Джо Гудмэн - Мое безрассудное сердце

— А вместо вас никто не сможет?.. — спросила экономка. — Может быть, я…

— Нет. — Джонна была непреклонна, а ее голос от боли стал резким. Она перевела дыхание и попыталась смягчить тон:

— Простите… Но нет. Я вам не разрешаю!

— Тогда мистер Шеридан. Это неплохой выбор.

— Его я тоже не хочу вмешивать.

— Но, наверно… если я пойду к нему и объясню…

— Нет!

Миссис Девис поджала губы. Она неодобрительно нахмурилась, но ничего не сказала. В комнату вошла Эмили с опием и компрессом. Экономка взяла их у нее, осторожно наложила компресс, на лодыжку и дала Джонне две ложки опийной настойки.

— Ты можешь идти, Эмили, — сказала она служанке. — Я поговорю с тобой и Тесс попозже.

Эмили переводила неуверенный взгляд с экономки на хозяйку. Глаза у нее оставались тревожными, но она не могла ослушаться приказания миссис Девис.

— Моя и Тесс, — робко сказала она, — мы обе надеемся, что вы скоро поправитесь. — И поняв, что выразилась не слишком удачно, быстро добавила:

— Не из-за нас. Я хочу сказать, мы желаем…

Экономка встала.

— Мисс Ремингтон поняла, что ты хочешь сказать, Эмили. Пожалуйста, подожди за дверью. Я сейчас приду. Эмили присела в неловком реверансе и исчезла.

— Кажется, она меня боится.

Миссис Девис расправила передник.

— Эмили благоговеет перед вами, — сказала она. — Боится она меня.

Эти слова вызвали у Джонны улыбку: она знала, что это не правда.

— Вы могли бы попросить капитана Торна подняться сюда? Я бы хотела поговорить с ним, пока опий не притупил мои чувства.

Минуты через две вернулась Эмили и сообщила хозяйке, что Декера Торна нигде не смогли найти.

Через два дня, проведенных в постели, Джонна уже могла ходить, опираясь на трость. Ограничение свободы угнетало ее. Она управляла делами «Морских перевозок Ремингтон» из своей спальни вопреки запрету доктора Харди и следила за выполнением контрактов и доставкой грузов.

Декер никогда не пытался объяснить свое исчезновение из ее дома в то утро, а Джонна, ставшая более уравновешенной под воздействием опия, не вспоминала об этом, пока он не ушел в рейс. Время шло, и события того дня не казались уже такими важными.

Нельзя сказать, что она совсем не думала о Декере. Но к ее досаде, его образ возникал перед ней в самые неподходящие моменты. Она внушала себе, что это можно понять, ведь она доверила Декеру «Охотницу» и ценный груз. Корабль вез ковры и ром. Обратно он должен прийти с хлопком, за доставку которого прядильные фабрики Новой Англии давали очень высокие цены. Когда в голову ей приходили воспоминания о Декере, она старалась сосредоточить свои мысли на этом рейсе. Все лучше, чем вспоминать о поцелуе на кухне.

Грант навещал ее каждый день, пока она пребывала в заточении и не выходила из комнаты, и приходил к обеду, когда она стала спускаться вниз. После еды они удалялись в музыкальную комнату, где он играл на клавесине. Джонна сидела рядом с ним и переворачивала ноты. Она смотрела, как его красивые руки уверенно и изящно порхают по клавишам, и думала о гибких пальцах Декера, ощупывающих ее лодыжку, о том, как его руки исчезли под подолом ее платья, как он гладил ее запястья.

— Завтра я отплываю в Чарлстон, — сказал Грант еще за десять дней до ее выздоровления. — Надеюсь, вы понимаете, что я бы не уехал, не будь в том крайней надобности.

Джонна посмотрела мимо Гранта на дверь; там стояла горничная, держа перед собой поднос с чаем, видимо, не решаясь войти. Джонна жестом пригласила ее.

— Подай чай сюда, Мэтти. Я сама налью.

Та кивнула и медленно вошла в комнату, осторожно неся поднос с хрупкими фарфоровыми чашками и тяжелым серебром. Она поставила его на столик подле Джонны.

— Спасибо, — поблагодарила Джонна, когда девушка, выпрямившись, замерла. — Можешь идти.

Девушка разгладила передник, в точности копируя движения экономки. Ее толстые губы дрожали, а лицо кофейного цвета, должно быть, горело: она с трудом удерживалась, чтобы не прижать ладони к щекам.

— Да? — спросила Джонна. — Что случилось?

— Миз Девис сказала мне спрашивать, что еще надо.

— Ну вот ты и спросила. Пожалуйста, переедай миссис Девис, что больше ничего не нужно.

— Да, мэм. — И Мэтти пулей вылетела из комнаты. Джонна принялась разливать чай, а Грант, с интересом наблюдавший за происходящим, встал и закрыл за Мэтти дверь.

— Где вы отыскали эту девицу? — спросил он, вернувшись на свое место и принимая из рук Джонны чашку и сахарницу. — Она же совершенно неопытна.

Джонна поставила серебряный чайник и стала размешивать сахар в чашке.

— Не могу сказать. Всю прислугу нанимает миссис Девис. А насчет Мэтти вы правы. Она совершенно неопытна. Миссис Девис все эти дни занимается ее обучением, и я думаю, девушка всему научится. Она очень волнуется, потому что хочет мне понравиться.

— Это по крайней мере мне понятно.

Джонна задумчиво посмотрела на Гранта, наклони голову набок.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ну, дорогая моя, на вас работать не очень-то легко. Вы, кажется, меняете прислугу так же часто, как шляпки, и без большого сожаления.

— О чем вы говорите, Грант?

— Ту цветную девушку, которая обычно подавала нам обед, я не вижу у вас уже несколько дней.

— Вы, должно быть, имеете в виду Тесс?

— Да, кажется, ее так зовут.

— Ее зовут именно так, — язвительно проговорила Джонна. — Если вам действительно так интересно, что сталось с этой девушкой, то подробности вы можете получить от миссис Девис. Ее уволили, потому что недосчитались столового серебра. Не дожидаясь вашего вопроса, сообщу, что ее подружка Эмили предпочла уйти с ней вместе. Очевидно, она думала, что Тесс обвинили несправедливо.

— Но, — начал Грант несколько натянутым голосом, — ведь в вашем доме жил Декер Торн.

— Мы опять начнем спор на эту тему? Право, мне не хочется.

— Это не будет спором.

— Да, не будет, если я соглашусь с вами.

Грант откинулся на спинку стула и поднял чашку. Перед тем как сделать глоток, он оглядел Джонну своими темными холодными глазами.

— Когда возвращается «Охотница»? — спросил он.

— Через несколько дней. Не позже чем через неделю.

— Вы уверены, что Торн вернется вместе с кораблем?

Джонна подлила себе чаю. Когда она заговорила, голос ее звучал ровно:

— Я не думаю, что он украдет клипер, Грант. Вряд ли он сможет сунуть его в карман и остаться незамеченным.

Грант отставил чашку в сторону.

— Вы так верите ему, Джонна? Ведь Торн не Колин.

— Я всегда помню об этом, — возразила она. — Но это интересное замечание с вашей стороны. Насколько я помню, вы никогда особенно не жаловали Колина.