Дебора Макгилливрей - В ее постели

Она вырвала руку.

– Дьюард! Я не могу пойти вниз в таком виде.

– Прошу прощения, Эйтин, я не подумал, ты и вправду выглядишь так, словно тебя только что крепко любили, наш незнакомец пришелся тебе по душе, у вас с ним получится красивый ребенок.

– Прекрати болтать. Беги, позови Эгги. Скорее.

Отправив брата за горничной, Эйтин поспешила в свою комнату и вытащила из шкафа синее шерстяное платье. К тому времени, когда она закончила торопливое умывание, пришла Эгги.

– Ох, девочка, это правда? Черный Дракон у ворот?

– Нет, только его гонец. Быстро зашнуруй меня, потом проследи, чтобы слуги держались подальше от большого зала. Я не хочу, чтобы кто-нибудь совершил оплошность.

– Девочка, они поддерживают тебя…

– Я знаю, но боюсь, что кто-нибудь случайно, сам того не желая, выдаст слишком много. Так что поспеши.

– Давай заплету тебе волосы.

– Нет времени. Так сойдет. – Эйтин вытащила голубую ленту и перевязала ею свои длинные волосы. Перебросив плед через плечо, подоткнула края под плетеный кожаный пояс на талии. – Надеюсь только, что буду выглядеть как леди, а не как служанка.

Братья и Эйнар ждали в большом зале, все четыре пары глаз устремились на нее в ожидании указаний. Дьюард кивком одобрил внешность сестры, когда она заняла место во главе стола. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Эйтин старалась думать о своей кузине Рейвен, леди Кинлох. Та всегда была такой собранной, такой спокойной, могла, не дрогнув, смотреть мужчине в глаза. Да, сегодня Эйтин хотела бы вести себя как красивая, темноволосая кузина.

– Эйнар…

Тот стукнул себя кулаком в грудь:

– Всегда к вашим услугам, принцесса.

Она на мгновение прикрыла глаза, чтобы побороть отчаяние. Кузина Рейвен никогда не впадает в отчаяние. Но с другой стороны, у Рейвен нет великана, который все время называет ее принцессой. Эйтин вздохнула, на этот раз воздержавшись от своего обычного «не называй меня принцессой».

– Встань слева от меня. Меч в руке, кончик упирается в пол. Кажись расслабленным и в то же время будь на страже.

– Слушаюсь, принцесса, как прикажете.

– Дьюард, пожалуйста, сядь справа от меня и держи рот на замке. Льюис – слева. Хью, небрежно прислонись к камину. И позвольте мне самой говорить с этим человеком. – Она кивнула слуге, чтобы открыл двери в большой зал.

Воин в кольчуге и доспехах вышел вперед вместе с двумя оруженосцами. Взгляд рыцаря устремился к Эйнару, мгновенно отметив самую большую угрозу в незнакомой обстановке, затем обежал ее братьев и наконец остановился на Эйтин, с царственным видом сидящей в хозяйском кресле. Посланник отвесил легкий поклон:

– Миледи, меня зовут Джервас, рыцарь великого Черного Дракона, лорда Джулиана Шеллона. Он шлет вам поклон.

– Имя Дракона нам известно. Полагаю, мало кто не слышал о его доблести на службе у английского короля. Могу я предложить еду и питье вам и вашим людям? Распорядиться приготовить для вас комнату?

Льюис пнул ее под столом, в его глазах вспыхнуло предостережение: нельзя приглашать рыцаря задерживаться в Лайонглене. Она пнула брата в ответ. Потом Дьюард тоже пнул Льюиса. Эйтин изобразила обворожительную улыбку и пнула их обоих.

– Благодарю, добрая леди. Немного подкрепиться было бы кстати. Дорога из Гленроа была длинной. Однако мы не смеем задерживаться. Мой господин ждет новостей о своем кузене.

Хью сделал глоток эля и поперхнулся. Эйтин пожалела, что не может пнуть и его. Надеясь, что удалось изобразить невинность, она спросила:

– Кузене лорда Шеллона?

– Да, он исчез в день Майского праздника, и с тех пор его не видели. Нынче неспокойные времена, и его отсутствие сильно тревожит моего господина. Вначале мы полагали, что он развлекается с какой-нибудь девицей. Он известный сердцеед.

Спина Эйтин одеревенела, яркий румянец залил щеки. Никогда раньше она не испытывала ревности. Не сказать, чтобы это чувство ей понравилось.

– Интересно, но не могу понять, какое отношение это имеет к нам?

– Мы прочесали весь Глен-Шейн, потом милорд приказал расширить поиски. Никто не видел лорда Рейвенхока. Лорд Шеллон опасается, что кто-то из клана Коминов задержался в горах после поражения в Берике и захватил его ради выкупа. Дракон очень высоко ценит своего кузена, относится к нему как к брату.

Чувство вины терзало Эйтин. Она не учла в своем замысле, что кто-то станет беспокоиться об отсутствии Сент-Джайлза, искать его. Облизав пересохшие губы, она открыла рот… чтобы что? Сказать гонцу, что они держат Сент-Джайлза наверху, прикованным к кровати?

К счастью, Хью подошел к столу под предлогом того, чтобы поставить пустую кружку. Он мягко положил ладонь на плечо сестры.

– Это делает честь Дракону, но мы ничем не можем вам помочь. Мы не видели никаких драконов ни в крепости, ни где-либо поблизости, – со скучающим видом проговорил Хью.

Эйтин поразилась. Она не думала, что кто-то из тройняшек может изобразить такое безразличие. Быть может, мальчики в конце концов взрослеют?

Рыцарь Джервас окинул ее оценивающим, вопросительным взглядом.

– Вы уверены? Он привлекательный мужчина: черные волосы, светлые глаза…

Эйнар придвинулся ближе к ней – всего лишь легкое движение, и все же оно привлекло внимание Джерваса. Мужчина понял, что высокий викинг воспринимает продолжающийся допрос Эйтин как оскорбление.

Джервас склонил голову:

– Прошу прощения, миледи, я сказал не подумав.

Собрав в кулак всю волю, Эйтин осталась неподвижной под его испытующим взглядом. Казалось, будто воин Шеллона, глядя на нее, видит неоспоримые доказательства того, что она была с Рейвенхоком. Больше не в силах выносить взгляд рыцаря, она отвернулась.

– Эйнар, проследи, чтобы гости и их лошади были накормлены до их отъезда в Гленроа. – Она встала, отступив от стола. – Прошу прощения, сэр Джервас, но я должна идти. Меня ждут дела. Управление Лайонгленом – непростая задача.

Эйтин попыталась захлопнуть дверь к себе в спальню, но три идиота не отставали от нее ни на шаг. Льюиса, который шел первым, ударило дверью по носу. Он резко остановился, чтобы потереть нос, Дьюард и Хью врезались в брата, за чем последовала обычная толкотня в дверях. Слишком расстроенная сообщением, что лорд Шеллон роет землю носом, повсюду разыскивая своего кузена, а когда не найдет его, вернется – возможно, в следующий раз сам, – она была не в настроении терпеть их детские выходки.

Она взяла незажженную свечу и швырнула ее в братьев. Льюис пригнулся, но свеча ударилась о дверь и разлетелась на куски. Двое других вскинули руки и попытались прикрыть головы.

– Успокойся, сестрица. Мы не сделали ничего… – начал Льюис, но увернулся, когда она схватила пустой ночной горшок.