Джози Литтон - Остров мечты

Наконец, взяв себя в руки, она подняла голову и снова взглянула на Даркурта. Да, он невероятно красив. Сейчас Даркурт совершенно не походил на того английского лорда, с которым она пыталась поговорить в Лондоне, однако Джоанна решила, что больше не станет смущаться, глядя на его обнаженную грудь и ноги ниже коленей. Алекс не брился уже несколько дней, но с темной щетиной он казался еще более привлекательным.

Заставив себя отвести от него взгляд, Джоанна наконец ответила:

– «Одиссею». Это моя любимая книга.

Даркурт поставил поднос на стол. Краем глаза Джоанна заметила, что он улыбнулся, и это немало обрадовало ее.

– И в Акоре это любимая книга, – сказал он, внимательно глядя на девушку.

Немного помедлив, она спросила:

– Не из-за того ли, что акорцы – потомки древних греков?

Даркурт тотчас же вспомнил о книге, найденной в узелке Джоанны. Снова улыбнувшись, он спросил:

– Эту теорию выдвинул ваш дедушка?

– Откуда вам это известно?

– Я читал его книгу «Размышления о сущности Королевства Акора». Заметил, что вы прихватили ее с собой. Что ж, некоторые мысли вашего предка заслуживают внимания, но вообще-то не думаю, что его теория окажется для вас полезной.

– Так акорцы произошли не от греков?

Алекс медленно прошелся по каюте. Затем, скрестив на груди руки, пристально посмотрел на сидевшую перед ним девушку.

– И да и нет, – ответил он, наконец. – Некоторые из моих предков действительно приплыли из Греции, но как только они покинули ее, Греция была завоевана пришельцами с севера. А потом наступил «век тьмы». И та Греция, которую вы знаете, которая считается страной Гомера, гордится Афинами и Спартой, – она совсем не походила на страну, в которой жили мои пращуры.

Заинтригованная, Джоанна проговорила:

– Но вы пользуетесь тем же алфавитом, не так ли? Алекс едва заметно кивнул. Немного помолчав, вновь заговорил:

– Это потому, что и акорцы и греки позаимствовали его у древних финикийцев примерно в одно и то же время. До этого имелся собственный алфавит, но он был весьма несовершенный. Так что алфавит финикийцев нам очень помог, благодаря ему мы достигли значительных успехов.

Джоанна вздохнула.

– За последние три дня я узнала об Акоре больше, чем за всю предыдущую жизнь, и все же понимаю, что знаю очень мало, и это очень меня беспокоит, ведь мы скоро будем в Акоре. – Девушка вопросительно посмотрела на Даркурта; она надеялась, что он правильно поймет ее.

Алекс снова прошелся по каюте. На сей раз он довольно долго молчал. Когда же, наконец, заговорил, Джоанна поняла: сейчас она узнает нечто очень важное.

Глава 5

Алекс решил, что Джоанне действительно стоит узнать об Акоре побольше до того, как они прибудут туда. Ведь ей и так придется нелегко… Полное же неведение лишь усугубило бы ее положение.

Однако рассказать он мог немногое. Алексу с детства было известно: он станет одним из тех, кого пускают в большой мир, но в отличие от остальных ему не придется скрывать свое происхождение, то есть он имел право называть себя акорцем. Алекс знал, что получит свое английское наследство, но не сомневался, что его любовь и верность по-прежнему будут отданы Акоре, – иными словами, он никогда не скажет и не сделает ничего такого, что могло бы принести вред его родине.

Его английский дедушка понимал это, поэтому избегал разговоров об Акоре, но в присутствии других людей Алексу постоянно приходилось уклоняться от неудобных вопросов, что, впрочем, ему удавалось без особого труда. А вот с Джоанной все было по-другому. Алекс не привык общаться со столь независимыми и самостоятельными женщинами. К тому же его гостья была очень неглупа, обладала немалыми познаниями и интересовалась политикой.

Алекс всегда относился к женщинам с величайшим уважением. А их способность производить на свет детей вызывала у него восхищение. Но Джоанна без единой жалобы вытерпела страшную боль, когда он зашивал ей рану, да еще нашла в себе силы похвалить его, – и это не только восхищало Алекса, но и изумляло. И еще его очень смущала ее привлекательность. Поэтому Даркурт в очередной раз напомнил себе о необходимости быть начеку с этой удивительной женщиной.

– Садитесь за стол, – сказал он. – Ведь вы еще не позавтракали.

Пока Джоанна ела, Алекс, расхаживая по каюте, в общих чертах описал, что ее может ждать по прибытии в Акору.

Покончив с жаренной на решетке рыбой, приправленной оливковым маслом и травами, Джоанна съела горсть свежей земляники и со вздохом откинулась на спинку стула.

– Так мы войдем в главный порт, который, как вы сказали, называется Илиус? – спросила она.

Даркурт кивнул:

– Да, совершенно верно. В этом городе находится резиденция короля, но это еще и самая глубокая наша гавань.

Тут Даркурт вытащил из шкафа нужную карту и разложил ее на столе. Джоанна тотчас же отодвинула в сторону тарелки, чтобы они не мешали ему. Алекс сейчас находился так близко от нее, что чувствовал запах ее волос – золотистые локоны, закрутившись в мелкие колечки, обрамляли ее лицо, и, похоже, ей так и не удалось привести их в порядок после душа. Как ни странно, но эта женщина, вроде бы такая рассудительная и благоразумная, не позаботилась о том, чтобы прихватить с собой гребень. Алекс невольно улыбнулся, ему вдруг пришло в голову, что не такая уж Джоанна рассудительная…

Мельком взглянув на нее, он склонился над картой и проговорил:

– Вот Испания. – Алекс провел пальцем вдоль западного побережья Европы. – А вот этот полуостров вы называете Гибралтаром. На другой стороне моря – Марокко и Маунт-Хачо. Вместе они образуют Геркулесовы столбы, защищающие вход в Средиземное море.

Тут Джоанна заметила группу островов, расположенных примерно в сотне миль к западу от столбов.

– Это и есть Акора? – спросила она.

Даркурт кивнул. Джоанна взглянула на него с удивлением.

– Я думала, что Акора – это один остров. Значит, их два, а между ними еще три маленьких? – Она вздохнула. – Ну почему же мы так невежественны?

У нее были удивительные светло-карие глаза; иногда они казались зеленоватыми, и тогда в них вспыхивали золотистые искорки. Эти глаза напоминали лесную поляну, где поросшие изумрудным мхом речные берега освещались золотыми солнечными лучами, проникавшими сквозь густую листву. Алекс откашлялся.

– Ваши картографы могли видеть береговую линию Акоры только со своих кораблей, причем со значительного расстояния. Проливы, ведущие к Внутреннему морю, они принимали за небольшие заливчики.

«Потому что доблестные акорские воины патрулировали территориальные воды королевства и заставляли всех иностранцев, пытавшихся подойти ближе, поворачивать обратно», – подумала Джоанна. Но она находится на корабле, который обратно не повернут. Она путешествует вместе с принцем Акоры и уже через несколько дней ступит на землю этой таинственной страны. Алекс заметил, как блеснули глаза Джоанны, и, к собственному удивлению, был готов разделить ее ликование.