Сычев К. В. - Роман Молодой

Он вспомнил о недавнем приезде в Чернигов посланника от брянского князя – боярина Поздняка Кручиновича. Последний рассказал ему о том, как великий московский князь Василий предлагал Дмитрию Ольгердовичу через своего боярина союз против Литвы, но брянский князь решительно, нисколько не колеблясь, отказался. – Мы тогда вспомнили тебя, княже, – сказал ему брянский боярин, – и наш славный Дмитрий Ольгердыч попрекнул тобой Василия Московского! – И он поведал ему суть состоявшегося в то время разговора.

– Да, все это не говорит о моем уме! – горько усмехнулся, наливая себе в чашу вино, князь Роман, и пристально посмотрел на сытую, ожидавшую его знака, жену. Княгиня Мария молча сидела, устремив взгляд куда-то в середину стола. По твердо заведенному порядку члены княжеской семьи не могли выйти из-за стола без воли своего главы. – Пора завершать трапезу! – решил про себя князь, однако, не успел он проглотить и глотка вина, как слуга, стоявший у открытой двери, отскочил в сторону, и в трапезную вбежал дворовый мальчик Румянко. – Славный князь! – вскричал он. – Меня прислал дозорный! Сюда идут татары!

– Татары? – поднял голову князь Роман. – Любопытно! И много их?

– Сотня или немного больше! – громко сказал Румянко.

– Ну, это ничего! – успокоился Роман Михайлович, и морщинистые складки его лба сгладились. – Придется самому принимать гостей-бусурман! Значит, конец нашему обеду!

– Это враги, батюшка? – пробормотала напуганная княгиня. – Неужели будет осада?!

– Успокойся, матушка, – улыбнулся князь Роман, вставая из-за стола. Слуга, подскочив к нему, протянул серебряный тазик с водой и полотенце. – Разве ты не видела татар? Нет тут никакой беды. Что нужно татарам? Серебро, пожитки и, на худой конец, мягкая рухлядь! А этого у нас достаточно! Я почти не трогал серебро, добытое в московском походе…Есть и меха! Неужели ты не знаешь о лесных богатствах Чернигова? За годы запустения здесь расплодилось множество зверя! И куниц у нас больше, чем в брянских лесах…Благо, что мои люди – отменные охотники!

В самом деле, прибывшим татарам нужны были деньги. Когда князь Роман встретил у широко раскрытых крепостных ворот татарского мурзу Бурахая, он все понял.

– Салям тебе, коназ-урус! – сказал денежник хана Тохтамыша. – Я приехал сюда по поручению нашего повелителя. Он хочет взять у тебя положенное ему серебро!

– Айда в мой терем, славный мурза, – молвил князь Роман, – и поговорим о делах в светлице. Будет тебе и серебро, и нужные дары! А может, отдохнешь с дороги?

– Это потом! – кивнул головой Бурахай. – А нынче надо заниматься делами! Нелегка ханская служба! Айда!

Роман Михайлович отдал распоряжение своему огнищанину Бобко Яровичу – разместить и накормить сотню татарских воинов – а сам отправился с татарским мурзой в свою думную светлицу. Не успели они усесться в мягкие кресла за небольшой столик, как княжеские слуги быстро, без суеты, внесли два серебряных кувшина с вином, серебряные чаши и блюдо с копченым мясом. – Отведай медвежатины, славный Бурахай! – сказал, улыбаясь, князь. – Я сам уложил этого лютого зверя! И выпей заморского вина! У меня отменное вино!

– Рахмат тебе, Ромэнэ! – повеселел ханский денежник, опрокинув чашу с густым греческим вином. – С радостью попробую медвежатины! Тогда ко мне перейдет великая сила хозяина тайги!

– Как поживает наш государь? – спросил как бы между прочим, пережевывая кусок розового окорока, Роман Михайлович. – Мы слышали о великой беде и сочувствуем славному царю! Неужели тот злой царь, Темир-Аксак, осмелился напасть на него?!

– Никакой беды нет, Ромэнэ! – покачал головой мурза Бурахай. – В самом деле, была жестокая битва! Однако наш могучий хан победил, и лютый враг, или как ты его называешь, «Темир-Аксак», ушел восвояси, разорив наши города по реке Итиль. И оставил немало врагов в степи! Тот Темир – никакой не царь и не хан, а просто ночной разбойник! Он собрал вокруг себя целую толпу преступников, разоряющих города! Они нанесли огромный ущерб нашей славной Орде! Многие города сожжены, разрушены наши дома! А наш славный хан Тохтамыш засел теперь в Крыму и отдыхает после тяжелых боев. Но не хватает средств на содержание войска. Тот злобный Хромец хитростью увел все наши стада…Воины голодают…Нам нужно серебро! Дай нам в этот раз двухгодичный «выход»! Тогда государю будет полегче…

– Я бы с радостью! – молвил, сохраняя на лице приветливую улыбку, Роман Михайлович. – Однако у меня совсем нет серебра! Тот Темир ограбил и меня без жалости! В прошлом году я поехал в Сарай с серебром и подарками, но люди того Темира поймали меня по дороге и увели в его стан! Они отняли всю мою казну без стыда, без совести! А тот злодей, ночной разбойник, затащил меня к себе в юрту и, сверкая своими грозными очами, угрожал жестокой казнью! Пришлось мне молчать и слушать эти страхи…Потом тот Темир, высказав свое недовольство нашим государем, приказал мне повиноваться только ему и каждый год отвозить в Сарай прежнюю дань…Он говорил, что поставит царем в Сарае своего человека и, как только завоюет всю землю, вернется назад!

– Это чепуха! – вскричал, выслушав князя, татарский мурза. – Тебе не следовало слушать его лживые речи! Этот злодей ушел в ночной мрак и больше сюда не вернется! Его следы давно простыли! Наш славный хан Тохтамыш никогда не отдаст свой престол!

– А что мне было делать? – развел руки Роман Михайлович. – Я бы просто потерял там свою голову и погубил людей! Зачем это нашему государю? Мы вот своевременно собрали весь наш «выход» за этот год! А за прошлый – тут мы бессильны! Все серебро ушло «в ночной мрак»!

– Это плохо, Ромэнэ, – нахмурился Бурахай, – мне нужно больше серебра! – Он налил еще вина в чашу и потряс опустевший кувшин. – Вот тебе серебро, славный коназ! Ты бы подарил нашему хану этот кумган! И эту чашу!

– Что это даст государю?! – буркнул возмущенный Роман Михайлович. – Здесь немного серебра! Однако же бери эти сосуды себе! Пусть это будет мой дар! Ты будешь пить из них вино и кумыс, вспоминая меня добрыми словами!

– Рахмат тебе, Ромэнэ! – улыбнулся татарский посланник, хватая цепкими руками серебряный кувшин и засовывая его себе за пазуху. – Я вижу, что ты – щедрый коназ! Я об этом расскажу нашему повелителю и похвалю твою верность! Тогда давай мне «выход» за один год! Что поделать, если злобный Темир отнял ханское добро? Это не твоя вина, а кара от Аллаха!

– А как же быть с «выходом» в следующем году? – спросил, с трудом скрывая радость, князь Роман. – Ты сам за ним приедешь, или мне отправляться в Сарай?

– Если ничего не случится, и я не приеду сюда весной, как нынче, – ответил захмелевший татарский посланник, – тогда сам поезжай в Сарай со всем «выходом»! Но я думаю, что государь скоро вернется в свою столицу. В этом нет сомнения!