Маргарет Уэй - Готов к семейной жизни

Кэсси пришла в себя, начиная понимать, что говорит ей Мэттью.

— Но ведь я не твоя мать. И совсем не похожа на нее. Я принадлежу к поколению, которое умеет о себе позаботиться.

— Ты принимаешь таблетки? — Его пальцы, перебиравшие пряди ее волос, застыли.

— К сожалению, я не знаю, какой ответ ты хотел бы услышать на свой вопрос, — Кэсси не собиралась вдаваться в детали. — Я не вступаю в случайные связи, но таблетки действительно принимаю.

— У тебя были отношения с Ником? Верно? — Его охватил приступ ревности, удививший его самого. Она уткнулась головой в его плечо.

— Они то возникали, то прекращались в течение двух лет. Но все давно закончилось. Это тебя шокирует?

Он смотрел вдаль, и глаза его сверкали.

— Я бы предпочел, чтобы этого не было.

— Но и у тебя были связи, Мэттью. — Она расстроилась, и это слышалось в ее голосе. — Я о них ничего не знаю.

— Они и были ничем, — ответил он. — Ничем, по сравнению с тобой.

— Я могу сказать то же самое. Я думала, что влюблена в Ника. Он для меня много значит как друг, но в наших отношениях нет глубины. Я пыталась, но так и не смогла представить себя в роли его жены.

— Ты с ним жила? — Мэттью старался преодолеть приступ жестокой ревности, до сих пор ему незнакомой. Он не был к этому готов.

— Нет. Так было лучше для нас обоих. Наши семьи не одобрили бы такого поворота событий. Брак — да. Совместное проживание — нет. Личное пространство всегда много для меня значило. До сегодняшнего момента. «

— Но вы все еще встречаетесь? — Он хотел знать все. Раскрыть все ее секреты.

— Я с ним работаю, Мэттью, — возразила Кэсси. — Наш роман закончился, но мы по-прежнему друзья.

Его рука обхватила ее лицо, заставляя ее посмотреть ему в глаза.

— Наблюдая за вами, я решил, что там есть кое-что еще.

— Нет. — Она негромко вздохнула. — Ник может поцеловать меня тысячу раз, и все равно это не сравнится с одним твоим поцелуем.

Тогда он се отпустил и улыбнулся своей ослепительной улыбкой.

— Хорошо. Можем мы теперь поговорить?

— С удовольствием. — Она лежала, задыхаясь, все еще мечтая о страстных объятиях и поцелуях. Мэттью нежно поправил подушку под ее головой.

Несмотря на бешеный стук сердца, он постарался справиться с приступом желания, вспыхнувшего от одного ее вида и близости. Впервые в жизни он потрясенно заметил, что у него грубые руки и вся ладонь и пальцы в мозолях.

Однако Кэсси взяла его руку и приложила к груди.

— Мы справимся, Мэттью. Ни один из нас не смог бы сейчас просто распрощаться.

— Не надо было позволять тебе уехать. — Их пальцы переплелись. — Почему бы тебе не вернуться со мной в Джабиру на несколько недель? Я хочу, чтобы ты лично попробовала, каково это — жить в глуши. Жить в полной изоляции. Тогда мы оба сможем убедиться, будешь ли ты там счастлива. На нас слишком быстро обрушилось чересчур много эмоций. — Его голос стал ниже, он прямо встретил ее взволнованный и слегка обеспокоенный взгляд.

— Ты предлагаешь мне жить с тобой в доме? Вдвоем, наедине?

Боже, это было бы великолепно! В нем загорелся ответный восторг, но усилием воли он подавил волнение.

— Я не предлагаю пробного брака, Кассандра, хотя это огромный соблазн.

— Но ты же человек, Мэттью! — Ее глаза блестели, как бриллианты.

— Еще бы! Я не святой. — Его звучный голос слегка сорвался. Щеки Кэсси окрасил легкий румянец, выдавая ее тайные фантазии: она лежит на постели, и оба в лихорадке страсти. — Я клянусь, что не воспользуюсь твоей слабостью, Кэсси, пусть даже это будет самая страшная мука. Ты мне слишком дорога, чтобы так рисковать. Конечно, мы не можем оставаться вдвоем. Если ты не против, я приглашу своего старинного приятеля, Неда Крофта, который может сыграть роль «дуэньи». Он с удовольствием приедет. Нед очень интересная личность и отличный человек. Он тебе понравится.

— Итак, играем в домашнее хозяйство? — Губы Кэсси раскрылись от взволнованного вздоха.

— Разве ты не этого хотела? — Его синие глаза сверкнули.

— О да! — И все в мире вдруг стало удивительно просто и радостно. Она приподнялась и обняла его за шею. — Звучит чудесно.

Глава 7

Кэсси лежала на узкой кровати под противомоскитной сеткой, все еще не открывая глаз, но внимательно прислушиваясь к утренним звукам. Наступил третий день ее пребывания в Джабиру, и она отлично вписалась в новую жизнь. Нед оказался добрейшим человеком, у него были голубые наивные, как у ребенка, глаза. Они сразу поладили.

Нед был просто счастлив ездить весь день по ферме, выполняя мелкие поручения и распивая чай с рабочими. Кэсси показалось, что он преклонялся перед Мэттью, а тот явно считал Неда членом семьи. Все шло просто замечательно. Нед обладал отличным чувством юмора, а главное, он прекрасно понял, что должен смотреть во все глаза за тем, чтобы обговоренные Кэсси и Мэттью условия совместного проживания четко выполнялись.

По настоянию Кэсси было решено, что она возьмет на себя приготовление еды, и такой расклад обрадовал обоих мужчин, но это означало, что ей приходилось подниматься с рассветом, чтобы накормить всех завтраком. И это должен быть полноценный завтрак. Сок, фрукты, говядина и яйца, а еще чай с тостами. Совсем несложно. Мэттью и Нед ценили ее усилия, и она пришла к выводу, что неплохо приспособлена к семейной жизни.

Она любила раннее утро. Особенно предрассветные часы, когда все вокруг пребывало в покое и только звезды медленно двигались в вышине, поблескивая осколками алмазов, прежде чем окончательно покинуть бархатное небо.

Когда край солнечного диска выглядывал из-за верхушек деревьев, просыпались собаки, а потом и Нед, чья кровать стояла на террасе. Кэсси открыла глаза, откинула в сторону полог сетки и встала, слегка пошатываясь. Ее мышцы немного побаливали от постоянной верховой езды. Никогда раньше в своей жизни она не каталась столько на лошади. Но ей безумно нравилось скакать бок о бок с Недом и Мэттью, объезжая многочисленные поля фермы. Это была волнующая жизнь, свободная и ничем не сдерживаемая, но иногда, и Кэсси это понимала, она могла быть очень тяжелой и опасной. Несчастные случаи были здесь не редкостью.

Когда она резала папайю и манго, сзади к ней подошел Мэттью, нежно улыбнулся ей так, что ее сердце на секунду замерло, а затем позволил себе ласково прикоснуться к ее щеке.

— Ты хорошо спала? — Интимная интонация добавляла очарования его голосу. От него исходил приятный аромат травяного мыла. И самое роскошное — его собственный аромат.

— А ты? — ответила она, думая о том, что вся ее жизнь изменилась. И в лучшую сторону!

— Сама подумай, Кассандра, — протянул он, я хожу по лезвию бритвы. Наслаждение ожидает меня только в будущем.