Дженнифер Хеймор - Сезон обольщения

В дверь постучали. Подняв голову, Бекки увидела, что в комнату заглядывает лакей.

— К вам посетитель, миледи. Мистер Фултон хочет вас видеть.

Джек! Она никак не ожидала, что он приедет раньше. Вскочив с кресла, Бекки отложила книжку и оправила оборки на юбках аспидного цвета.

— Он пришел рано.

— Да, миледи.

— Пожалуйста, проводи его сюда.

Спустя несколько мгновений Джек вошел в салон, внеся узнаваемый мужественный аромат, который витал вокруг него как некая аура. Он был высок и широкоплеч, и все в нем было именно таким, каким она себе воображала в одинокие ночи, мечтая об идеальном мужчине.

Войдя в комнату, Джек остановился. На губах его играла злодейская улыбка. Лакей вышел прочь и затворил двери.

— Благодарю Бога, — сказал Джек. В его голосе прозвучала странная волнующая смесь резкости и покорности. — Я уже не надеялся увидеться с тобой наедине.

Она перебирала пальцами складки своих юбок.

Сделав два широких, но тихих шага по ковру, Джек очутился рядом и, уверенно обхватив за талию, привлек Бекки к себе.

Каждый мускул в ее теле окаменел, но как только Джек склонился к ее устам, она растаяла.

Его поцелуи были изысканно сладки, мягки и нежны, страстны и столь же жадны, как жадны были и ее губы. Оставив юбки, она обвила руками его шею и поцеловала в ответ со всей страстью, которая одолевала ее в последние дни.

О, если бы это длилось вечно! Вина и страх испарялись, соскальзывали по спине и ниспадали к ногам как водопад, оставляя после себя свежесть и чистоту, открытость тому, что сулил ей он.

Еще немного, и он заставит ее снять броню. Все, что для этого требовалось, — продолжать целовать ее, прижиматься губами к ее щеке, векам, подбородку, ре отпускать из крепких объятий, надежно удерживая рядом.

Это было подлинное единение. Если бы только они могли вот так и оставаться — вместе, неразделима.

Но все закончилось слишком быстро. Он осторожно отстранился и, прижавшись лбом к ее лбу, произнес:

— Я скучал по тебе. — Его дыхание и шепот защекотали ей губы.

— Я тоже по тебе скучала.

— Я с ума схожу от желания.

Должна ли она сказать ему правду? Признать, что она тоже хочет его? Что отчаянно жаждет его прикосновения каждый день после их расставания?

Когда-то она то же самое испытывала к Уильяму, но все закончилось гораздо скорее, чем предполагалось. Нет-нет. Конечно, это ощущение надежности в объятиях Джека — всего лишь вымысел, плод фантазии. Ведь однажды это уже подтвердилось. Именно в его объятиях она находилась тогда, неделю назад, когда все эти люди ворвались к ним в спальню.

Он погладил согнутым пальцем ее щеку:

— Ты тоже меня хочешь, я чувствую это. — Его губы оказались возле уха Бекки, дыхание щекотало самую мочку. — Давай прекратим эту бессмыслицу. Выходи за меня.

Она вздохнула. Как ни мечтай, но предложить ему еще один вечер в отеле «Шеффилд» невозможно. Он тоже на это не пойдет, потому что стремится к большему. Он хочет сразу все.

Снова притягивая к себе Бекки, Джек погладил большим пальцем ее лоб и сказал:

— Я решил. Еще неделю назад решил. Я хочу тебя, и готов на тебе жениться.

Она в упор смотрела на него, сосредоточенно хмуря лоб.

— Но как легко ты об этом говоришь… Как можешь вручать свою жизнь женщине, которую едва знаешь?

Джек пожал плечами:

— Но я уже выбрал свой путь и меня с него не сбить. Ни теперь, ни через десять лет. Все, чего я хочу, — это ты. — Он не сводил с нее упрямых темных глаз. — Понимаешь?

— Думаю… да. — Бекки отвернулась. — Но для меня все не так просто.

— Но почему? — Он требовал прямого ответа.

Бекки скрестила руки на груди — на отливающем серебром сером лифе платья, — как бы закрываясь от Джека.

— Никогда не думала, что снова выйду замуж. Я планировала прожить остаток своих дней в качестве вдовы, как синий чулок.

Джек хмыкнул:

— Ты? Синий чулок?

И снова ее поразило, насколько поверхностно они знакомы. Не считая скандального происшествия, их связывало только одно — плотское влечение. Все их остальные сведения друг о друге были меньше самой незначительной соринки.

Вспомнились долгие дни в Кенилворте после венчания с Уильямом. Молодой муж отдалился, и постепенно стало приходить понимание: они не так уж подходили друг другу, как он говорил ей до свадьбы. Никогда больше она не чувствовала себя такой одинокой.

После смерти Уильяма ее окружала семья и еще — с недавних пор — Сесилия. Но даже полное физическое одиночество невозможно сравнить стой жуткой пустотой в душе, которую она чувствовала в Кенилворте.

Не так уж трудно представить себе, что подобной пустотой страдал и Джек. Он ведь был отчаянный повеса. В свои тридцать привык бродить по земле и находить любовниц по настроению. При этом он неизменно пользовался полной свободой. Возможно, когда-то он и любил девушку, но это было слишком давно. Представлял ли он себе, что значит узнать — по-настоящему узнать — женщину? Имел ли понятие о том, как быть мужем? И уж если на то пошло, знает ли она сама, что такое быть настоящей женой?

— Бекки, — он прикоснулся к ее волосам и слегка погладил пальцами заплетенные в косички пряди, скрученные в узел на затылке, — я сделаю тебя счастливой, — Голос звучал тихо, но решительно. — Клянусь тебе.

— Клянешься? — Снова обернувшись к Джеку, она увидела в его глазах только это обещание.

— Клянусь, — повторил он. И его губы снова приблизились — сладкие и теплые. Это нежное прикосновение пронизало ее насквозь, расслабляя мускулы и смягчая внутреннее сопротивление.

— Выходи за меня замуж, — прошептал он ей в губы.

— О нет, — ответила она, вздрогнула и замерла. — Джек… Я…

Он обнял ее за плечи. Она уже не вырывалась.

— Я не хотела, чтобы мои слова прозвучали столь бесповоротно.

«Дай ему шанс», — сказала Кейт и была права. Будет ужасно нелепо, если не сказать глупо, отказать Джеку только из опасения, что он второй Уильям.

— Ты должен дать мне время.

Его пальцы едва дрогнули на ее плечах, но она ощутила это.

— Я хочу тебя, Бекки. Сейчас.

— Я не готова.

Резко, с отчаянием выдохнув, он отступил, запустил пальцы в копну своих темных, тонкими прядями выгоревших на солнце волос.

— Но тем не менее я собираюсь убедить тебя. Ты боишься из-за того, что случилось раньше. Но все время забываешь: я не он!

— Знаю. Только… пожалуйста, будь терпелив.

— Я ненавижу ждать.

— Мне нужно время, чтобы снова научиться доверять.

— Ну а когда я заслужу твое доверие? Что тогда?