Вирджиния Браун - Лунный цветок

— Я наслаждаюсь прекрасной музыкой, картинами великих мастеров, тонким вином, изысканной едой…

Райан презрительно фыркнул:

— Леди, за всю жизнь вы ничему не научились! Все эти вещи хороши, но вы когда-нибудь останавливались, чтобы послушать настоящую прекрасную музыку? Ничто сочиненное человеком не сравнится с нежным звуком ветра в сосновых ветках или пением жаворонка. Вы любите картины великих мастеров? — Одной рукой он обвел пейзаж, и Стефани невольно подняла глаза к небу. Солнце садилось за горный массив, горные вершины купались в янтаре и шафране. Низко висящие облака переливались всеми оттенками золота, и с земли их пронизывали смутно различимые силуэты кактусов. — Разве мастерство да Винчи может сравниться с кистью Бога? И я готов поспорить, что, когда днем мы остановились возле холодного ключа, вы не променяли бы полную бутылку лучшего вина на каплю воды.

— Ладно, ладно, — уступила Стефани, пожав плечами, — вы прекрасно прояснили свою точку зрения. — Она сунула кастрюлю обратно в огонь. — Но это не означает, что я должна терпеть ваш безвкусный юмор и грубые шуточки.

— Тем более удивительно, — Райан насмешливо покосился на Стефани, — что вы любите Шекспира! Иногда он описывает дьявольски изворотливые заговоры, убийства и адюльтер, и все с обидными намеками. — Он покачал головой. — Я вижу здесь противоречие.

Стефани удивилась еще больше. Кто такой Райан? Надо выяснить. Ее внимание привлекли его руки, когда он наклонился, чтобы взять кастрюлю. Сильные руки, как у отца, с плавно закругленными длинными пальцами. Клодия всегда заявляла, что руки могут многое рассказать о человеке. У Райана они были коричневые и жилистые.

Сидя рядом с ним, Стефани хорошо видела тонкие линии, расходившиеся от уголков его глаз. Отец называл их линиями характера. Когда Райан улыбался — а он при этом становился абсолютно неотразимым, — уголки глаз слегка загибались.

— Где вы изучали Шекспира? — спросила она, когда молчание затянулось — Вы ходили в школу на Востоке?

Взгляд Райана стал оценивающим. Он размышлял, отвечать или нет. Искоса поглядывая на него, Стефани пыталась вообразить его в подходящем костюме-тройке, в фетровой шляпе и ботинках, начищенных до блеска. Даже с длинными волосами, растрепанными на ветру, он будет красив.

Райан подал ей тарелку с горой еды, и Стефани решила, что разговор может подождать. Определенно, в воздухе пустыни есть что-то такое, что делает еду особенно вкусной. Даже если это солонина с бобами.

— Вы мне не ответили, мистер Корделл, — сказала девушка, когда дочиста вылизала тарелку, подобрав все крошки кукурузной лепешкой. — Вы выросли на Востоке? — Стефани сидела, положив локти на согнутые колени, и с искренним интересом смотрела на Райана.

— Почему вы спрашиваете? — Он скользнул по ней любопытным взглядом.

— Просто спросила. Иногда вы выглядите более… ну, более цивилизованным, чем другие. Я подумала, что вы родились на Востоке, а в юности перебрались на Запад.

Райан поднес ко рту кружку с кофе. Свет костра играл на его лице, борода закрывала подбородок и верхнюю губу, придавая ему суровый вид, и Стефани стало неловко, что она вмешивается в его личную жизнь.

— Извините, я проявила любопытство…

— Я не возражаю. Просто я удивился вашему наблюдению, что иногда я бываю «более цивилизованным». — Даже в сумерках было видно, что она покраснела, и Райан засмеялся: — Вы извинились очень мило, Принцесса. Что касается вашего вопроса, то да, я родился не здесь. Я жил на Востоке, но очень давно, и я его не люблю. Я предпочитаю простор, небо в звездах. В городе нет звезд.

— Как это нет звезд? Есть, конечно! Я все время смотрю на звезды и даже различаю созвездия… — Стефани замолчала. Он прав. Уличные фонари вытягивают силы из звезд. Она сделала это открытие еще в юности, когда Джулиан впервые взял ее с собой в экспедицию. Ночью, лежа на земле, она увидела столько звезд, что не могла поверить, что их так много. — Вы правы, Корделл. Здесь даже луна кажется ярче и ближе к земле…

— Может быть. — Райан поставил кружку на ближайший камень и откинулся на локти, чтобы разжечь сигару. Сощурив серые глаза, он смотрел на нее сквозь колеблющееся кольцо дыма. — У индейцев есть миф, который это объясняет.

— Расскажите.

Райан стал рассказывать легенды и мифы, которые узнал в разных племенах.

— У шайеннов есть легенда о Женщине с Желтыми Волосами, — сказал он с кривой улыбкой. — Вам лучше не приближаться к шайеннам, Принцесса. У них могут появиться своеобразные идеи.

— Мои волосы слишком светлые, чтобы их можно было назвать желтыми. Что за легенда? Добрая или злая?

— Добрая. Как женщина подарила людям буйволов. Согласно этой легенде, в древности люди питались рыбой, утками и гусями, а больших животных у них не было. Они так оголодали, что вождь послал двух молодых людей на поиски пищи. Они не должны были возвращаться, пока ее не найдут. Они долго скитались и наконец наткнулись на старика со старухой, у которых была дочь-блондинка, Женщина с Желтыми Волосами. По предложению старика один из молодых людей взял ее в жены. В качестве свадебного подарка старик дал им знание о том, как выращивать кукурузу и использовать буйволов в пищу; но он предупредил дочь, чтобы та никогда не проявляла жалость к какому-либо страдающему животному.

— Почему? — с любопытством спросила Стефани.

Райан засмеялся:

— Легенда не объясняет. Может, потому, что, если люди будут о них думать с позиций человеческих симпатий, животные перестанут быть для них полезными. Так или иначе, шайенны были счастливы, когда двое молодых людей вернулись с Женщиной с Желтыми Волосами, потому что после этого их окружали буйволы и мяса всегда было вдоволь. Но однажды мальчишки притащили в лагерь буйволенка и швырнули пылью ему в глаза. Женщина с Желтыми Волосами сказала: «Бедный теленок!» — и тут поняла, что нарушила запрет отца. В тот же день все буйволы исчезли, и ей пришлось вернуться к родителям. Ее муж и второй молодой человек ушли вместе с ней, и с тех пор эту троицу никто не видел.

— Это конец? — спросила Стефани, когда Райан замолчал. — Что случилось с буйволами?

— По легенде, позже мифические существа вернули буйволов, и племя опять стало жить счастливо.

— Интересная история. Вы знаете и другие?

В течение часа Райан рассказывал, а Стефани заворожено слушала глубокий, бархатный голос Райана, повторявший у бивачного костра индейские сказки.

— Странно, что я никогда раньше этого не слышала, — тихо сказала она. Посмотрев на Райана поверх умирающего костра, она добавила: — Их надо записать и опубликовать.