Дэнис Аллен - Настоящий джентльмен

Пока Сэм хранила горестное молчанке, погруженная в размышления, Джулиан, взяв ее за руки, поднял с земли. Болезненно осознавая, что у нее опухли от слез глаза и предательски покраснел нос, девушка замотала головой:

– В таком виде я ни за что не вернусь в дом, Джулиан. Не хочу, чтобы меня считали маменькиной дочкой.

– Мы туда и не пойдем, – успокоил ее маркиз. – Во всяком случае, сейчас. Давай лучше заглянем в часовню. Там теплее и уютнее. А тебе, моя девочка, совсем не помешает согреться и приободриться.

Идти Саманте никуда не хотелось, но она все же подчинилась. Джулиан не привык, чтобы ему перечили. Вероятно, по этой причине он и стал ее наставником вместо множества разномастных учителей, которых поначалу наняла Аманда. Но вскоре она поняла, что справиться с ее маленькой сестричкой в состоянии только один человек. Маркиз Серлинг оказался упорным педагогом. Кнутом и пряником он вдалбливал в голову Сэм все, что необходимо молодой леди для появления в высшем свете и выбора удачной партии.

Аманда была бы немало удивлена, узнав, что именно этого Саманта и добивалась. Она нарочно разыгрывала из себя тупицу и отказывалась выполнять распоряжения приглашенных сестрой преподавателей, стремясь как можно больше времени проводить в обществе единственного человека, которому доверяла. Но ни сама Аманда и никто другой не подозревали, что она высоко ценила не только мнение Джулиана, но… и его самого.

Ценила и обожала. До самозабвения.

С первого же взгляда Сэм поняла, что о лучшем муже, чем Джулиан, не стоит и мечтать. Однако Джулиан знать не знал, что при его появлении у Сэм подкашиваются нога, а сердце колотится, как у вспугнутой птицы.

Первые семнадцать лет Сэм по приказу отца Саймона Дарлингтона провела на удаленном острове Торни к западу от побережья Западного Суссекса. Все эти годы она одевалась и вела себя как неотесанный мальчишка, и ее познания о мире были прискорбно скудными. Среди окружавших Саманту мужчин, в том числе Джека, Джулиана, а также слуг из Дарлингтон-Холла и Монтгомери-Мэнор, лучше Джулиана Монтгомери никого не было. В этом Саманта не сомневалась.

В храме Джулиан подвел Сэм к скамье почетных гостей, отведенной для членов их семейства. Еще горели зажженные по поводу церемонии свечи, и в воздухе пахло расплавленным воском, цветами и сосновыми ветками. Они сели, маркиз отпустил руку девушки и легонько приподнял ее лицо за подбородок.

– А теперь признайся, Сэм, что беспокоит тебя, – приказал он.

– С чего ты взял, что меня что-то беспокоит? – пробормотала она.

– Во-первых, ты плакала. Что совершенно тебе несвойственно. Я-то знаю, с каким презрением ты относишься к слабоволию. Значит, произошло что-то из ряда вон выходящее.

– Ничего особенного, – печально произнесла Саманта. – Всплакнула немного, и все.

– Понятно, – протянул он задумчиво, не спуская с Саманты пронзительных голубых глаз. В девяти случаях из десяти Джулиан угадывал ее чувства и мысли. От его испытующего взгляда у Сэм, как обычно, по спине побежали мурашки. Это ощущение не казалось ей неприятным…

– Почему же все-таки ты «немного всплакнула»? – не унимался Джулиан. – Не потому ли, что твоя сестра уехала в свадебное путешествие и до будущей весны не вернется?

Саманта стиснула зубы, пытаясь справиться с вновь нахлынувшей на нее волной тоски и страха.

– Аманда уехала, но это не значит, что она тебя бросила, – мягко проговорил Джулиан.

– Я не… – Сэм подняла на него испуганный взгляд.

– Не говори, что это тебя не волнует, я все равно не поверю.

– Я не дура и понимаю, что Аманда вернется. – Девушка судорожно сглотнула, смахнув брызнувшие из глаз слезы.

– Понимаешь ли? – холодно спросил он. – Я-то знаю, что она вернется. Но ты не можешь быть ни в чем уверена. Твоя мать умерла, когда ты появилась на свет, а ханжа отец отослал тебя на далекий остров, чтобы никто не узнал о его грехопадении. Даже гувернантка от тебя сбежала, когда отец умер и деньги на твое содержание перестали поступать. Неудивительно, что отъезд Аманды страшит тебя, Сэм.

– А ты всегда так прямолинеен? – Девушка с шумом выдохнула воздух, испытав одновременно чувство облегчения и досады. – Хорошо, – произнесла она раздраженно. – Возможно, ты прав, я действительно немного нервничаю. Умом понимаю, что Аманда вернется, а здесь щемит. – Саманта поднесла руку к сердцу.

Джулиан улыбнулся, и Сэм не могла не улыбнуться в ответ. Искренние улыбки были большой редкостью для маркиза и согревали девушку, как лучи солнца.

– Сердце щемит, говоришь? И что делать, чтобы оно не щемило? Хочешь шоколадную конфетку?

– Конфетку? – Сэм насупилась. – Джулиан, я не ребенок. Между разбитой коленкой и щемящим сердцем большая разница, неужели не понимаешь?

– В болезнях я как раз кое-что смыслю, сорванец, – возразил он. – Но ты ведь и есть ребенок. Я почти вдвое старше тебя. Когда ты родилась, я был уже взрослым.

Саманта терпеть не могла нравоучений.

– Если я еще ребенок, почему вы с Амандой ищете мне мужа? – спросила она запальчиво.

– К весне, моя дорогая, я должен сделать из тебя леди. Прекрасную женщину, полную совершенств и достоинств. – Он окинул ее критическим взглядом. – Конечно, чтобы такое превращение состоялось, потребуется не один день. Временами тебе будет казаться, что я чересчур строг и придирчив, но надеюсь, что к концу курса обучения мы все же останемся друзьями. Задание, надо тебе сказать, не из легких, – добавил он озабоченно. – Но вполне мне по силам.

– На кой черт мне нужен этот проклятый муж? – грубо спросила девушка, доведенная покровительственным тоном Джулиана до бешенства. – У Присс и Нэн нет мужей.

– Следи за речью, сорванец, – упрекнул Джулиан свою подопечную и продолжил назидательным тоном: – Замужество гарантирует благополучие в настоящем и будущем, уважение в обществе. Аманда и Джек, я и тетушки – мы все хотим видеть тебя устроенной и счастливой.

– Но сделает ли замужество меня счастливой, Джулиан? – Сэм скрестила на груди руки и в упор уставилась на своего учителя. – Скажи!

Джулиан нахмурился и внимательно посмотрел на Сэм. Ее серо-голубые глаза сузились, подбородок взлетел вверх, а пухлые розовые губы вытянулись в узкую линию. На мраморный лоб упала золотая прядка волос. В такие моменты Саманта преображалась, и это будоражило воображение Джулиана, вызывая всевозможные образы. Вот и сейчас она напомнила ему голубку, растопырившую крылья над своим гнездом.

– Ну, Джулиан, – не унималась Сэм, – разве я не заслуживаю счастья?

– Конечно, как и все в этом мире, – согласился лорд. – К сожалению, брак не является залогом счастья. При разумном подходе к вопросу он дает уверенность в завтрашнем дне, респектабельное положение, а вот счастье… – Он пустился в пространные рассуждения и в заключение подытожил: – Счастье в браке – вопрос везения, как мне кажется.