Джулия Куин - Плутовка

— Почему бы тебе не взглянуть на ткани? — Данфорд слегка сжал ее руку.

— Но…

— Помолчи. — Он угадал ее мысли. Генри собиралась напомнить ему, что не знает вкусов его сестры. — И все же сделай одолжение, взгляни.

— Как скажешь. — Она подошла к отрезам шелка и муслина и потрогала ткань. О, как она была мягка! Она тут же отдернула руку. Глупо восторгаться тканями, если все, что ей нужно, — это рубашки и бриджи.

Данфорд видел ее восхищение и понял, что поступил совершенно верно. Отозвав портниху в сторону, он шепотом сказал ей:

— Так получилось, что гардеробом моей сестры никто не занимался. Она жила с тетушкой, которая, судя по всему, мало понимала в моде.

Портниха понимающе кивнула.

— Есть ли у вас что-нибудь, что можно было бы купить уже сегодня? Мне хотелось бы поскорее расстаться с тем, во что она одета сейчас. Потом вы снимете с нее мерки и сошьете еще несколько.

— У нас есть одно или два, которые несложно будет подогнать под ее размер. Вот одно из них. — Она указала на платье бледно-желтого цвета, надетое на портновский манекен.

Данфорд уже собирался было кивнуть, как увидел лицо Генри.

— Она смотрела на это платье так, как смотрит на еду изголодавшийся человек.

— Годится, — прошептал он портнихе. Затем, уже громко, он сказал: — Генриетта, почему бы тебе не примерить желтое платье. Миссис… — Он подождал, пока портниха назовет свое имя.

— Тримбл, — последовал ответ.

— …Миссис Тримбл подгонит его по размеру, если это потребуется.

— Ты хочешь этого? — спросила Генри.

— Очень.

Ее не пришлось долго уговаривать. Миссис Тримбл быстро сняла платье с манекена и попросила Генри следовать за ней в дальнюю комнату. Пока их не было, Данфорд принялся рассматривать образцы ткани. Бледно-желтый должен идти Генри, решил он. Он взял в руки отрез ярко-голубого батиста. Этот цвет тоже неплохо смотрелся бы на ней. Впрочем, он не был уверен. Никогда раньше он не занимался такого рода вещами. Ему казалось, женщины сами знают, что им к лицу, Белл и Эмма всегда были одеты с большим вкусом. Но теперь он понимал, что одеваться так их научила мать Белл, которая всегда была образцом элегантности. У бедняжки Генри не было никого, кто мог научить ее этому. Некому было открыть ей тайны женской привлекательности.

Ожидая ее, он присел. Казалось, прошла вечность. В конце концов его терпение лопнуло, и он позвал:

— Генри?

— Одну минуту! — послышался голос миссис Тримбл. — Нужно еще немного убрать в талии. Ваша сестра такая стройная.

Данфорд пожал плечами. А он и не знал. Генри почти всегда носила мужскую одежду, а платья настолько плохо сидели на ней, что трудно было догадаться, что скрывается под ними. Он нахмурился, пытаясь вспомнить, что испытал, когда целовал ее. Поскольку все происходило как во сне, в памяти остался лишь образ хорошо сложенной, благоухающей и нежной женщины.

Наконец появилась миссис Тримбл.

— Вот и мы, сэр.

— Данфорд? — Генри высунула голову из-за угла.

— Не стесняйся, плутовка.

— Обещай, что не будешь смеяться!

— Почему я должен смеяться? Выходи же скорее.

Генри сделала шаг вперед.

Он увидел в ее глазах надежду и страх. У Данфорда перехватило дыхание. Она стала совершенно другой. Желтый цвет прекрасно оттенял великолепное золото ее волос, а небольшой вырез на платье искусно подчеркивал ее женственность. Миссис Тримбл даже удалось изменить ее прическу: она развязала шнурок и заколола несколько локонов наверху. Генри в волнении покусывала губы, пока он рассматривал ее. Как же мила она в своей застенчивости! Это казалось Данфорду очаровательным и вместе с тем странным, он и не подозревал, что она умеет стесняться.

— Генри, — сказал он нежно, — ты выглядишь… ты выглядишь… — Он искал нужное слово, но не смог найти его и потому сказал именно то, что нужно: — Ты так красива!

Это были самые удивительные слова в ее жизни.

— Ты так думаешь? — еле слышно спросила она, благоговейно трогая платье. — Ты на самом деле так думаешь?

— Я знаю это наверняка, — сказал он твердо. Данфорд посмотрел на миссис Тримбл. — Мы покупаем его.

— Чудесно! Если желаете взглянуть на цветные иллюстрации, я сейчас принесу несколько.

— Будьте любезны.

— Но, Данфорд, ведь ты хотел купить его для своей сестры.

— Как я могу отдать его сестре, если оно так идет тебе? — Он хотел казаться практичным. — И потом, мне пришло в голову, что одно-два новых платья тебе не помешают.

— Я и на самом деле уже выросла из своих старых, — с сожалением сказала она.

— Вот видишь!

— Но у меня совсем нет денег.

— Это подарок.

— Я не могу позволить тебе делать такие подарки, — поспешила ответить она.

— Это еще почему? Я распоряжаюсь своими деньгами.

Казалось, она колеблется.

— Думаю, это неприлично.

Он знал, что она права, но не собирался уступать:

— Посмотри на это с другой стороны, Генри. Если бы не было тебя, мне пришлось бы нанимать управляющего в Стэннедж-Парк.

— Ты теперь и сам смог бы управлять поместьем, — заверила она его, ободряюще похлопав по руке.

Данфорд тяжело вздохнул. Он был обезоружен ее добротой.

— Скорее всего у меня не будет времени для этого. Видишь ли, у меня в Лондоне есть обязательства. Так что я экономлю на тебе деньги, которые вынужден был бы платить управляющему, а может быть, даже троим управляющим. Поэтому одно-два платья — самое малое, что я могу сделать для тебя.

Тогда это несколько меняет дело, решила Генри. Ей и в самом деле нравилось это платье. Она вдруг почувствовала себя настоящей женщиной. Может быть, в таком платье она даже научится скользящей походке, такой, как у тех модно одетых дам на колесиках, которым она всегда завидовала.

— Я согласна; — нерешительно сказала она, — если ты настаиваешь.

— Я настаиваю. И кстати, Генри?

— Да?

— Ты не против, если мы оставим твое старое платье у миссис Тримбл?

Она благодарно кивнула головой.

— Вот и хорошо. Теперь, пожалуйста, подойди сюда и взгляни на эти иллюстрации. У женщины должно быть больше одного платья, ты согласна?

— Согласна. Но, не больше трех, — поспешила добавить она.

Он все понимал. Три — это было самое большее, что могла позволить ее гордость.

— Наверное, ты права.

Следующий час они провели, выбирая еще два платья для Генри. Сначала они заказали одно — из ярко-голубого батиста, который так понравился Данфорду. Другое, по совету миссис Тримбл, было решено сшить из ткани цвета морской волны — он добавит блеск серым глазам Генри, сказала она. Портниха обещала, что платья будут доставлены в Стэннедж-Парк через неделю. У Генри чуть было не слетело с языка, что она и сама с радостью приедет за ними, если это понадобится. Еще не так давно она и предположить не могла, что не будет возражать против поездки в Труро. Конечно, она не хотела считать себя пустышкой, которую простое платье может сделать счастливой, однако не признать, что оно давало ей новое чувство уверенности в себе, она не могла.