Джо Гудмэн - Полуночная принцесса

– Это тебя удивляет?

– Что? – Кристиан оторвался от своих мыслей. – Ах, да. Да, удивляет. Я не думал, что она способна на подобные чувства.

– Просто днем ты наслушался ахинеи доктора Гленна. А я-то считал тебя умнее. Как видно, я ошибся. – Оттолкнувшись от двери, Скотт прошел в кабинет и взял с кресла свое пальто и цилиндр. – Она, так же как и все мы, чувствует жару и холод, удовольствие и боль, – раздраженно объяснил он, – так почему она не может испытывать и другие чувства, например, чувство вины?

– Но она же ничего не сделала! – возмутился Кристиан.

– И ты тоже, черт возьми!

Скотт заметил слабый румянец, тронувший щеки Кристиана. Отлично, значит, он понял! Они оба знали, что он говорил не о том, что произошло сегодня в этом доме. Воображаемые грехи Кристиана брали начало несколько лет назад, и с тех пор вина была его постоянным, иссушающим душу спутником.

– Спокойной ночи, Кристиан, – сказал он негромко, – может быть, увидимся завтра, когда я приду навестить Джейн.

– Может быть, – бросил Кристиан, не потрудившись проводить Скотта до дверей.

Не успел еще его друг дойти до ворот, как Кристиан уже наливал себе виски. Он отнес стакан с графином к своему любимому креслу перед камином и уселся, закинув ноги на оттоманку. Ни о чем не думая, Кристиан Маршалл добросовестно накачал себя спиртным и заснул.

.

– И где он сегодня? – спросил Скотт у миссис Брендивайн, скидывая пальто.

Он отдал его экономке вместе с кашне и шляпой, подхватил свой черный кожаный чемоданчик и посмотрел на женщину. На этот раз ее непритворно-страдальческий взгляд имел веские причины. Скотт скосил глаза на двойные дубовые двери кабинета Кристиана.

– Неужели все еще там? Бог мой, уже почти две недели!

Миссис Брендивайн, которая в это время вешала пальто и шляпу доктора на медную вешалку в прихожей, застыла с поднятыми руками.

– Сегодня ровно две, – сказала она, понизив голос, – вспомните, ведь вы не были здесь с понедельника. До Рождества осталось меньше недели, и мне кажется, он нарочно задумал пропустить этот праздник. Понимаете, это его первое Рождество совсем без родных. В прошлом году в это время у него еще был отец.

– У него есть мы, – Скотт тяжело вздохнул, – все это смешно, и у меня уже кончилось терпение!

Он пошел по коридору, легко постукивая каблуками по паркетному полу, но почувствовал, как миссис Брендивайн настойчиво тянет его за рукав, и остановился. Оглянувшись через плечо, Скотт увидел ее испуганный взгляд и повернулся к ней.

– В чем дело, миссис Брендивайн? Вы боитесь, что я его обижу?

Она покачала головой.

– Я боюсь, вы оба обидите друг друга, – поправила она. – Он ищет ссоры, и вы будете прекрасным объектом. Никто из прислуги и близко не подходит к этим дверям. Как-то Джо Минз набрался смелости и вошел. Он только спросил насчет корма для лошадей, так мистер Маршалл обрушил на него целый поток брани.

– Он что, совсем оттуда не выходит?

– Выходит по несколько раз в день. – Она залилась краской. – Он же пьет, поэтому ему надо… ну, вы понимаете…

– Понимаю, по естественной надобности. А как он достает спиртное? Разумеется, к этому времени он уже дважды опорожнил бы свой буфет. Ведь здесь никто не снабжает его выпивкой?

Экономка оскорбилась таким предположением.

– Он грозится спалить нас всех до одного, – сказала она с достоинством, – но это пьяный бред, и мы не обращаем на него внимания. Тот, кто даст ему хоть каплю спиртного, будет уволен без рекомендаций – это мое распоряжение. Но мистер Маршалл всегда отличался изобретательностью, и если уж он чего хочет, то добьется своего во что бы то ни стало. Дня два назад он вышел на веранду босиком и без рубашки, подозвал с улицы старьевщика и предложил ему кругленькую сумму за то, чтобы тот доставил к дому ящик с виски. Мы ничего не могли поделать, – женщина возмущенно тряхнула головой. – Не представляю, что думают соседи! С тех пор как миссис Стивенс начала давать музыкальные вечера, авеню не видывала подобных хулиганских выходок.

Скотт с трудом удержался от улыбки.

– Будем надеяться, что мистера Маршалла никто не заметил, – сказал он в утешение экономке и перевел разговор на более важный предмет. – Он что-нибудь ест?

– Миссис Моррисей регулярно готовит ему, и он забирает еду в кабинет. Тарелки возвращаются пустыми.

– Значит, он скармливает все через окно старьевщику?

Она утвердительно кивнула.

– Именно так. Старьевщику, любимой лошади миссис Астор или Лайаму О'Шиа, когда тот на дежурстве.

– А как вы думаете, чем он занимается?

– Я думаю, он кормит всех бродячих собак в округе и напивается до бесчувствия.

Опять вздохнув, Скотт провел рукой по волосам.

– Ну что ж, миссис Брендивайн, придется нам спасать Кристиана вопреки его желаниям. Вы не могли бы подобрать трех-четырех мужчин из прислуги, которых не устрашат угрозы Кристиана и его габариты? Пусть соберутся на кухне. Мы с ними все обсудим после того, как я осмотрю другого нашего пациента, вернее, пациентку. – Он переложил свой докторский чемоданчик из руки в руку и опять направился к лестнице. – Как у нее дела?

Миссис Брендивайн улыбнулась – впервые за все время разговора.

– О, ей намного лучше! Ее голос еще не совсем окреп, поэтому говорит она мало, зато много слушает, и слушает внимательно. Ей очень хочется встать с постели.

– Там будет видно, – уклончиво отозвался Скотт.

– Если вы не знаете, что с ней делать, когда она поправится, то у меня есть предложение.

– Правда?

Скотт был рад слышать, что экономка думала над этим вопросом. Поскольку Кристиан совершенно отгородился от внешнего мира, Скотт не представлял, что делать со своей пациенткой.

– Она может работать здесь. У меня есть право нанимать в дом прислугу, и я хочу ее нанять.

У Скотта были на этот счет некоторые сомнения:

– Не знаю, миссис Брендивайн. Вряд ли Кристиан это одобрит. Когда я разговаривал с ним в последний раз, он был уверен, что у нее не все дома.

– Тогда это послужит ему уроком, – твердо заявила экономка, – ведь он ничего не спрашивал про нее целых четырнадцать дней. Да у этой девушки больше разума, чем у него! – Она закатила глаза, поняв, что в данный момент это утверждение значит не слишком много. – У нее столько же разума, сколько и у меня. Я не боюсь брать ее в дом. Прислуга тоже не побоится. Никто ни словом не обмолвился с теми врачами, которые сюда приходили, и никто не собирается делать это впредь.

Доктор Тернер ласково улыбнулся:

– Это как раз меня меньше всего волнует. Я знаю, что могу на вас положиться и здесь она будет в безопасности. В понедельник закончились ее поиски. В клинике думают, что она умерла от обморожения в ночь побега. Доктор Гленн даже опознал тело, которое полиция нашла в районе Файв-Пойнтс.