Андреа Кейн - Изумрудный сад

— Пройдем в библиотеку, разговор должен остаться между нами.

— Очень хорошо, сэр.

Оказавшись за плотно прикрытой дверью библиотеки, Квентин тут же взял быка за рога без всяких вступлений.

— Дезмонд сообщил тебе, с какой целью нас вчера посетил Гловерс?

— Гловерс? А-а, это тот джентльмен с Боу-стрит. Нет, я решил, что ему просто нужно было сообщить вам и мастеру Дезмонду последние подробности несчастного случая, прежде чем официально закрыть дело.

— Хотел бы я, чтобы так и было. — Квентин потер виски. — Бентли, Гловерс приехал, чтобы сообщить нам следующее: отцовскую карету повредили, одна из осей была подпилена.

В лице Бентли не осталось ни кровинки.

— Нет.

— Боюсь, это правда. Моих родителей и Ардсли убили. Бентли понадобилась целая минута, чтобы взять себя в руки.

— Власти уже арестовали преступника, совершившего такое неслыханное злодейство?

— Власти даже не могут сказать, на чью именно жизнь покушались. У них нет ни подозреваемых, ни мотивов, ни малейшей зацепки.

— Ясно. — Бентли нахмурился. — Я начинаю понимать необычное поведение вашего брата.

— О чем ты?

— Мастер Дезмонд… его светлость… последние несколько часов сидит в кабинете и пьет одну рюмку за другой.

— По правде говоря, я не могу его осуждать, — вздохнул Квентин. — Каждый справляется с потрясением, как может. Дезмонд пьет. Я горюю. А Бранди, например, хочется самой задержать преступников.

— Как это похоже на мисс Бранди.

— Бентли, я отсутствовал четыре года. Мне нужно, чтобы ты рассказал мне обо всем так, словно я сам был свидетелем происходящего.

— Сэр?

— Было ли за последние недели или месяцы какое-нибудь событие, заставившее тебя поверить, что жизнь одного из моих родителей… а может быть, обоих… находится в опасности?

Бентли отрицательно покачал головой:

— Небольшое разногласие действительно произошло. На днях вы о нем упоминали. Но ничего такого серьезного.

— Разногласие? Что ты такое говоришь? О чем это я упоминал?

Дворецкий закашлял от неловкости.

— Вы расспрашивали меня о мастере Дезмонде и о внезапных переменах, которые я заметил в его отношениях с людьми. Естественно, я предположил, что вы имеете в виду… — Бентли замолчал, подыскивая самые осторожные слова, — одного человека конкретно.

— Правильно. Я имел в виду его отношения с Бранди.

У Бентли отвисла челюсть.

— С мисс Бранди, сэр?

— Да. Дезмонд пытался меня уверить, будто у них серьезные отношения. Я просто хотел услышать от тебя подтверждение.

— Вы подразумеваете романтическое увлечение, милорд?

— Это подразумевал Дезмонд. — Квентин внимательно вглядывался в изумленное лицо Бентли. — Судя по твоему выражению, должен ли я предположить, что ты не согласен с утверждением моего брата?

— Абсолютно не согласен, милорд. Мастер Дезмонд проявлял большую заботу о мисс Бранди после несчастья. Почти не отходил от нее. С другой стороны, ей не к кому было обратиться — вы ведь находились в отъезде. Но говорить о серьезных отношениях?.. — Дворецкий с сомнением фыркнул. — По-моему, из них не получится пара. А вы как думаете, сэр?

— Я тоже так думаю. — Квентин встряхнул головой, испытав огромное облегчение от признания Бентли. Но он временно подавил это чувство, терзаемый более важной проблемой. — Бентли, ты только что вспомнил наш разговор, когда я интересовался, как переменился Дезмонд по отношению к людям. Но если ты имел в виду не Бранди, тогда кого же? — Бентли не отвечал. — Бентли, мои родители погибли. Я недавно узнал, что их хладнокровно убили. И хотя обычно я восхищаюсь твоей преданностью и осторожностью, в данном случае я настаиваю, чтобы ты отступил от своих принципов. Если не ради меня, то ради отца.

— Разумеется, сэр. — Бентли бросил осторожный взгляд на закрытую дверь. — Мне показалось, будто вы узнали о ссоре мастера Дезмонда с покойным герцогом.

— Еще одна? — Квентин саркастически выгнул брови. — Я бы не назвал это переменой. Отец и Дезмонд ссорились, сколько я помню. Хотя, — задумчиво добавил он, — сегодня Бранди упомянула, что в последние месяцы они прекрасно ладили. Очевидно, она ошиблась.

— Не будет преувеличением, мастер Квентин, если я скажу, что это была не обычная перебранка.

Что-то в голосе дворецкого заставило Квентина задуматься.

— А чем эта ссора отличалась от десятка предыдущих? Бентли сцепил руки за спиной, приготовившись исполнить свой долг — как бы ни было больно.

— Ссора была такая же, как все остальные, сэр: громкая, злая и проходила за закрытыми дверями. Но вот то, что произошло сразу после нее, заставило меня поверить в серьезность разногласий.

— И что же это?

— Ваш брат выбежал из комнаты — было очевидно, что он в сильном расстройстве. Через секунду появился покойный герцог и приказал мне вызвать в Колвертон мистера Хендрика с целью изменить завещание.

Квентин сощурился:

— Отец именно так выразился?

— Да, сэр, слово в слово. Он был опечален и взволнован одновременно.

— Ясно. Возможно, он успокоился и передумал.

— Нет. Письмо доставили, как распорядился ваш отец. Я сам отослал его. Мистер Хендрик явился без промедления на следующий день. Он и ваш отец провели несколько часов, запершись в библиотеке.

— Что они обсуждали?

— Не имею представления, сэр. Я не присутствовал при разговоре, а его светлость не стал больше со мной делиться.

— Проклятие! — Квентин провел рукой по волосам. — Что-то здесь не сходится. Если отец изменил завещание, почему это не выяснилось на вчерашнем оглашении? Не было сказано ни слова ни о каком дополнительном распоряжении или недавней поправке к существующему документу.

— Вот именно, сэр.

— Единственное логическое объяснение: отец скорее всего успел передумать, пока Эллард не уехал из Колвертона. Но почему? Что… или кто… убедил отца изменить решение?

В комнате повисла тяжелая тишина. Квентин громко откашлялся.

— Судя по твоему описанию бурной ссоры, мы можем смело предположить, что какие бы изменения ни намеревался сделать отец, они не были в пользу Дезмонда. Брат мог прийти в такую ярость, только если были затронуты его собственные интересы.

— Согласен, сэр. По правде говоря, мастер Дезмонд выкрикнул что-то в этом роде, когда выбежал из комнаты. В то время я не обратил внимания на его слова.

— Наверное, потому, что в прошлом он сотни раз в запальчивости обвинял отца без всяких на то оснований в намерении лишить его наследства. Тем не менее именно это предубеждение Дезмонда наводит на мысль, что он-то и заставил отца оставить завещание без изменений.