого вопля ему еще слышать не приходилось. Трэй тут же пришпо­рил своего мустанга и помчался вперед, по правлению к деревьям.