Кэтрин Кэски - Как соблазнить герцога

Когда Квин заметил дворецкого, на его прекрасно очерченном лице появилось выражение замешательства.

– Не рано ли для письма?

– Сейчас не так уж рано, милорд. – Кловис поднес серебряный поднос поближе к Квину, чтобы он взял письмо.

Внезапно Рогана поразила мысль, что что-то не так, как должно было быть.

– Возьми письмо, Квин.

Квин пристально смотрел на лежащий на подносе лист бумаги кремового цвета.

– Полагаю, сначала я закончу свой завтрак.

Что это? Роган встал со стула. Даже с противоположного конца стола он видел, что адрес на бумаге был написан женской рукой. Возможно, мисс Ройл?

Может быть, в этом заключается причина, по которой Квин опасается вскрывать при нем письмо? Боялся ли он того, что мисс Ройл в своем письме попросит его не искать с ней больше встреч? После всего случившегося, возможно, ей показалось, что Квин, герой войны, не сделал ничего, чтобы остановить своего брата – любителя злых шуток – от посягательств на ее честь. Или, что более вероятно, позднее на балу она нашла еще одну мишень с более толстым кошельком.

Да, да. Фантастическое предположение. Но перспектива услышать новость о том, что мисс Ройл отказалась от своих планов окольцевать его брата, вызвала у Рогана головокружение.

А Квин даже не пошевелился, чтобы открыть письмо.

Черт побери, Роган больше не мог этого вынести! Он должен знать, что написано в письме.

– Сегодня утром я уже съел все, что мог, – начал Роган, надеясь, что Квин не заметит полной тарелки еды. – Я прочту письмо вслух, пока ты завтракаешь. В конце концов, у нас ведь нет секретов друг от друга, ведь так, брат?

И, не дожидаясь ответа Квина, Роган схватил письмо с подноса, взглянул на почерк – черт побери! Это не от мисс Ройл.

– Письмо от леди Тидвелл. – О да, его план на случай непредвиденных обстоятельств. Но так скоро? Это становилось интересным. Роган передал письмо Квину. – Уверен, ты захочешь прочитать его.

– О, очень хорошо. Дай мне его. – Квин поднес письмо к глазам и молча читал его в течение нескольких секунд.

Роган внимательно наблюдал за Квином. Что он увидел на лице брата? Может ли это быть намек на улыбку? Или проявление интереса?

– Как поживает леди Тидвелл? – поинтересовался Роган. – Я едва обмолвился с ней парой слов. Это был ее первый выход в свет после окончания траура. Ты разговаривал с ней, ведь правда, Квин?

– Да. – Казалось, он немного отвлекся от своих дум в этот момент, и Роган воспринял это как хорошее предзнаменование. – Ее брат, лейтенант Спиннер, получил назначение в другой полк. Сейчас он остановился в Лондоне на короткое время. Кажется, сегодня утром он направляется в Индию. Хороший парень этот Спиннер.

Квин взглянул на Рогана, на лице его больше не было следов беспокойства, появилось выражение веселья и радости.

– Мы вместе служили в Тулузе, ты знаешь.

– Правда? Я не знал об этом. – Конечно, Роган был в курсе всего. На самом деле именно близкая дружба Квина с братом леди Тидвелл послужила поводом для того, чтобы она была выбрана в качестве средства, которое способно отвлечь Квина.

– Она прислала мне приглашение на обед, который состоится сегодня днем… до его отъезда. Мы будем втроем. – Квин положил письмо на колени и задумался. – Мне очень хочется принять это приглашение, но…

– Никаких «но»! – Роган подошел к брату и довольно сильно хлопнул по спине. Роган, как мог, старался отвлечь его от мысли пойти к мисс Ройл. – Знаю, о чем ты думаешь. Послушай. Прими приглашение леди Тидвелл. Ты сам говорил, как коротка может быть жизнь солдата.

Квин поднял глаза. Он принял предложение Рогана.

– Но после вчерашнего вечера… Мне следовало бы…

– Черт побери, Квин! Если ты должен, если тебе надо навестить мисс Ройл и леди Аппертон, ты можешь сделать это после ужина или, еще лучше, завтра, когда мисс Ройл успокоится после моего… неблагоразумного поступка.

– Возможно, ты прав. – Счастливый Квин откусил яблоко.

– Прекрасно, старина. – Роган похлопал Квина по плечу, вышел из комнаты и направился вверх по лестнице в спальню.

Щелкнув пальцами лакею, стоявшему поблизости, он попросил его тотчас же позвать своего слугу – нужно выглядеть сегодня безупречно, так как ему надо нанести два важных визита. Первый – к леди Аппертон. А потом к девушке, у которой в глазах сверкают золотые гинеи. Мисс Ройл.

Мэри наклонила серебряный кувшин над треснутой, но абсолютно пригодной к использованию чашкой Элизабет и начала разливать горячий шоколад.

Вчерашний вечер, что и говорить, был самым ужасным в ее жизни. Никогда раньше не была она так унижена. Герцог Блэкстоун – подлец, и его следует изолировать ради благополучия всех женщин.

– Мэри! – Элизабет схватила сестру за руку, чтобы она держала кувшин прямо. – О чем ты только думаешь? Ты совершенно не следишь за тем, сколько шоколада наливаешь. Взгляни на скатерть.

– Ч-что ты сказала?

Элизабет указала на чашку с переливавшимся через край шоколадом.

Негодяй. Скатерть была испачкана жирными каплями шоколада.

– О, давай я принесу что-нибудь…

– Не беспокойтесь, мисс. Я позабочусь об этом – сказала миссис Полкшэнк, повариха и экономка, которую Мэри наняла две недели назад.

Миссис Полкшэнк поставила тарелку с горячими кексами на стол, и Элизабет схватила один.

– Привыкла к этому, знаете ли, – сказала миссис Полкшэнк, – В таверне в поздний час посетители разливают на столы много всего. Поэтому всегда была во всеоружии.

Анна входила в столовую, когда миссис Полкшэнк, которая, казалось, совершенно не заботилась о скромности, схватила салфетку из домотканой материи, заткнутую за пояс передника.

Анна с отвращением смотрела на то, как повариха намочила тряпку кончиком языка и начала оттирать пятна шоколада.

– О, этим я не ототру пятна. – Дородная кухарка отправилась к двери. – Мне нужен уксус. – У порога она оглянулась. – Мне захватить еще шоколада? Может быть, принести чай для вас, мисс Анна?

Анна не повернулась, чтобы ответить. Зеленые глаза ее сверкали гневом. Она яростно замотала головой.

– Ну, тогда я вернусь через пару минут.

Мэри наблюдала за тем, как миссис Полкшэнк исчезла в коридоре. Анна тотчас же обратилась к Элизабет:

– Сестра, передай, пожалуйста, Мэри, что повариха должна уйти.

Мэри нахмурилась:

– Она никуда не уйдет, Анна, и, если ты хочешь обсудить нашу прислугу, обращайся прямо ко мне.

На щеках Анны появились два красных пятна.

– Хорошо, я обращусь к тебе. Где ты нашла ее, Мэри? На углу улицы, около театра Друри-Лей?

Элизабет откусила большой кусок кекса и осторожно поднесла чашку ко рту, чтобы запить кекс шоколадом.