Джиллиан Хантер - Любовная история виконта

Дядя Хэмфри с досадой покачал головой:

– Перестань наконец повторять глупые выдумки очередной истерички, Гвенни! Стрэтфилд был достойным человеком и в расцвете своих мужских сил, когда его убили. Полагаю, бедняга перевернулся в гробу, когда ты предположила, будто ему захотелось пощекотать Ребекку Пламли…

Хлоя опустила глаза. Ее мучила совесть. Раны у виконта действительно были жуткие. Вдруг он не выживет? В этом случае его смерть будет на ее совести. Надо раздобыть для него какие-то лекарства. И отнести ему еду. В каком же рискованном положении она из-за него оказалась! Подумать только, еще недавно она мечтала о том, чтобы какое-нибудь приключение оживило ее скучную жизнь в изгнании, но то, что случилось с ней, никак нельзя назвать приключением. Неужели у него есть ключ к разгадке таинственной смерти Брэндона? Интересно, что стали бы делать в такой ситуации ее братья.

Молодые, склонные к риску, они наверняка присоединились бы к жаждавшему мести Стрэтфилду. Девушка не может себе такого позволить. А как поступила бы ее старшая сестра Эмма? Стала бы обучать виконта высокому искусству воздаяния? Потребовала бы, чтобы впредь он не входил в спальню барышни без стука?

Хлоя развернула салфетку у себя на коленях и, взяв со своей тарелки сосиски и гренки, незаметно завернула в нее.

– А подозревают кого-нибудь в убийстве виконта? – обратилась она к дяде Хэмфри. – По-моему, отыскать убийцу – сейчас самое важное.

Дядя отложил газету.

– Первая здравая мысль, высказанная за этим столом.

– Совершенно неуместная мысль, – оскорбилась тетя Гвендолин. – Вряд ли стоит говорить об убийствах с утра пораньше!

Ответом ей было молчание. Никто не хотел напоминать хозяйке дома, что она сама подняла эту жутковатую тему. Дядя Хэмфри снова скрылся за газетой, затем, выглянув из-за нее и многозначительно посмотрев на Хлою, проговорил:

– Все это весьма странно.

Хлоя подумала, что даже ее либерально мыслящий дядя пришел бы в ужас, узнай он, во что впуталась племянница – что она фактически провела ночь в обществе мужчины, причем с таким сложным характером, что не так давно кто-то попытался его зарезать Однако мужчина нашел в себе силы встать из гроба, дабы отомстить покушающемуся на него негодяю.

Жители деревеньки Чизлбери разделились на тех, кто благоговел перед покойным виконтом, и тех, кто его презирал. Никто не удивился бы, узнав о том, что призрак покойника посетил леди Хлою Боскасл в глухую полночь. Все были бы едины во мнении: рыбак рыбака видит издалека…

И были бы правы.

После завтрака Хлоя, опасаясь выдать себя излишней поспешностью, тихонько спрятала еду в китайскую вазу и отправилась в сад прогуляться. Ноги сами привели ее на место своего последнего преступления – под окно собственной спальни. Мысль о том, что там прячется Доминик, снова повергла ее в панику. Надо найти способ выдворить его.

Но как это сделать? Он болен, беспомощен. И запретил ей звать врача – да и как бы она сумела протащить врача к себе в спальню, не переполошив при этом весь дом, если не всю деревню? Хлою так и подмывало обратиться за советом к дяде. Но это могло разрушить все планы виконта, к тому же Хлоя обещала Доминику хранить тайну.

Поколебавшись, она повернула к конюшням. Может, стоит обратиться к аптекарю. Но если столичная барышня со скандальной репутацией попросит дать ей бальзаму для лечения колото-резаных ран, это наверняка вызовет подозрения.

– Доброе утро, леди Хлоя, – вежливо приветствовал девушку младший конюх, завидев племянницу хозяев в дверях конюшни. – Желаете прокатиться верхом сегодня прямо с утра?

Это вывело Хлою из транса. Молодой мускулистый парень старательно чистил гнедого Памелы. Хлоя вздохнула, припомнив, какую здоровенную, глубокую ссадину мерин получил с неделю назад, когда ему вздумалось лягнуть забор. Теперь на задних ногах мерина и следа не осталось от ссадины! Все зажило.

– Чем ты мазал ему ноги, Дэнни?

– Бальзамом на травах со всевозможными маслами, который я каждый год у цыган покупаю, миледи.

– Похоже, бальзам и правда целительный.

– Лучшего я не знаю. Я тоже им пользовался, после того как бился на кулаках на прошлой ярмарке. – Он вытер щеку локтем и ткнул скребницей в глиняную крынку на полке, рядом с которой стояла бутылка. – Что мазь, что вон то бодрящее средство – любой недуг вылечат.

Хлоя зачарованно уставилась на темно-зеленую бутылку. Хватит ли у нее храбрости? Впрочем, Доминик не оставил ей выбора.

Она подождала, пока Дэнни зайдет в стойло, и быстро отлила в стоявшую рядом пустую бутылку чудодейственный бальзам. Во рту у нее пересохло от волнения, когда она возвращалась в дом, чтобы забрать спрятанную еду. Если ее поймают с сосисками и вонючим цыганским зельем, она скажет, что нашла в лесу подраненное животное и хочет его спасти.

Это будет почти правда. Доминик Брекленд так же дик и опасен, как лесной зверь.

Глава 9

Сердце Хлои бешено колотилось, когда она вошла в спальню. Там стояла тишина. Может, виконт наконец ушел? Какое бы это было счастье! С того момента, как Хлоя обнаружила его в своей гардеробной, она не знала ни минуты покоя. Ведь неизвестно, чем все это кончится.

Она открыла дверь гардеробной. Виконт лежал в углу, одной рукой обхватив сундук. При виде его Хлоя как ни странно испытала облегчение. Глаза его лихорадочно блестели.

– Еще раз доброе утро, – проговорил он спокойно, чуть наклоняя голову. – Ну что, будете меня брить?

– А может, лучше придушить, – сердито ответила Хлоя.

Сидит тут и нагло отдает ей приказы, сохраняя при этом спокойствие, в то время как она вся извелась от тревоги.

– Никто никогда не причинял мне столько хлопот.

– Обоюдно, – бросил он. – Я вам, вы мне.

– И обоим придется за это расплачиваться, – заметила Хлоя, развернув салфетку. – Вот. Ешьте сосиски, а я пока осмотрю ваше плечо. И еще у меня есть бутылка бренди. Можете прибавить к списку моих прегрешений хищение имущества любимого дяди.

– А зачем вам осматривать мое плечо?

– Какой же вы подозрительный и неблагодарный! Я принесла мазь, которой лечили коня, – произнесла Хлоя. – Украла на конюшне, ни одна живая душа не видела. Ну, что скажете?

Он опустился на пол с кротким видом, однако губы его скривились в лукавой усмешке, как только она принялась расстегивать его рубашку.

– Не знаю, что и сказать. А если я тряхну гривой и издам громкое ржание, вы засчитаете мне это в качестве извинения?

Он больше не может оставаться рядом с ней.

Прошлой ночью оба не спали. Хлоя несколько раз заглядывала в гардеробную. Беспокоится о нем. Доминик притворился спящим. Как назло, в нем пробудилось желание, он даже испытывал к Хлое нежность, и его мучила совесть из-за того, что он втянул ее в ад, где пребывал сам. Всякий раз, как девушка склонялась над ним, он с трудом сдерживался, чтобы не уложить ее рядом с собой.