Марджори Фаррелл - Игра лорда Эшфорда

– Вы от Грантов, я полагаю? – обратился к полицейскому чиновнику Тони, обворожительно улыбаясь.

Инспектор обернулся и поглядел на Тони пустыми глазами.

– Или вы от Мак-Лина? Ну, это неважно, – заторопился Тони. – Кто бы вам на меня ни нажаловался, вы можете сказать, что все долги будут оплачены, все, до последнего пенса. – И он торжествующе помахал пачкой банкнот.

– Лорд Эшфорд? – произнес инспектор.

– Он самый, – не без раздражения откликнулся Тони. Боже, до чего же это лицо невыразительно – ничего по нему не поймешь. Да и само лицо ни за что не запомнишь.

– Мое имя – Гидеон Нейлор. Вы заблуждаетесь относительно причин, заставивших меня побеспокоить вас.

– Так я ошибаюсь?

– Да. Я не собираюсь арестовывать вас за долги.

– Ну, и, слава Богу. И на том спасибо, – Тони улыбнулся. – И чем могу вам помочь в таком случае?

– Вы показали пачку банкнот. Нельзя ли поинтересоваться, откуда у вас эти деньги?

Тони нахмурился.

– В чем дело? Кого-нибудь по соседству ограбили? Вы что, арестуете меня по подозрению в воровстве? – язвительно добавил он.

– Похоже на то, что воровство действительно имело место, милорд. Но я пришел к вам по более серьезному поводу. Я расследую убийство леди Клодии Фэрхейвен.

Тони безжизненным взглядом поглядел на Нейлора.

– Клодия? Да вы о чем? Клодия жива. Я виделся с нею вчера вечером. Ну, если точнее, то даже сегодня, рано утром. Это какая-то дурацкая шутка, правда? – продолжал Тони, и его голос дрожал от потрясения и гнева.

– Думаю, что дело нешуточное, милорд. Дворецкий в это утро обнаружил леди Фэрхейвен на полу библиотеки без признаков жизни. И, как утверждает господин Досон, вы были последним человеком, который видел ее и разговаривал с нею.

Тони так и сел, благо, что вокруг стола были стулья.

– Нет, – прошептал он, поднял глаза на Нейлора и поглядел на него умоляюще. – Скажите мне, что это неправда.

Нейлор только отвел глаза, его лицо по-прежнему ничего не выражало.

– Как… каким образом она была убита?

– Следователь по тяжким преступлениям еще не пришел к какому-либо выводу, милорд.

– Боже милостивый, надеюсь, что это произошло хотя бы быстро, – пробормотал Тони.

– Ящики письменного стола, принадлежавшего покойному супругу жертвы, были выдвинуты и, похоже, обысканы, милорд. Не могли бы вы сообщить мне, откуда у вас деньги?

– Что? Вы хотите сказать, что произошло покушение на ограбление?

– Не покушение, лорд Эшфорд. Так откуда у вас деньги?

Да, он упрямый человек. Тони пришлось отдать ему должное. Может быть, ему хочется, чтобы Тони не столько испугался, сколько рассеял его подозрения?

– Кое-что я выиграл позавчерашней ночью, а остальное мне дала Клодия, леди Фэрхейвен, вчера ночью.

Инспектор вынул записную книжку и карандаш.

– Где вы выигрывали, милорд, и какова была сумма выигрыша?

Тони заколебался, а потом буркнул:

– Этого я вам не скажу.

– Милорд, поймите, идет расследование убийства. Я ведь все равно узнаю, в каких притонах вы бываете. Но, если вы сами это скажете, дело пойдет быстрее.

– Улица Сент-Джеймс, дом номер семьдесят пять. Можете поинтересоваться у картежников. Есть там такой Бонифейс. Он за меня поручится.

– А кто поручится за остальные деньги?

– Как кто? Клодия, – ответил он, не задумываясь. Но, вспомнив, что Клодия никогда больше никому ничего не скажет, уронил лицо в ладони и заплакал.

Нейлор молча ждал, пока Тони успокоится. Когда плечи допрашиваемого перестали дрожать, Нейлор сказал:

– Дворецкий леди Фэрхейвен пожелал засвидетельствовать услышанный им резкий отказ: вам было сообщено, что вы и пенни более не получите.

Тони оторвал лицо от ладоней и бросился было в яростную атаку:

– Как?! Это неправда! – Но сразу же резко оборвал себя. Потом он очень глубоко вздохнул и, проведя рукой по лицу, заговорил снова: – Досон, верно, услышал именно это. Но только это. Я припоминаю, что, когда он принес в библиотеку бренди, мы как раз спорили с леди Фэрхейвен. Однако он вскоре ушел, а мы продолжили беседу.

– Беседу или ссору?

– Спор, ссора – какая разница? Мы распрощались, пожелав друг другу доброй ночи. В сущности, мы заключили помолвку, правда, пока неофициально, – мрачно сказал Тони.

– И все, что мы имеем в подтверждение этого, – только ваши слова.

Тони выпрямился и надменно произнес:

– Слово Вардена чего-то да стоит, смею вас заверить, господин Нейлор.

– Пусть так. Но, как бы то ни было, боюсь, что мне придется задержать вас по подозрению в убийстве леди Клодии Фэрхейвен.

– Что?! Да в своем ли вы уме?

– Со мной все в порядке, милорд. Но смотрите: вы виделись с леди Фэрхейвен накануне ее смерти, и похоже, что после вас живой ее никто уже не видел. Свидетель подслушал вашу ссору с убитой из-за денег. А сейчас у вас есть какие-то деньги. Скажите, вы воевали на Полуострове? Я имею в виду операции за Пиренеями. Бои с партизанами и прочее.

– Да, я воевал в Испании. Но какая тут может быть связь?

– Видите ли, хотя следователь по тяжким преступлениям не закончил пока свой отчет, определенные подозрения у него уже есть. На теле убитой не обнаружено других признаков насилия, кроме следов, оставленных большими пальцами убийцы на горле жертвы. Надавив на сонные артерии, он перекрыл доступ крови в мозг. Это очень быстрый и бесшумный способ умерщвления, который может быть известен опытному воину. Вроде вас, милорд.

Тони побледнел.

– Его может знать и взломщик, например. Вам это в голову не приходило? В дом, бывает, залезают обыкновенные воры.

– Обыкновенный вор не прибегает к столь утонченным приемам убийства. Взломщик обычно предпочитает орудовать кистенем.

Тони безучастно опустил глаза, словно для того, чтобы разглядеть свои ладони, а потом вновь поднял их на Нейлора.

– Я клянусь, что не убивал леди Фэрхейвен, но я хочу думать, что все произошло быстро и она не мучилась. Можно мне ее увидеть?

– Через полчаса вы должны быть в Ньюгейте, милорд.

– Вы совершаете чудовищную ошибку, Нейлор. И позволяете скрыться истинному виновнику. Но если я сейчас собью вас с ног, на что я готов решиться, то подозрения в моей виновности покажутся еще более убедительными, хотя, полагаю, у меня вообще нет выбора, – с горькой иронией сказал Тони.

– Не уверен, что вам удалось бы легко справиться со мною, милорд, – сказал Нейлор с мимолетной усмешкой.

– Неужели? Не сказал бы, что вы выглядите очень устрашающе.

– До полиции я служил в армии, милорд. В сорок седьмом пехотном. Я убедился, что невзрачная наружность зачастую оказывается обманчивой. А теперь должен просить вас одеться, милорд, и пройти со мной.