Кортни Милан - Разоблачение

Когда он узнал о Парфорде, в голове явственно вспыхнула мысль: «Если я стану герцогом, то смогу избавить братьев от тюрьмы, которую они сами для себя выстроили».

Тяжкое бремя, довлевшее над ним, перевешивало, и даже положенное на другую чашу глубокое моральное удовлетворение не позволяло добиться равновесия. Потерявшие наследство Далримплы ничего не значили для него. Особенно после того, что Ричард и Эдмунд сделали его братьям. Истинная правда, он не проронил и слезинки в связи с их поражением.

Слуги заняли свои места и, когда Эш выехал на подъездную аллею, замерли в ожидании. Они были хорошо обучены для того, чтобы позволить себе любопытные взгляды, и достаточно услужливы и вежливы, чтобы излишняя строгость повлияла на их манеры. Впрочем, скорее всего, они слишком привыкли к своему жалованью, чтобы ворчать по поводу прибытия нового хозяина, посланного им судом.

Вскоре они его полюбят. Так было со всеми и всегда.

— Кто знает, — тихо произнес он, — может, одна из горничных привлечет твое внимание. Ты можешь заполучить любую.

Марк бросил на него озадаченный взгляд.

— Изыди, Сатана. — Он резко тряхнул головой.

Эш остановил лошадь. Сейчас замок показался ему меньше, чем раньше, фасад был отделан медового цвета камнем и совсем не производил мрачного, гнетущего впечатления. Он словно съежился и уже ничем не напоминал неприступную крепость, какой представлялся ему все эти годы. Сейчас перед ним был просто дом. Большой, но не мрачный. Грозное здание осталось в воспоминаниях прошлого.

Слуги выстроились в безупречно ровные шеренги. Эш внимательно оглядел их.

Перед ним стояли более ста человек, одетых в серое. Он был совершенно спокоен. Если бы он предчувствовал хоть малейшую опасность оттого, что Марк примет его щедрое предложение, никогда бы так не поступил. Теперь эти люди у него на службе — или будут в скором времени, когда нынешний герцог оставит их. У него на службе. Их благополучие будет зависеть от его прихоти, как когда-то зависела судьба Парфорда. Тяжелая ответственность.

«Я справлюсь лучше этой старой скотины».

Он сдержит этот обет так же, как сдержал последнюю клятву, данную перед этими стенами.

Эш повернулся, чтобы поздороваться с дворецким, вышедшим немного вперед. И в этот момент увидел ее. Она стояла в последнем ряду чуть в стороне от остальной прислуги. Голова высоко поднята. Внезапно поднялся ветер, словно до сего момента вся вселенная замерла затаив дыхание. Она смотрела прямо на него. Эш почувствовал, как в груди образовалась глубокая дыра.

Он никогда раньше не видел эту женщину. Не мог видеть; он, несомненно, запомнил бы вызываемое ею ощущение чистоты и безупречности. Она была прекрасна даже с затянутыми в тугой узел темными волосами под белым кружевным чепцом. Но не внешний вид заставил его обратить на нее внимание. В свое время Эш повидал немало красивых женщин. Возможно, его привлекли ее глаза, смотрящие неотрывно и строго, словно он один был воплощением всей несправедливости мира. Может быть, дело было в ее подбородке, говорящем о непреклонности и решительности, тогда как лицо выражало полнейшую растерянность. Что бы то ни было, оно трогало его до глубины души. Эта картина напомнила Эшу какофонию в оркестровой яме, когда музыканты настраивают инструменты, диссонанс, внезапно разрушивший общую гармонию. Это было всем. И ничем. Животный инстинкт сжал горло. Она. Она.

Эш всегда прислушивался к своей интуиции — каждый раз.

Он сглотнул подкативший к горлу ком.

— Послушай, — прошептал Эш, повернувшись к брату, — видишь женщину в последнем ряду справа? Она моя.

Прежде чем Марк успел сделать нечто большее, чем просто нахмуриться, прежде чем он сам успел унять жар от тысячи вспыхнувших искр, разносившийся по телу, к ним с поклоном подошел дворецкий и представился.

Эш сделал глубокий вдох и посмотрел на него.

— Мистер… я хотел сказать, мой… — Слуга замолчал, не решив, как обратиться к Эшу. Пока старый герцог жив, он остается просто его кузеном и не может обладать титулом. И все же он прибыл, чтобы унаследовать титул по приказу суда лорда-канцлера. От Эша не ускользнули размышления дворецкого, отразившиеся на его лице: рискнет ли он нанести оскорбление человеку, которому суждено стать его следующим хозяином? Или будет строго придерживаться правил, соблюдение которых предписано этикетом?

Эш бросил поводья подошедшему конюху.

— Просто мистер Тернер. Не стоит беспокоиться по поводу того, как ко мне обращаться. Я и сам не знаю, как себя величать.

Дворецкий кивнул и заметно расслабился.

— Мистер Тернер, желаете осмотреть поместье или вы и ваш брат предпочтете вначале освежиться и отдохнуть?

Эш перевел взгляд на женщину в последнем ряду. Она смотрела прямо ему в глаза, не изменив выражения лица, от которого по спине Эша пробежала дрожь. Его чувство не походило на желание, скорее на вожделение, о котором нашептывал ветер, кружащий вокруг ворота. Ее. Выбери ее.

— Удачи, — пробормотал Марк. — Не уверен, что вы настолько ей симпатичны.

Эш понял это, взглянув на ее подбородок.

— Никакого отдыха, — громко сказал мистер Тернер. — Я желаю узнать все и как можно скорее. Мне необходимо переговорить с Парфордом. Для достойного продолжения необходимо хорошее начало. — Он последний раз взглянул на женщину и посмотрел прямо в глаза брата. — Кроме того, я всегда с удовольствием принимаю вызов.

С высоты холодных каменных ступеней Анна Маргарет Далримпл плохо разглядела черты двух молодых людей, подъехавших к дому верхом.

Эш Тернер оказался моложе и выше, чем она предполагала. Маргарет ожидала, что они прибудут в дорогом экипаже, запряженном восьмеркой лошадей, — подходящем больше женщине, нарочито шикарном и потому смешном и нелепом — лишь только для того, чтобы соответствовать своей репутации богатых набобов. Мужчина, лишивший ее всего, представлялся ей сгорбленным, преждевременно облысевшим, способным изобразить на лице лишь презрительную усмешку.

Однако этот человек держался в седле с легкостью и грацией опытного наездника, и она не заметила у него ни единого массивного украшения.

Пропади ты пропадом.

Завидев скачущего к дому мистера Тернера, слуги — теперь она не могла считать их товарищами, как в те времена, когда они были ее слугами, — подтянулись и затаили дыхание. Неудивительно. Этот мужчина путем грубых махинаций выжил с законного места ее брата, истинного наследника. Если Ричард потерпит неудачу в стремлении добиться для детей, признанных бастардами, права обладать титулом герцогов Парфордских, мистер Тернер станет здесь новым хозяином. А после того как скончается отец, Маргарет останется бездомной и незаконнорожденной.