Сабрина Джеффрис - Шалун в ее постели

И тотчас же увидела сына, порождение ее девичьей страсти. Джорди лежал на матрасе перед пылавшим камином. Очевидно, ему во сне стало жарко, потому что он сбросил с себя одеяло А подол его ночной рубашки едва прикрывал худенькие ноги.

Сердце Аннабел сжалось в груди, и она тихонько всхлипнула. Потом осторожно, чтобы не разбудить Сисси, спавшую в кресле, подошла к мальчику и укрыла его одеялом. Он что-то пробормотал во сне, но к счастью, не проснулся.

Аннабел снова всхлипнула и тут же утерла слезы. Интересно, Джорди когда-нибудь задавался, вопросом, почему его «тетя» каждый вечер приходила к нему в комнату вместе с «матерью», чтобы пожелать спокойной ночи?

От таких мыслей ей всегда делалось ужасно больно. Увы, ее сын ей не принадлежал. Неужели так все и останется? Или будет еще хуже? Ведь очень может быть, что Джорди, узнав правду о своем рождении, и вовсе от нее отстранится. И возможно, он не захочет называть ее своей матерью…

Аннабел до боли прикусила губу, чтобы не разрыдаться. «Не надо, не смей об этом думать», — сказала она себе.

— Наконец-то ты вернулась… — послышался тихий голос.

Повернув голову, Аннабел увидела, что Сисси зашевелилась в своем кресле. Кивнув, она так же тихо произнесла:

— Да, только что.

— Удалось поговорить с миссис Пламтри?

— Нет, к сожалению. Но я все же уговорила лорда Джаррета помочь пивоварне.

Сисси улыбнулась и воскликнула:

— Но ведь это замечательно! — Тут Джорди шевельнулся во сне, и она, понизив голос до шепота, добавила: — Дорогая, я знала, что у тебя получится.

— Но есть одна… проблема, — прошептала Аннабел, нахмурившись. И в нескольких словах объяснила, почему им завтра придется ехать в Бертон вместе с лордом Джарретом.

— О Боже… — Сисси вздохнула. — Но если он увидит Хью, то тогда…

Аннабел решительно покачала головой:

— Нет, не увидит. Я сделаю так, чтобы не увидел. И ты мне в этом поможешь, не так ли?

— Да-да, конечно! — закивала Сисси.

— И нужно проследить, чтобы Джорди в дороге случайно не проболтался, — продолжала Аннабел. — Правда, я не представляю, что он может такого сказать, но все же… Все же мальчик не совсем понимает проблемы с Хью. Поэтому следует позаботиться о том, чтобы он поддержал нашу версию. То есть он должен говорить, что его отец болен.

— Да, ты права, — согласилась Сисси. — Я поговорю с ним утром, так что не беспокойся. Я не допущу, чтобы Хью или Джорди нам все испортили. Ведь это — наш единственный шанс. — Сисси откинулась на спинку кресла. — А теперь расскажи, как все происходило. Как тебе удалось заставить лорда Джаррета передумать?

Аннабел невольно вздохнула. К сожалению, она не могла рассказать невестке всю правду. Ведь однажды, много лет назад, она уже опозорила семью своим поведением. Но кое-что она, конечно же, могла рассказать.

Глава 6

Шагая по Хай-Боро-стрит, Джаррет то и дело гневно восклицал:

— Проклятие, что она о себе возомнила?! — И действительно, неужели эта женщина полагала, что добилась от него того, чего хотела?! Эта мысль приводила его в бешенство — именно поэтому ему захотелось показать ей, чего хотел он. Но, «показав», он еще больше разозлился, окончательно потерял голову. И теперь злился и на себя, и на нее, и на весь свет.

Господи, ну почему он не сдержался?! Ведь теперь…

А что, если ее невестка — упаси Боже! — услышала из-за двери их разговор? Действительно, что тогда?!

Проклятие, он думал вовсе не головой, а совсем другим местом — тем самым, которое у него между ног. Вел себя как самец в период гона.

Но с другой стороны… Она ведь прелестна, спору нет. Конечно, она не одна такая, однако же…

Едва ли какая-нибудь другая женщина осмелилась бы войти в таверну вечером ради спасения семейной пивоварни. И конечно же, ни одна из них не приняла бы его ставку и не обыграла бы его в карты — уж в этом-то не было ни малейших сомнений.

Разумеется, он намеренно проиграл — во всяком-случае, ему хотелось так думать. И он очень надеялся, что после этого она образумилась, осознала, как близко подошла к гибельной пропасти. Но эта женщина…

Проклятие, она принялась допытываться, почему он позволил ей выиграть!

И она… О Господи, она сводила его с ума! Хотя, конечно, даже не догадывалась, каким искушением являлась для такого беспринципного человека, как он. Да-да, она явно не чувствовала опасности. Но как же можно быть такой наивной в ее возрасте? Почти тридцать? Хм… он никогда бы не дал ей ее возраста. Она казалась юной, свежей и цветущей — как весенний полевой букет. И надо же— старая дева…

Как странно… Где же глаза у бертонских мужчин? Почему ни один из них до сих пор на ней не женился? Такое просто в голове не укладывалось. Если, конечно… Если только она сама не шарахалась от брака.

«Я не вышла замуж, сэр, потому что не вижу в этом смысла», — кажется, так она сказала. Во всяком случае, она выразилась именно в этом смысле.

Что ж, он придерживался того же мнения — не усматривал особого прока в женитьбе. И следовательно, что-то общее у них все же имелось.

Зато он видел очень большой прок в том, чтобы переспать с ней, насладиться ее восхитительным телом…

Черт бы ее побрал! Из-за пивоварни брата она пошла на такой риск! Но только ли из-за пивоварни? Ведь очень может быть, что она…

Тут Джаррет вдруг обнаружил, что уже подошел к двери таверны, где оставил друзей. Мысленно выругавшись, он открыл дверь и переступил порог. Увидев его, Гейб с усмешкой воскликнул:

— Вы посмотрите, кто к нам пришел! Братец, неужели ты решил вернуться? Даже не верится.

Приблизившей к столу, Джаррет осмотрелся. За то время, что он отсутствовал, таверна опустела — в зале кроме его друзей и брата, почти никого не было. Гейб же сидел с горничной на коленях. Мастерс тасовал карты, а Пинтер, как обычно, хмурился.

Увидев друга, Мастерс отодвинул для него стул и проговорил:

— Что ж, теперь, когда леди ушла, можешь сказать нам правду. Скажи, чтобы ты получил в случае выигрыша?

Джаррет пожал плечами:

— Не понимаю, почему ты спрашиваешь об этом. Ведь я же уже сказал. Кольцо ее матери.

— Неужели кольцо?! — Мастерс рассмеялся.

Джаррет пристально посмотрел на него и тихо спросил:

— То есть ты называешь меня лжецом? Я правильно тебя понял?

Мастерс поморщился и пробурчал:

— Нет, конечно, нет. Просто все это как-то странно. Ведь ты же обычно…

— Думай что хочешь, — перебил Джаррет. — Но я сказал то, что сказал. Ты меня понял?

— Господи, Джаррет, что это с тобой? — пробормотал Гейб, с удивлением взглянув на брата.