Джейн Фэйзер - Джудит

— Это моя лошадь и моя повозка, — выпалила она. — И я хочу, чтобы вы, лорд Керрингтон, знали, что я поеду куда пожелаю. И приказывать мне у вас нет никакого права. — Она лихорадочно надевала куртку и перчатки. — Если вы хотите, чтобы я вас подвезла, пожалуйста, я не возражаю. Если нет, можете искать себе другой транспорт.

Он не успел ничего ответить, как Джудит выбежала из комнаты. Проклиная все на свете, Маркус схватил хлыст и ринулся за ней. Джудит уже успела забраться на сиденье возницы и взяла вожжи. Маркус схватил лошадь под уздцы.

— Ты ведешь себя, как капризный ребенок, — воскликнул он. — На поле сражения женщине абсолютно нечего делать. Прошу тебя, иди в дом!

— Нет, — огрызнулась она. — А ты деспот, и больше никто. Я тебе сказала, что поеду куда захочу, и ты не имеешь никакого права мной командовать.

— Ты ошибаешься. В данный момент я исполняю обязанности супруга, — объявил он, — и повторяю: там, где сражаются и убивают, женщине не место, тем более моей жене. А теперь выполняй, что я тебе сказал.

На мгновение Джудит лишилась дара речи.

— Я не твоя жена, — еле слышно произнесла она наконец.

— Фактически жена. А как только я смогу найти священника, ты станешь ею и по закону.

Ну, такого и святой не выдержит!

— Даже если на земле совсем не останется мужчин — только ты один, — я и тогда не выйду за тебя! — воскликнула она.

— Ты совершенно правильно заметила, моя дорогая Джудит, все именно так и есть, — сухо ответил маркиз. — Я первый и последний мужчина, которого тебе суждено познать. В прямом значении этого слова.

Побледнев как полотно, Джудит вскочила на ноги и хлестнула вожжами лошадь. Животное заржало и рвануло вперед, что было для Маркуса несколько неожиданным. Он все еще держал ее под уздцы и чуть не упал. Но в следующий момент ему все же удалось запрыгнуть в повозку и вырвать у Джудит вожжи. Лошадь мчалась, словно под хвост ей сунули колючку.

— Месье… месье!.. — раздались отчаянные крики хозяйки.

Джудит посмотрела через плечо. На дорогу выбежала мадам Бертольд, размахивая сковородкой на длинной ручке. Ветер сорвал с ее головы чепец.

— Ты забыл оплатить счет, — сказала Джудит и зашлась смехом, почти истерическим. В этот смех быстро перетекал весь ее гнев.

— Будь оно все проклято! — Маркус натянул поводья, и почти обезумевшая лошадь остановилась.

Он посмотрел на Джудит. Та от смеха согнулась пополам, по щекам ее текли слезы. Неожиданно этот приступ смеха передался и Маркусу, его губы скривились, плечи — затряслись. Они вдвоем еще долго смеялись, не в силах остановиться, и со стороны выглядели как парочка явных психов.

Первым пришел в себя Маркус.

— Ты дождешься, когда-нибудь я все же задам тебе трепку, — пригрозил он все еще смеющейся Джудит и достал бумажник. — Из-за тебя я сейчас чуть не стал вором.

Повернувшись к покрасневшей от негодования мадам Бертольд, Маркус одарил ее очаровательной улыбкой и рассыпайся в извинениях, ссылаясь на необычность военной ситуации.

В конце концов мадам была вознаграждена горстью соверенов, что намного превышало размеры ее гостеприимства. Она так и осталась стоять на дороге, пока Маркус снова не натянул вожжи.

— Итак, куда мы движемся? — спросил он.

Джудит наконец успокоилась и откинулась на грубую деревянную спинку сиденья.

— На Катр-Бра!

— Так-так. А сможем ли мы в том направлении найти священника?

— А что, разве нет другого выхода? — спросила Джудит, закусив губы. «Все рухнуло, — подумала она, — сможет ли простить меня Себастьян, когда по моей вине пошли насмарку многие месяцы упорной подготовки, развалились все наши планы, А все из-за чего? Из-за мимолетного влечения плоти, взрыва страсти…»

— Я лишил тебя невинности, и тот факт, что нас с тобой застали в гостинице, уничтожает твою репутацию на веки вечные. В создавшейся ситуации это единственный честный выход.

Он констатировал факты спокойно, без всякой аффектации.

— Но ты забыл, что я мошенничаю в карты, занимаюсь конокрадством, что я бесчестная авантюристка. — Ее голос осекся, и она судорожно подавила рыдания.

— Нет, я ничего не забыл. И намерен отучить тебя от этих… не совсем пристойных пристрастий.

— А если не отучусь, что тогда? Он пожал плечами:

— Это не пустые слова, Джудит. В качестве моей жены ты принимаешь и мое имя, а вместе с ним и всю меру ответственности за сохранение его чести. Принять на себя такую ответственность — в этом состоит твоя часть обязательств в нашей сделке.

Сделке?

Джудит попыталась взять себя в руки и спокойно во всем разобраться. Замужество за маркизом Керрингтоном? Ведь это же находка и для нее, и для Себастьяна! В качестве маркизы Керрингтон она будет принята в самых высоких кругах лондонского общества. Именно там, где вращается Грейсмер. А Себастьян станет свояком маркиза. Их положение в обществе будет безупречным, а сбережений вполне хватит, чтобы Себастьян мог вести в Лондоне сносную холостяцкую жизнь. Он будет вместо дома снимать квартиру и иметь всего одного слугу. На это деньги есть, и с лихвой. А самое главное, они начнут действия гораздо раньше, чем рассчитывали. И Себастьян наконец получит то, что положено ему по праву. Вот какая, значит, ей в руки пришла карта! Только дурак откажется или будет сомневаться, стоит ли начинать игру. Но Маркус, разумеется, ничего не должен об этом знать.

— Я совсем ничего о тебе не знаю, — произнесла она вслух. — Например, почему ты до сих пор не женился.

Ответом было молчание. Маркус смотрел вперед на дорогу и думал: «Что можно ответить? Да все, что угодно, только не полную правду». Он будет честным, если расскажет ей полу правду. А о том, что было на самом деле, знает только еще один человек. Но о нем не стоит сейчас вспоминать. А вообще эта правда похоронена много лет назад. Но вопрос она задала резонный.

— Хотя ничего интересного в этой истории нет, но я тебе расскажу. Десять лет назад я собирался жениться. Девушка была полной противоположностью тебе, во всех отношениях. Я знал ее с детства, поэтому обошлось без ухаживаний. Это была милая, добрая душа, и я не сомневался, что у меня будет покорная, уступчивая, образцовая жена. Но она влюбилась, жестоко влюбилась, в негодяя, охотника за приданым, игрока. Чем-то, видимо, он ее пленил, и весьма искусно. Они разорвала помолвку.

Голос Маркуса Девлина звучал ровно, почти мягко:

— Роль брошенного жениха унизительна. Мне было очень тяжело и по молодости стоило большого труда философски встретить это публичное оскорбление. Вот тогда я решил больше никогда не жениться.

— А она вышла замуж за этого охотника за приданым?