Бренда Хайатт - Каприз судьбы

– Конь, которого купил лорд Киллерби… Не подскажете, как с ним следует обращаться? Кажется, ему не по душе смена хозяина.

– Я… э… – нерешительно начал мистер Эмери, бросив взгляд на племянницу, которая тут же ответила за него, как и надеялся Энтони. Она слишком долго хранила молчание.

– Нимба кастрировали довольно поздно, – произнесла девушка. – Поэтому он до сих пор ведет себя как полноценный жеребец. Поэтому не терпит общества других лошадей, особенно жеребцов. Я бы порекомендовала ставить его в стойло рядом с кобылой и по возможности держать подальше от других лошадей до тех пор, пока он не привыкнет к новому окружению.

И вновь Энтони поразили ум этой девушки, ее интуиция в отношении лошадей и ее красота.

– Что-нибудь еще? – спросил он, залюбовавшись девушкой.

– Он довольно большой, но чтобы управлять им, не нужна грубая сила. Нежность и доверие дадут лучшие результаты. – Она бросила многозначительный взгляд на дядю.

Интересно, подумал Энтони, были ее слова обращены к мистеру Эмери или его отсутствующему сыну? И почему вспыльчивый младший Эмери не присоединился к гостям за ужином? Ведь он – член семьи. Тут в разговор вступил Киллер.

– Благодарю вас; мисс Ситон, – поблагодарил он. – Именно это я и сказал своим друзьям. Вы с легкостью управляли Нимбом, хотя и меньше меня ростом. Но друзья считают мой маленький рост недостатком.

Тесса улыбнулась Киллеру, и Энтони ощутил укол ревности.

– Поверьте, лорд Киллерби, почти все мужчины считают, что быть женщиной – еще больший недостаток. Но все мы обладаем силой и талантами: Нужно только обнаружить их и развить.

Бросив взгляд на сэра Джорджа, увлеченного беседой с двумя другими гостями, Энтони наклонился к мисс Ситон.

– А когда мы лишаемся одной способности, начинают развиваться другие, разве нет? У вашего отца острый ум.

Явно пораженная сказанным, Тесса нахмурилась:

– Конечно. Он использует его для написания мемуаров. Те отрывки, что я прочитала, весьма недурны.

– И он занимается только этим? А как же поместье? Конюшни?

Тесса опустила глаза, на ее лице отразилась тревога.

– Я не хочу волновать его, – понизив голос, произнесла девушка. – Его сердце…

– … похоже, находится в таком же напряжении, как и ум, – тихо, в тон Тессе, сказал Энтони. – Мне кажется, ваша чрезмерная опека только вредит сэру Джорджу.

Девушка снова покраснела, но на сей раз от гнева.

– Вы забываетесь, милорд. Полагаю, это вас не касается.

– Возможно, – ответил Энтони, пожав плечами. – Но мне нравится сэр Джордж, и я хотел бы видеть его счастливым, таким, как сегодня. А что вы скажете, сэр? – обратился он к мистеру Эмери, который изо всех сил делал вид, будто разговор его совершенно не интересует. – Вы бы не хотели, чтобы сэр Джордж принимал участие в управлении поместьем? Это облегчило бы вашу ношу.

Мистер Эмери заморгал, а потом нахмурился:

– Боюсь, мисс Ситон права, милорд. Сэру Джорджу это не под силу. У него слабое сердце. Он быстро устает и впадает в меланхолию, вспоминая о прошлом. – Голос Эмери понизился до шепота. – Да и ум у него не всегда такой острый, как вам показалось сегодня.

Энтони подозревал, что подобное состояние сэра Джорджа можно объяснить скукой и частыми возлияниями, но не высказал этого вслух, не желая сердить мисс Ситон.

– Стало быть, вы единолично управляете поместьем? – спросил он, чтобы расставить все точки над i. – Сэр Джордж в этом не принимает никакого участия?

– Я время от времени советуюсь с мисс Ситон, которой, как вы понимаете, небезразличны судьба поместья и интересы ее отца, – сквозь зубы процедил Эмери.

– Совершенно верно, – подал голос Киллер с противоположного конца стола. – Не стоит тебе так опекать сэра Джорджа, как ты пытаешься опекать меня, Энтони. Предоставь это мисс Ситон.

Глава 6

Тесса судорожно сглотнула, бросив быстрый взгляд на оживленное лицо отца. Нет, он явно не слышал слов лорда Киллерби. То, что он сказал, неправда. Она не опекает отца! Она просто заботится о нем – ведь это ее прямая обязанность, как единственной дочери.

За шесть лет она ни на секунду не усомнилась в том, что поступает правильно, освобождая его от забот и волнений. Отца, казалось, это вполне устраивало. Он был уверен, что поместье процветает, как и прежде, а конюшни являются гордостью центральных графств. Разве будет лучше, если она вдруг развеет эти иллюзии?

Тесса поднялась.

– С вашего позволения, господа, я удалюсь в гостиную, так что вы сможете выкурить по сигаре, выпить бренди, – в общем, сделать все, чего не можете себе позволить при даме.

Гости вскочили на ноги, явно застигнутые врасплох. И неудивительно, ведь десерт еще не подавали. Но Тесса хотела побыстрее избавиться от соседства лорда Энтони. Присев в реверансе, девушка покинула столовую.

Что было такого в этом мужчине, что заставляло ее пересматривать каждый аспект своей жизни? Это выбивало Тессу из колеи, и она гнала прочь неприятные мысли. В том числе и о лорде Энтони. С каким удовольствием она отправилась бы сейчас наверх, в свою спальню. Но девушка знала, что отец будет огорчен. Вздохнув, она вошла в гостиную.

– Ну что, закончила развлекать этих щеголей, которых дядя Джордж пригласил поухаживать за тобой? – язвительно поинтересовался Гарольд, и Тесса тотчас же пожалела о том, что покинула столовую.

– Они не ухаживают за мной, а говорят о лошадях и охоте, – раздраженно ответила Тесса, опустившись в кресло. – Надеюсь, они не слишком утомят отца.

Молодой человек фыркнул.

– Хочешь сказать, что эти франты не отпускали комплиментов в твой адрес? Возможно, мне все же стоило прийти на ужин – не важно, есть у меня для этого подходящая одежда или нет – и удостовериться, что они не наговорили лишнего.

Тесса заметила, что в последние несколько месяцев Гарольд стал относиться к ней как к своей собственности, и решила положить этому конец.

– Можешь не сомневаться, Гарольд, отец вполне способен защитить меня от нежелательных ухаживаний. К тому же я могу сама за себя постоять. Так что тебя это не касается.

– Напрасно ты так думаешь. – Он пересек комнату и, встав рядом с Тессой, дотронулся до ее обнаженного плеча. – Раньше ты бегала за мной, как собачонка, Тесса. Боготворила меня. Думаешь, я не замечал?

Девушка отстранилась так, что рука Гарольда соскользнула с ее плеча.

– Я была несмышленым ребенком. Теперь все изменилось.

Гарольд усмехнулся:

– Думаешь, я слишком плох для тебя? Знай все эти богатые джентльмены и лорды, что твой дед тренировал лошадей, их намерения не были бы столь благородными.