Лори Коупленд - Достойный любви

Трудно понять, чего ему не хватает? Молодой и крепкий на вид, он был, пожалуй, чересчур сухощав, но это поправимо. Однако его апатия удручала и портила впечатление. Полное безразличие сквозило во всех его движениях. Он плыл по течению, хотя и не видел в этом смысла.

Недовольный голос Вильсона вывел ее из задумчивости:

— Мы что, не будем подогревать? Так и будем холодное есть?

— Быстрее, быстрее! — подгоняла Мэгги. — У нас нет времени.

Протирая заспанные глаза, Вильсон выглянул за дверь:

— На улице еще темно, Мэгги!

— Будет тебе ворчать, ешь давай и пойдем!

Они отправились в путь сразу же после завтрака.

— Сегодня я отведу тебя в школу пораньше, — объясняла она Вильсону, пока они спускались по узкой тропинке к городку. — Мне нужно еще забежать в лавку по делам. Обычно там много народу, вот я и хочу с утра зайти, пока там никого нет.

Мэгги действительно спешила к лавке, но вовсе не за покупками. Она хотела поговорить с женщинами городка, которые по утрам отводили детей в школу, а потом собирались в лавке посплетничать. Мэгги знала, что наверняка всех там застанет.

— Я не хочу идти в школу, Мэгги, мне там плохо, — пожаловался Вильсон на ходу. — Они меня обижают. Девчонки со мной не разговаривают, а мальчишки дразнят очкариком и летучей мышью.

— Почему летучей мышью?

— А то ты не знаешь, что летучие мыши ничего не видят, как и я. Батч Миллер вчера хотел заставить меня съесть жука.

— Зачем?

— Затем, что летучие мыши едят жуков.

— Послушай, Вильсон, как только у нас появятся деньги, мы сразу же купим тебе новые очки, — пообещала Мэгги. Вильсону давно уже нужно было поменять линзы, но тетя Фионнула не видела в этом проку. Она вообще не видела проку в докторах, поэтому, когда речь заходила о каком бы то ни было лечении, она становилась необычайно прижимистой.

— Зачем мне ходить в школу? Разве ты не можешь учить меня дома? Вот Вилли не ходит в школу! Его мама дома учит.

— У его мамы больше свободного времени. Ей не нужно заниматься шахтой. И не забывай, Колорадо — это тебе не Англия.

— Ты что, все сама хочешь делать? Найди себе помощника, и пускай он все делает. Тогда у тебя появится свободное время и ты будешь учить меня дома. Ладно, Мэгги?

Вильсон жалобно посмотрел на Мэгги. Неужели она не понимает, что тогда уже никто не будет обижать Вильсона?

— Не могу, Вильсон. — Мэгги положила руку ему на плечо и прижала к себе. — У нас очень мало денег. Даже если я и найду кого-нибудь, мне все равно придется заниматься какими-то делами. Кроме того, тебе же так лучше — в школе ребята твоего возраста. Они к тебе скоро привыкнут, и вы подружитесь.

— Мы никогда не подружимся. Они все гадкие. Батч Миллер вчера отнял у меня бутерброд и выбросил его в уборную. Я целый день ничего не ел.

— Ты рассказал об этом миссис Перкинс?

— Да ты что, Мэгги! — Вильсон посмотрел на нее с негодованием. — Он же мне голову потом оторвет!

Мэгги пожалела, что не умеет драться. Она бы научила Вильсона, как за себя постоять, и тогда хулиганы, вроде Батча Миллера, перестали бы его трогать.

— Если Батч Миллер и сегодня отнимет у тебя бутерброд, обязательно скажи миссис Перкинс. Ты меня слышишь?

— Не могу, — вздохнул Вильсон.

— Почему не можешь?

— Потому что он тогда у меня и яблоко заберет.

Мэгги оставила Вильсона у дверей школы, а сама поспешила к лавке. К тому времени, когда стали подходить женщины, Мэгги уже успела сделать кое-какие покупки.

Она много думала о том, что скажет, подбирала убедительные слова. И чем больше она размышляла над своим планом, тем больше находила в нем достоинств. В конце концов Мэгги пришла к выводу, что работа в ее шахте принесет женщинам не только материальное, но и духовное удовлетворение. Они будут гордиться тем, что, как истинные католички, не оставили ее в беде и помогли в трудную минуту.

Вскоре в лавке стало тесно и шумно. Ни на минуту не умолкал оживленный обмен новостями, обсуждалось все: начиная от детских пеленок и заканчивая новыми сортами орехового масла.

Вдоволь насплетничавшись и перемыв косточки всем без разбора, компания распалась на мелкие группки, и женщины занялись каждая своим делом.

Наступил подходящий момент, и Мэгги решила не терять времени даром.

— Доброе утро. Я Мэгги, Мэгги Флетчер. — Мэгги с улыбкой подошла к одной из женщин.

— Вряд ли я смогу вам помочь. Никто из моих знакомых не пойдет, так что я даже не знаю, — последовал ответ.

— Простите? — захлопала глазами Мэгги. На ее лице отразилось недоумение.

— Никто из моих знакомых не пойдет работать на вашу шахту.

— Ах да… конечно. Спасибо. Извините.

Поминутно оглядываясь через плечо на женщину, с которой у нее состоялся столь странный разговор, Мэгги отошла к галантерейному прилавку, возле которого одна из женщин перебирала рулоны разноцветного ситца.

— Доброе утро. Меня зовут…

— Мэгги Флетчер, — не поднимая головы и не отрываясь от своего занятия, подсказала женщина. Она так и не взглянула на Мэгги до конца разговора.

— Верно, — улыбнулась Мэгги. — Я новая хозяйка…

— Проклятой Дыры.

— И это верно. Так вот я…

— Ищете работников на шахту.

— Да. Вы не…

— Знаю ли я кого-нибудь, кто согласился бы работать на вашей шахте? — Она засмеялась. — Нет, что вы! Кто же туда пойдет?

— Да… спасибо. Извините.

— Здравствуйте. Меня зовут Мэгги Флетчер.

— Очень приятно.

— Я хотела бы предложить вам работу. Я имею в виду не надомную. Как вы на это смотрите? Оплата хорошая, и, кроме того, вы можете рассчитывать на свободное время. Мы можем все так организовать, что у вас будет возможность забирать ребенка из школы.

— У меня хватает работы. Пятеро детей и муж-лентяй. Знаете, сколько с ними хлопот: всех накорми, обстирай и мало ли еще чего.

— Конечно, я понимаю. Но вы не хотите какого-то разнообразия, хоть какой-то, но самостоятельности?

— Нет. Зачем мне?

— Что ж, очень приятно было с вами познакомиться.

— Взаимно.

— Доброе утро. Меня зовут Мэгги Флетчер.

Молодая женщина обернулась к Мэгги и улыбнулась:

— Я знаю, дорогая. Милости просим в Худи-Ду.

— Спасибо. Простите, что я вас беспокою. Вы не могли бы помочь мне?

— Боюсь, что нет. — Добрая живая улыбка не сходила с ее лица.

— Вы даже не знаете, о чем я хочу вас просить, — нахмурилась Мэгги.

— Я беру две вот эти светло-лиловые, Эдгар. — Женщина кивнула продавцу, указывая на моток тонкой ситцевой ленты, и, вновь обращаясь к Мэгги, сказала: — Очень приятно было с вами познакомиться.