Сари Робинс - Скандальные намерения

– Нет.

– Слава Богу, – кивнул генерал. – А что с ним случилось?

– Он находится у меня под арестом, – медленно ответил Жирар, – и ему не будет предъявлено никакого особого обвинения, когда я передам его властям.

Генерал задумчиво потер подбородок.

– Похоже, вы не совсем поняли, генерал, – проявила настойчивость Шарлотта. – Он грубо обращался со мной, против моей воли связал меня и увез в Лондон.

– Он обидел вас? – Лейтенант Фримен оперся на костыль и качнулся в сторону Жирара.

Жирар поднял руку, призывая всех к спокойствию.

– У меня есть причины считать, что Шарлотта могла – возможно, до конца не понимая того, что делает, – быть вовлеченной в заговор против нашего правительства.

– Это вы предатель! – крикнула Шарлотта, вскакивая на ноги. – Вы подложили карту для Наполеона в мою комнату!

Генерал поднялся.

– Жирар, я полагаю, что пришло время для объяснения.

Однако этот несносный человек имел наглость проигнорировать просьбу генерала и продолжал спокойно сидеть с задумчивым видом.

Шарлотта начала сомневаться, что этот человек вообще когда-либо сознается в своих прегрешениях. Она посмотрела на свое измятое платье и подняла руку к всклокоченным волосам, пытаясь придать себе более приличный вид. Было несправедливо, что он сидит в такой безупречно отглаженной, без единой морщинки, рубашке и блестящих, без единой царапины, сапогах.

Генерал наклонился и положил ладонь на руку герцога.

– Жирар, я знаю тебя и твоего отца, можно сказать, испокон веку. Шарлотта не какая-нибудь легкомысленная девица, склонная к бесплодным фантазиям. Если то, что она говорит, правда... – он покачал головой, – это может быть очень серьезно...

Герцог положил руку на ладонь генерала, тем самым прерывая его.

– Да, пришло время для объяснений. – Он посмотрел на генерала, затем на лейтенанта Фримена. – То, что я собираюсь вам рассказать, относится к конфиденциальной информации и затрагивает безопасность страны. Я верю, что эта информация не выйдет за пределы этих стен.

– Без сомнения, – сказал генерал. Лейтенант Фримен улыбнулся и сказал:

– Да, сэр.

У Шарлотты округлились глаза, когда она услышала подобную почтительность в тоне мужчин.

– Должно быть, вы шутите!

– Ну-ну, Шарлотта, успокойся! – увещевающим тоном сказал генерал.

Жирар поднял руку:

– Враждебность Шарлотты можно понять с учетом обстоятельств. С учетом вашего уважения к Шарлотте я готов считать, что она не знала о своей роли в заговоре.

– Не знала?! – взвилась Шарлотта. – Да просто не имела к нему никакого отношения! Объясните, почему вы тайком прокрадываетесь среди ночи в мою комнату, а потом имеете нахальство всем рассказывать, что я ваша нареченная!

– Это было наитием, – с едва заметной улыбкой проговорил Жирар. – В тот момент я не хотел, чтобы этого мужчину нашли в вашей комнате. Не хотели этого и вы. Вы должны признать, что это предложение позволило нам выйти из непростой ситуации.

– Выйти из одной и попасть в другую, – заметила Шарлотта.

Она заерзала в кресле, испытывая неудобство. У нее саднила шея, и болел зад после падения из экипажа.

– Я хочу знать, что вы делали в моей спальне среди ночи.

Теперь заерзал на стуле Жирар.

– Это было... случайное совпадение.

– Случайное? – хрипло спросила Шарлотта. – Пробраться в мою спальню и что-то спрятать за моим комодом среди ночи – вы называете это случайным совпадением? Да ведь это все было заранее продумано!

– Да, конечно, но было сделано в трудной ситуации.

Шарлотта широко развела руки, словно призывая в свидетели небеса.

– Довольно водить нас за нос! Пожалуйста, расскажите мне, чего вам все-таки надо.

Жирар посмотрел на двух мужчин, затем на Шарлотту и заговорил медленно, но твердо:

– Я расскажу вам то, что имею право рассказать.

Шарлотта возмущенно вскинула бровь.

– После того, как вы провели меня через массу мучений, я не приму ничего, кроме полной правды.

– Шарлотта, давай по крайней мере послушаем, что этот человек скажет, – вмешался генерал.

Герцог кивнул.

– Я хочу отметить, что пытаюсь вернуть собственность, которая была украдена у нашего правительства и предназначалась для финансирования военных усилий. Я перехватил всадника, который вез важные ключи к месту расположения украденной собственности. Многие люди могли проявить интерес к этим вещам, чтобы затем использовать их в корыстных целях, и я был намерен не позволить им добраться до тайника.

– Но почему вы спрятали их в моей комнате?

– Я должен был встретиться с осведомителем и попал в засаду. Мне нужно было найти надежное место для тайника.

– И моя комната среди ночи оказалась таким надежным местом?

– В тот момент мне так казалось.

– Почему?

Жирар поерзал на стуле.

– Ну, потому что никто не додумается искать их там.

– Позвольте мне поразмыслить. – Шарлотта прижала палец к подбородку и посмотрела на потолок, изображая крайнюю степень задумчивости. – Почему никто не подумает, что ваши подозрительные вещи находятся в моей комнате? – Она перевела взор на Жирара. – Может быть, потому, что порядочный человек не стал бы подвергать риску мою репутацию?

Герцог нахмурился.

– У меня были другие причины, которые я не вправе раскрывать.

– И все-таки изыщите это право, – настаивала Шарлотта. – Помните, что это была моя комната. И вы рисковали моей репутацией, моей жизнью.

– Я должен согласиться с мисс Шарлоттой, – вступил в разговор лейтенант Фримен. – Похоже, вы втянули ее в эту историю.

Лицо Жирара сделалось мрачным. Всегда хладнокровному герцогу, похоже, было не по себе, что его подвергают допросу.

– Позвольте мне сказать, что я просто верил в то, что это безопасное место, – пояснил Жирар.

– Почему? Потому что я не воровка? – высказала предположение Шарлотта.

– Дело касается короны и страны.

– Но почему именно вы этим занимаетесь?

– Потому что человек, укравший эти вещи, – твердо сказал Жирар, – служил под моим началом в военном ведомстве. Прежде всего я не должен был допустить, чтобы подобное случилось. Но из-за моей... халатности ему удалось украсть кое-что из казначейства.

Генерал задумчиво предположил:

– Вы не знали, что он ворует, потому что доверяли ему?

– Именно. К несчастью для нашего правительства.

– И к вашему несчастью, – добавила Шарлотта. Герцог неохотно кивнул: