Кэрол Финч - Моя навсегда

— Это была уловка, да? — продолжала допытываться Бет, ~ Ни один из этих мужчин на самом деле тебя не устраивал или… — Она застыла как громом пораженная. — Может быть, ты отказываешься от своего шанса на счастье из-за меня?..

— Мэгги права. — Иден поморщилась при виде ужаса, исказившего хорошенькое личико сестры. — Ты слишком высокого о себе мнения. — Она похлопала Бет по руке. — Ну подумай сама, ведь ты сморозила глупость, не правда ли?

— Ради меня ты пожертвовала своим счастьем, — печально подытожила Элизабет. — Потому что теперь, когда нет папы, больше некому заботиться обо мне. Да? Я права? — И, не дав Иден возможности возразить, она торопливо продолжила: — Боже правый, ты действительно святая. Но я не приму твою жертву. Слышишь меня? Мне уже восемнадцать лет, и я могу сама о себе позаботиться. Не смей отказываться от следующего предложения! И еще: я постараюсь снять с тебя часть твоих многочисленных обязанностей.

— Буду очень признательна.

— А ты сможешь больше времени уделить поиску подходящего мужа.

— Мне не нужен муж. Я слишком привыкла к своему образу жизни, и вообще в моем возрасте уже поздно выходить замуж.

— Бред собачий! Двадцать четыре — это совсем не много!

— Отрадно, что твои выражения становятся более изысканны, — съязвила Иден.

— Не пытайтесь отвлечь меня, И длин Рини Пембрук. Я слышала, как ты сама ругалась, думая, что никого поблизости нет. Даже святые подчас теряют терпение.

— Когда имеют дело с не по годам развитыми сестрами? — Но прежде чем Бет успела продолжить, Иден жестом указала в южном направлении. — Мы прибыли, сестричка. Развлекайся!

Элизабет, не желая так легко сдаваться, вознамерилась продолжить беседу, но Иден, улыбаясь, спрыгнула на землю и стала приветствовать друзей и соседей, уже окруживших экипаж.

— Позвольте помочь вам, мисс Бет, — предложил кучер.

— В этом нет надобности, Джейкоб. — Девушка гордо вздернула подбородок. — Я последую примеру своей сестры и сама спорхну вниз со своего насеста. Отныне и впредь я намерена быть более легким грузом.

— Осмелюсь заметить, мисс Бет: я поражен, как быстро вы повзрослели, — одобрительно кивнул Джейкоб.

Чувствуя себя не повзрослевшей, а постаревшей, с тех пор как выехала из дома, Элизабет поспешила поскорее разыскать Питера Далтона, надеясь, что толпа предприимчивых девиц еще не успела завлечь его в свои сети.

Сидя верхом на стройном черном жеребце, Себастьян Сейбер наблюдал за сутолокой у «Таверны Стивенсов». Атмосфера ярмарки ничем не напоминала о смерти и разрухе, царивших повсеместно в северных и южных колониях. Фермеры покупали и продавали домашний скот, и парусиновые палатки были набиты кустарными безделушками и румяными пирогами, а не готовящимися к атаке солдатами. Возле подмостков кукольного театра и у площадки, где проходил конкурс на самую жирную свинью, раздавались взрывы детского смеха; рабочие отгораживали веревками место для борцов; музыканты настраивали свои скрипки; ярко разодетые фокусники дурачили зрителей; на зеленой лужайке кувыркались акробаты; на столах, заполненных множеством подносов с едой, были расставлены кувшины с пуншем, приправленным бренди, корицей и мускатным орехом. Здесь после долгих утомительных часов, проведенных в седле, можно было забыть об усталости и ужасах войны, отдохнуть душой.

— Развлекаешься, Себастьян? — Со стаканом пунша в руке к Себастьяну широкими шагами подошел Майк Банкрофт. — У тебя такая гордая поза и такой красавец конь, что немало прекрасных леди захотели с тобой познакомиться. — Сделав глоток пунша, он озабоченно сдвинул брови. — Кстати, кем, говоришь, ты мне доводишься?

— Я племянник второй жены твоего дяди, — ответил Себастьян, — в общем, кузен.

— Кузен так кузен. — Отметая детали, Банкрофт махнул украшенной драгоценностями рукой. — А теперь спешивайся, и я наконец представлю тебя всем дамам, которые уже сгорают от нетерпения.

Майк, на несколько лет моложе Себастьяна, в темно-синих жилете, сюртуке и бриджах, являл собой образец мелкопоместной виргинской знати. Но после того как он прокладывал себе дорогу в плотной толпе и не раз поднимал стакан крепкого пунша, его парик немного съехал набок и вид был уже не столь безупречен.

— Единственное, что меня интересует на этой ярмарке, это участие в скачках. — Во всяком случае, Себастьян хотел, чтобы у местных аристократов создалось именно такое впечатление, и, грациозно спешившись, он привязал лошадь.

Майк хмыкнул, хлебнул еще пунша и кивнул соблазнительной рыжеволосой Дафни Каннингем, с нескрываемым любопытством разглядывавшей Себастьяна.

— Очень жаль, что тебе не нужна жена. Похоже, у тебя здесь есть шанс выбрать любую, разумеется, кроме одной — самой недоступной.

— Которой? Этой рыжей? — Себастьян бросил безразличный взгляд в сторону Дафни.

— Нет. Ты сразу поймешь, о ком я говорю, как только увидишь ее.

Сейбер снисходительно усмехнулся. Он излечился от романтических иллюзий одиннадцать лет назад, когда белокурая обольстительница дала ему понять, что богатство и титулы для женщин гораздо важнее верности и любви. Этот урок он не забыл до сих пор. Тут рассеянный взгляд Себастьяна остановился на женщине в ярко-желтом бархатном платье. Она выделялась среди всех, как солнечный луч на фоне серых облаков. Себастьян машинально глотнул пунша и вызывающе-пристально поглядел на нее. Она не производила впечатления неотразимой красавицы, не обладала фарфоровой белизной и стройной классической фигурой, столь высоко ценившихся у британцев, а была совсем крошечной, с мелкими чертами лица и кожей медового цвета, но от нее исходил мощный поток энергии, и ее каштановые волосы обрамляли лицо светящимся ореолом. Эта женщина не просто привлекала внимание, она потрясала.

— Себастьян? — Майк слегка подтолкнул кузена, но, заметив, куда устремлен его взор, понимающе усмехнулся. — Я же говорил, что ты узнаешь ее с первого взгляда.

Сейбер обернулся, но тут до его ушей донесся тихий, журчащий смех, и его взгляд метнулся назад.

— Есть и еще кое-что, кроме скачек, а, кузен? — поддел его Майк.

— Кто она? — Мгновение Себастьян и незнакомка смотрели друг на друга, а затем она с обезоруживающей улыбкой повернулась к подошедшему солдату.

— Это наш возлюбленный ангел, превратившийся в старую деву. — Майк приподнял стакан в почтительном приветствии. — За пять лет она отказала семи женихам. И могу с гордостью признаться, что был одним из них.

— Семерым? — Себастьян сделал еще глоток. — И ты с уважением говоришь о женщине, которая тебя отвергла?

— А почему бы нет? — пожал плечами Майк. — Я и сам понял, что для нашего обоюдного блага нам лучше не идти под венец. К тому же только полный дурак станет нелестно отзываться о святой Иден. Здесь, в округе, всем известны ее щедрость и великодушие.