Сьюзен Поль - Похититель невест

— Так оно и есть, — заверил его брат. — И мы вовсе не нуждаемся в присутствии посредников, уверен, что до насилия у нас дело не дойдет. Хотя, если и дойдет, нам не нужны будут свидетели. Роберт, будь любезен, передай Кейт и Гарри их нянькам.

Глядя на девочку в одеяльце на руках эрла Сирского, Роберт обиженно вздохнул:

— Ах, хозяин, хозяин… Вечно у вас шутки да прибаутки. А нам ведь действительно необходимо обсудить эти дела, — он взял со стола несколько пергаментных свитков. — Герцог требует незамедлительного ответа, так же как и сэр Александр, а сэр Майлз грозится дойти до самого короля, если в ближайшее время не получит сатисфакции.

— Сэр Майлз, — заговорил Джастин, — может отправляться прямиком в преисподнюю, в гости к чертям.

— Джастин, — предостерег его Хью и продолжил со вздохом: — Ладно. Мы поговорим о делах. А теперь, пожалуйста, передай Гарри и Кейт их нянькам. — Он не стал дожидаться ответа, а просто сунул спящую девочку в руки едва успевшего подхватить ее управляющего.

— Но, милорд! — возмущенно воскликнул Роберт.

— Да это же всего-навсего малышка! — пожурил его эрл, аккуратно укладывая головку Кейт на плечо Роберта. — Что плохого, если ты сам донесешь ее? — Он с нежностью поцеловал дочку в лобик, а затем выпрямился и посмотрел управляющему в глаза. — Уж не хочешь ли ты сказать, что тебе будет стыдно, если кто-нибудь из слуг увидит тебя с моими детьми, а, Роберт? Намек попал в цель, и Роберт негодующе вздернул нос.

— Мне никогда не понять вашего юмора, милорд, — сказал он, — однако я и не предполагал, что в мои обязанности входит быть еще и нянькой ваших ребятишек. — Он фыркнул и взял маленького Гарри за руку. — Пойдем, лорд Гарольд. — У самого порога он обернулся. — Милорд, если вечером вы не скажете мне, что следует ответить на все эти послания, клянусь, я простою под дверью вашей спальни всю ночь напролет.

Джастин покачал головой, пока Хью закрывал дверь за управляющим.

— Знаешь, Александр никогда не потерпит подобной фамильярности со стороны слуги.

Хью ухмыльнулся и прошел к столу, чтобы налить себе вина из стоявшего там графина.

— Александр может позволить себе быть напыщенным и высокомерным. Что же касается меня — так, если бы не Роберт, я бы уже давно оказался в приюте для умалишенных. Хочешь вина?

Джастин задумчиво поглядел на брата.

— Не откажусь. А сколько времени может продлиться наша «задушевная и дружеская беседа»?

Эрл Сирский наполнил кубок и передал его Джастину.

— Думаю, это будет зависеть от тебя. Ты мог бы объяснить мне свое поведение за последние дни. Я, было, собирался выбить из тебя это объяснение, однако мне почему-то не по душе мысль, что самому придется потом объясняться с Розалин.

Джастин только хмуро усмехнулся и снова покачал головой.

— Господи, сжалься надо мной! — воскликнул сэр Хью. — Не удивлюсь, если от всего этого у меня разболится голова. Ладно, тогда я сам скажу тебе. — Поставив кубок на низенький столик, он лениво опустился в удобное кресло. — Ты сердишься, что я вмешиваюсь в твою жизнь.

— Сержусь? — повторил Джастин.

— Ладно, ладно, — эрл помахал рукой. — Ты в ярости. Думаю, с этим ты спорить не станешь. Несмотря на все, что ты обо мне думаешь, ты, вряд ли назовешь меня тупым болваном.

Джастин нахмурился еще сильнее:

— Послушай, Хью, я сейчас не в том настроении, чтобы перебрасываться с тобой остротами. Если ты собираешься обратить все это в шутку, я лучше пойду.

— Ох, Джастин, — со стоном проговорил Хью, — вечно ты все усложняешь. Впрочем, так было всегда. Даже ребенком ты был ужас до чего серьезен и выдержан — я помню, как ты бродил по коридорам в Гайре: ни дать, ни взять молчаливая тень. С тех пор ты так и не изменился.

— У меня были и есть основания оставаться серьезным, — ответил Джастин, усаживаясь в кресло напротив брата. — Я должен был защищать Кандис от отца, а потом, когда отец умер, — от беспечности Александра и от ваших с Хьюго опасных проделок. До тех пор, пока не появилась Лиллис, замок в Гайре отнюдь нельзя было назвать приятным и подходящим обиталищем для малых детей, и уж тем паче — для нашей младшей сестры. Или ты уже все забыл?

Хью беспокойно заерзал в кресле под пристальным взглядом брата.

— Нет, разумеется, я ничего не забыл. Я прекрасно понимаю, что тебе и Кандис в те дни жилось несладко, и я давно уже осознал, что в том есть и моя доля вины. Может быть, сейчас я потому и проявляю такую заботу о тебе, что хочу каким-нибудь образом… искупить свою вину.

— Искупить? — недоверчиво переспросил Джастин. — Значит, ты собирался принудить меня к браку, чтобы искупить свою вину передо мной?

— Если рассматривать это как способ уберечь тебя от неприятностей, то да, — признался Хью. — Алекс потребовал, чтобы я нашел тебе жену. Он надеялся, что, вступив в брак, ты хоть немного остепенишься, не будешь ввязываться в разные истории, вот я и подумал — особенно если принять во внимание то, что случилось в Брайарстоуне с советником герцога, — ну, в общем, я подумал, что Алекс, скорее всего, прав.

— Я уже рассказывал тебе, что произошло в Брайарстоуне, — резко бросил Джастин. — И Крис тоже рассказывал тебе.

— Да-да. Ну, ладно. Хмм… — Эрл неторопливо прокашлялся. — Но скажи, откуда мне было знать, что этот подонок пытался изнасиловать одну из живущих там женщин? Он твердил, что ты преследовал его с обнаженным мечом только потому, что он отказался заплатить за навязанные ему «наслаждения», и ни словом не обмолвился, что ты накинулся на него за проступок, который по закону карается оскоплением. Но, прежде чем ты поспешишь сообщить мне о том, что мне следовало узнать и твою собственную версию, я отвечу, что толку из этого все равно бы не вышло. Александру взбрело в голову женить тебя, и он применил бы любые средства, лишь бы достичь цели. Ты же знаешь, какой он у нас.

— Но ты же теперь эрл, Хью, а не простой воин из армии короля. Ведь ты выше Александра по положению!

— Ха! Как будто это имеет к делу хоть какое-то отношение! — Хью взял в руки кубок и отхлебнул большой глоток. Затем, вытерев рот рукой, продолжил: — Хотел бы я посмотреть, как ты станешь возражать нашему старшему братцу, когда он что-нибудь задумает. Это все равно, что пытаться рубить каменный утес тупым мечом. И, кроме того, честно признаюсь тебе, что тогда и я считал, что это вполне здравая идея.

— Да неужели? — тихо переспросил Джастин. — Тебе, значит, тоже кажется, что мне следует «остепениться», как ты выражаешься?

— Мне просто не хочется, чтобы ты продолжал жить такой же неприкаянной жизнью, страдая от одиночества. Ты в своем Тальваре превратился едва ли не в отшельника, если не считать редких поездок к Крису в Брайарстоун. Я, конечно же, понимаю, что ты тяжело пережил болезненный разрыв с леди Алисией…