Мэдлин Хантер - Строптивая герцогиня

София узнала женщину — жену фермера Генри Джонсона Сару. Обе семьи — его и ее — жили из поколения в поколение в поместье как арендаторы.

София подъехала, и мальчик остановился — скорее от усталости, чем из уважения. Он и его мать опустили оглобли телеги. София заметила большие мешки, которые тащил каждый ребенок. Похожий тюк был привязан к спине Сары.

— Ваша светлость, — поздоровалась Сара, качая головой. Восемь лет состарили ее ужасно. София помнила ясноглазую юную женщину, а не теперешнюю усталую бледную матрону.

— Сара, как приятно увидеть знакомое лицо. Я вижу, как увеличилось твое семейство, с тех пор как я уехала. А твой муж Генри, как он?

Парнишка указал на телегу:

— Посмотрите сами.

Она пустила лошадь кругом. Генри лежал внутри телеги в бессознательном состоянии, втиснувшись между кастрюлями и прочим домашним скарбом. Его бледность и затрудненное дыхание говорили, что он очень болен.

— Мистер Берчард, вы не поможете мне спуститься?

Он тут же оказался рядом и снял Софию с лошади. Они склонились над Генри, пытаясь определить его состояние.

— Он умирает, — заключил Эйдриан.

— Что приключилось с ним, Сара? — спросила София.

— Не знаю, ваша светлость. Он болел месяц, слабея с каждым днем.

— А что говорил доктор? — поинтересовался Эйдриан.

— У нас нет денег на доктора. Старая тетушка Купер дала какое-то снадобье, но оно не очень-то помогло.

София оглядела семейство, снова приметив мешки.

— Куда вы идете?

Сын метнул на нее дерзкий взгляд:

— Хлеб не уродился. Управляющий знает, что нечем будет заплатить ренту, поэтому выгнал нас.

— Но ваш отец…

— Ему уже все равно… Не знаем, где он умрет. — Парнишка не слишком-то любезно отвернулся от госпожи. Наклонившись, снова взялся за оглобли телеги, пристроив свое юное тело туда, куда обычно впрягают осла или быка.

— Разверните телегу, молодой человек, — приказала София. — Мистер Берчард, вы поможете посадить Сару на мою лошадь? До деревни далеко, а она явно выбилась из сил.

Сара смотрела испуганно и растерянно.

— Ваша светлость, управляющий сказал…

— Вы вернетесь в свой дом, Сара. Марли теперь принадлежит мне. Если я говорю, что вы вернетесь, значит, так и будет.

Эйдриан посадил Сару на свою лошадь, а двух ее детей устроил на лошади Софии.

— Я помогу мальчику, — сказал он, берясь за оглобли телеги.

Когда они подошли к деревне, она предстала перед ними во всей своей удручающей бедности. Эйдриан и мальчик тащили телегу, пока не остановились перед старым маленьким домиком. Эйдриан опустил на землю оглобли, отнес Генри в дом и вернулся, чтобы снять детей и Сару с лошади.

Сара поймала руку Софии:

— Ваша светлость, спасибо вам! Бедный Генри, ваша доброта облегчит его уход. Мы потом сразу же уйдем отсюда, обещаю вам.

— Глупости. Я пришлю врача, и, кто знает, может быть, Генри поправится. Если нет, вы все равно останетесь здесь, Сара. Пройдет несколько лет, и ваш сын сможет работать в поле, другие мальчики тоже подрастут и смогут помогать ему. До той поры я буду опекать вас. Ну а теперь идите и устройте Генри поудобнее.

Семья исчезла в доме. Эйдриан помог Софии усесться на лошадь, его сильные руки обняли ее за талию и легко усадили в седло. Его близость пьянила ее.

Она оглянулась на деревню:

— Я не помню, чтобы все выглядело так плачевно.

— Похоже, дома давно не ремонтировали.

— Как мой отец мог допустить, чтобы все пришло в такой упадок? Скорее всего он никогда не бывал здесь. Арендаторы для него — источник дохода, и только. Хотя моя мать знала их по именам и навещала больных. Она, наверное, изводила отца, заставляя его принять какие-то меры. Когда она умерла, я полагаю, его совесть умерла тоже.

— Теперь все в ваших руках, герцогиня.

Ей придется решать, кому же еще? Одно ее слово — и старая деревня может выглядеть так же хорошо, как в те времена, когда она и Брэндон приезжали сюда, чтобы поиграть с местными ребятишками.

— Я думаю, что смогу осуществить некоторые перемены и учредить новые порядки, прежде чем уеду.

Эйдриан подъехал и взял ее лошадь под уздцы, заставив остановиться.

— Уехать?

— Ну да. Я должна выставить кандидатов, если согласилась, но потом я вернусь во Францию.

— Я так не думаю. Если вы уедете, меня, наверное, снова пошлют, чтобы вернуть вас домой.

Она выхватила поводья из его рук и продолжала ехать.

— Если я решила уехать, вы не остановите меня.

— Попробуйте, и посмотрим, что получится, — отвечал Эйдриан. — Вы забыли о своих обязанностях? Вы только что приняли решение помочь крестьянской семье. Вы не можете привести все в порядок, а потом уехать из страны. Ваши управляющие и делопроизводители ничего не будут менять и оставят все по-старому, если вы будете отсутствовать, вместо того чтобы контролировать их.

— Если я останусь, возникшие обязанности превратятся в удавку на моей шее. Они станут управлять моей жизнью, и призрак Алистэра будет погонять с кнутом, преследуя меня до конца моих дней.

Уголки его губ приподнялись в мягкой улыбке.

— Куда бы вы ни уехали, ваш долг останется с вами. Вы не сможете притворяться, что он не существует. И вам дана власть, чтобы осуществить задуманное.

— Помочь одной семье и отремонтировать несколько домов просто. Но изменить все в корне — совсем другое, — задумчиво произнесла София.

— Вы сомневаетесь в своих силах? Я — нет, — твердо и спокойно промолвил Эйдриан.

Ее сердце ликовало. Его слова снова провоцировали ее на глубокое чувство сопереживания. В какой-то момент она ощутила такую близость с этим мужчиной, которой не знала многие годы.

Значит, он считает, что она лучше и сильнее, чем она сама полагала? О нет, она разочарует его, стоит ему узнать ее получше.

София хотела объяснить, почему не может остаться. Но некоторые вещи для нее настолько сокровенны, что она выбрала для объяснения простейшую из причин.

— Если я приму надлежащие обязанности, то самой главной из них станет обеспечение рода Эвердонов наследником. Будь я замужем, моя роль свелась бы к минимуму. По крайней мере если я руковожу управляющим из Парижа, то я приказываю ему, а не он мне. Но даже мысль о браке с Джеральдом невыносима для меня.

— Однако мужем не обязательно может быть он.

— Если я соглашусь на брак, какая разница, кто им будет? Тогда он станет герцогом Эвердоном, а не София Роли.

— Но до замужества титул ваш, несмотря на то что вы женщина. Вы можете воспользоваться вашей позицией, пока не передадите бразды правления мужу. Почему бы не взять их в свои руки? Почему не проверить, являетесь ли вы в душе герцогиней?