Наталья Ручей - Притяжение века

У нее появилось забытое ощущение, что она в полной безопасности и… дома. На глаза ни с того ни с сего навернулись слезы, она замигала ресницами, чтобы никто не увидел спонтанной слабости, глубоко вздохнула, медленно выдохнула и сказала:

– Думаю, будет лучше, если мы избавимся друг от друга.

– Замечательная идея.

– И это случится скорее, если вы подскажете, где мой жених, или хотя бы, где я?

Незнакомец медленно втянул в себя воздух, медленно выдохнул, и вместо того, чтобы ответить на простой вопрос и лишиться неугодного ему общества, подхватил Мэри под руку и потянул в сторону чужого дома.

– Я так и знал! – возмутился он.

– Позвольте уточнить, что именно, – слегка запыхавшись от быстрой ходьбы, спросила Мэри. Она остановилась у массивной двери особняка, чтобы восстановить дыхание.

– Чего вы ждете? Если дворецкий уснул, я не собираюсь распахивать перед вами двери!

– Дворецкий? Не дом, а настоящий английский замок, – восхитилась Мэри. – Интересно, кто здесь живет? Хотя, вряд ли мы знакомы.

Вопреки угрозам, незнакомец скривился, но толкнул дверь рукой. Мэри бросила на него насмешливый взгляд, – совсем не держит обещаний, – в нерешительности замерла у входа, но почувствовала такое сильное желание войти, что не стала сопротивляться.

– Добрый день, – она улыбнулась дворецкому. Он отстраненно поклонился – совсем как в фильмах и любовных романах, и только глаза выдавали живое любопытство. Представив, как она сейчас выглядит, и в каком виде предстанет перед хозяевами роскошного дома, Мэри покраснела. Возможно, не все так плачевно и она сумеет привести себя в порядок? – Подскажите, пожалуйста, где у вас зеркало?

– Слева от вас, миледи, – ответил дворецкий, и Мэри могла поклясться, что его любопытство сменилось удивлением.

– Спасибо. Вы очень любезны.

Мэри с улыбкой посмотрела в указанном направлении, замерла, вплотную приблизилась к зеркалу и второй раз за жизнь упала в обморок.

– Я так и знал! – повторил незнакомец, который следил за ней с не меньшим удивлением, чем дворецкий.

Его голос громом разнесся по дому, и в холл выбежали экономка, горничная, его брат и мисс Эмили Синклер одновременно.

– Ваша светлость?… – экономка оборвала вопрос, увидев лежащую на полу Мэри.

– О, Господи, что теперь будет? – едва не заплакала горничная.

– Ты был бестактен, – строго заметил брат.

– Ей еще можно помочь? – простонала мисс Синклер.

Граф скрестил на груди руки и подумал, а не прилечь ли рядом с упавшей леди Элфорд, чтобы избавиться от обвинительных взглядов и сочувствия к этой мегере? Откуда ему было знать, что у нее слабое здоровье и что она так сильно привязана к нему? Возможно, даже влюблена?

Он отмел нелепую мысль. Леди Элфорд не может быть влюблена. Ни в кого.

– Не предполагал, что это известие может ее так… – Он отбросил крутившиеся варианты «ранить», «травмировать», «расстроить», «убить» и нашел подходящий: -… Подкосить.

– Ваша светлость, – вмешалась экономка. – Простите, я не имею права, я всего лишь прислуга, но я женщина, и понимаю, как тяжело может быть другой женщине, когда она узнает, что свадьбы не будет.

Мэри открыла глаза, обвела взглядом стоящих над ней людей, смущенно улыбнулась, и тут до нее дошел смысл сказанного. Она сдавленно переспросила:

– Свадьбы не будет?

И снова отдалась спасительному обмороку.

– Ах, это ужасно! – воскликнул мисс Синклер, заламывая руки. – Мы слишком поторопились, ваша светлость. Вы уверяли, что леди Элфорд обрадует новость о разрыве помолвки, а она так безутешна! О, Господи! Я должна уехать! Я не могу больше здесь оставаться. Мне так неловко!

Граф тут же оказался рядом, пытаясь (пока тщетно) расцепить ее руки. Лучше бы она так крепко обнимала его за шею.

– Дорогая, не торопитесь с выводами.

– Ваша светлость, неужели вы думаете, что леди Элфорд в обмороке от счастья?

Счастье, не без раздражения подумал граф, это когда любимая женщина вместо официоза обращается к тебе по имени. Даже не так – выкрикивает твое имя в порыве страсти.

– А это еще кто? – раздался пренеприятнейший голос снизу.

Счастье, в сильном раздражении подумал граф, это когда тот, кто лежал и помалкивал, не пытается болтать и подняться. Видимо, слуги разделяли его мнение, потому что стоило леди Элфорд прийти в себя, бросились врассыпную. И только дворецкий бесстрастно наблюдал за восстающей Горгоной.

Граф с трудом подавил вспышку гнева – вся эта сцена слишком затянулась. Он вообще не мог понять, почему все с ней возятся? Ну, упала в обморок. Упала сама и встанет сама, и лучше оказаться подальше, когда до нее дойдет, что слуги увидели подобную сцену, и вести разлетятся по всей округе. Он был даже рад, что драгоценная леди только за сегодняшний день поцеловала своим лбом не только идеально чистый пол, но и самую обычную грязь в саду.

Когда она снова посмотрела в зеркало, он ожидал или очередного падения (занимательно) или истерики (нежелательно), но леди Элфорд ограничилась броском своей шляпки в дворецкого. Поделом – пусть не спит на посту и не вынуждает графа выполнять обязанности слуг. Когда леди Элфорд провела руками по несвежему платью крысиного цвета, граф поморщился, представив, что это могла быть все еще его невеста и прикасаться она могла к нему. И эти волосы… Под цвет ее платья… Что бы ни говорила мисс Синклер, а он правильно поступил, не откладывая разговор, пусть даже леди Элфорд сейчас немного не в себе.

– Почему мои волосы в таком состоянии?

Графу корпело сказать правду, что мыть голову нужно чаще, но из-за мисс Синклер он сдержался. Полюбовавшись собой еще какое-то время, леди Элфорд обернулась. В ее глазах застыл ужас. Она поняла, почему нет гостей, священника и Пола. Она их спугнула!

Анн упрашивала Мэри не смотреться в зеркало, и увидеть свое отражение в безумно счастливых глазах жениха. И вот она увидела себя, и то, что показало зеркало, могло кого угодно сделать безумным. Неряшливая, в старомодной шляпке с длинным пером вместо короны, с промасленными прядями серых волос, и в неописуемого цвета прабабкином платье.

Она вспомнила, как спустилась по лестнице дома Пола, глаза потрясенного жениха, натянутую улыбку священника, голос сестры, советовавший поправить перекрученный кулон, удушье. И провал. Видимо, в ту минуту она и упала в обморок.

Итак, свадьба сорвалась в третий раз. Это уже не безделица. Катастрофа! Гости и жених разбежались, а она, учитывая состояние волос, пролежала в обмороке столько, сколько фрукты не хранят в холодильнике. И хотя эта свадьба ей очень нужна, и деньги Пола могли решить многие вопросы, она не станет его разыскивать. Выберется из этого странного дома, вернется к себе и попробует придумать другой способ помочь Бьянке.