Кэрол Хови - Вкус победы

Глава 5

На ночном столике возле кровати Эллин стоял потрясающий букет цветов. Первой мыслью Эллин, когда она открыла глаза, было полное непонимание: откуда такое экзотическое чудо природы могло взяться в Дедвуде. Следующим ее ощущением было то, что она больше не управляет Шейком, а лежит в постели в своем номере гостиницы.

– Эллин! – это был тихий восхищенный шепот Мисси.

Эллин повернула голову и увидела, что ее подруга встала со стула и, подойдя к кровати, положила возле ног свое шитье. Ее улыбка была смущенной и неземной.

– Не надо шептать, – заметила Эллин, неприятно удивившись слабости своего голоса. – Я проснулась.

– Да, я вижу. И, как всегда, неподатливая! – восхищенно заметила Мисси. – Как ты себя чувствуешь?

Эллин сделала глубокий прерывистый вдох и опять закрыла глаза.

– Слабой. Больной. Несчастной. Мисси, извини, что я не выиграла для тебя эту гонку.

– Не выиграла!!!

За этим «взрывом» последовал каскад буйного смеха.

– Не выиграла! Ах ты, несчастный, невинный младенец! Ты лежишь здесь лежнем и думаешь, что ты… Эллин, неужели такие цветы могли послать в утешение проигравшему?

Эллин стало раздражать то, что Мисси явно забавляла ее непосвященность.

– Но как… Мисси, прекрати смеяться! Я не…

– Конечно! – Мисси великодушно смилостивилась. – Откуда тебе помнить? Ты перелетела через ограду, голова в голову с Биг Боем. Но ты закончила гонку, да благословит тебя Господь, а Биг Бой был дисквалифицирован.

– Дисквалифицирован! – Эллин села на кровати. Мисси весело кивнула, довольная своим знанием. – Незаконное действие жокея. Он был очень умным, и у него бы это прошло. Но твой друг заявил протест, и судьи его поддержали.

– Друг? – Эллин наморщила нос, тщетно пытаясь что-либо понять. – Мой? – Эллин раздражал направленный в сторону взгляд Мисси.

– Джошуа Мэннерс, – по-кошачьи промурлыкала Мисси, что очень соответствовало ее знающему взгляду. – Он донес тебя до экипажа и там представился мне. Он, кажется, проявлял, гм… личную заинтересованность в твоем благополучии.

– Он не мой друг, – презрительно фыркнула Эллин. – Он сказал тебе об этом?

Мисси восхищенно замурлыкала.

– Да, сказал. Он очень беспокоился о тебе, и я не вижу причины, чтобы сомневаться в его правдивости. Кроме того, когда я сказала ему, что победителем объявлен жеребец губернатора, он тут же извинился и ушел. Не прошло и полчаса, как мы получили известие, что официально объявили победителями тебя и Шейка, несмотря на твой, ох, небольшой маскарад. Ты можешь поверить в это?

– В то, что Шейк – победитель, да. Но в то, что к этому имеет какое-нибудь отношение Мэннерс – нет, – едко ответила Эллин, надеясь прекратить дальнейшие намеки. – Он замышляет что-то против Шейка. Я удивляюсь, как он не попытался купить его у тебя, пока я была без сознания.

Мисси скептически посмотрела на нее.

– Если хочешь знать мое мнение, то он ничего против Шейка не замышляет, – сказала Мисси в своей резкой манере. – В любом случае, я думаю, ты ошибаешься. Я уверена, что это он заявил протест. Бог знает, что это был точно не Берт. Он не осмелился и носа высунуть после того, что вы с ним придумали. Нет, я уверена, что это был мистер Мэннерс. Несмотря на то, что ты говоришь, я считаю его в высшей степени порядочным. И симпатичным.

– Есть одна хорошая поговорка, Мисси, может быть, ты ее слышала? Личиком гладок, да делами гадок, – Эллин подсластила свои саркастические слова. – Если бы ты хоть немного времени провела с ним, ты бы поняла, что он нестерпимо заносчив, груб, неискренен и…

– Почти как Райфорд Симмс, – закончила за нее Мисси таким же ледяным голосом.

– Перестань! – Эллин набросилась на нее, наконец, потеряв самообладание, – я не понимаю, какое он имеет к этому отношение.

– Только такое, что каждый мужчина, который тебе попадается, кажется, удостаивается сравнения с этим!.. – отрубила Мисси, и взгляд ее серых глаз стал холодным. – Когда ты забудешь о нем, Эллин? Когда ты позволишь себе снова поверить другому мужчине? Ты не веришь Билли – это более чем очевидно. Ты собираешься верить ему, когда выйдешь замуж? Или будешь нести это как безнадежный крест, всю оставшуюся жизнь?

Эллин захотелось швырнуть ей в ответ что-нибудь веское, как камень, но ей ничего не пришло в голову. Мисси, как обычно, попала в самую суть дела. Эллин сравнивала Джошуа Мэннерса с Райфордом Симмсом во многом. И, к своему удивлению и недовольству, она поняла, что у них было много общего. Например, то, что ей отчаянно хотелось, чтобы он прикоснулся к ней там, в конюшне, в тот день…

Неожиданный отрывистый стук в дверь положил конец разыгравшейся буре.

– Спорим, я знаю, кто это, – самодовольно прошептала Мисси и громко спросила: – Кто там?

Знакомый голос из-за двери ответил:

– Джошуа Мэннерс, мэм. Могу ли я видеть мисс Кэмерон?

От неожиданности у Эллин пересохло во рту. Чего ему, в конце концов, нужно? Мисси бросила на нее торжествующий взгляд, а она покачала головой.

– Скажи ему… скажи, что я все еще без сознания. Скажи ему, что я…

– Со вчерашнего дня он уже в третий раз приходит сюда. А я – несчастная обманщица. Ты сама так сказала. Кроме того, – добавила она, строго посмотрев на нее, – я хочу сама убедиться, действительно ли он такой плохой, как ты о нем говорила.

Не успела Эллин что-нибудь возразить, как Мисси подошла к двери и широко распахнула ее.

– Мистер Мэннерс! Наш самый настойчивый посетитель. Да, она уже очнулась. Я как раз рассказывала ей о том, как вы помогли нам. Пожалуйста, проходите.

Джошуа Мэннерс уже дважды стоял у этой двери и чувствовал облегчение, когда ему отказывали. Он, в самом деле, каждый раз не переставал удивляться, что приводило его сюда вообще, и почему он вмешался в дерби и исправил ошибку в ее пользу. Он чувствовал себя ужасно. Он был растерян, как в тот раз, когда ударил в челюсть незадачливого жокея, который согласился помешать Шейку и Эллин Кэмерон. Потом он сложил свои полномочия у губернатора и уволился со службы, и поплыл по течению.

Уволился! И неожиданно почувствовал неуверенность в данный момент. Почему же он чувствовал себя в долгу перед этой обидчивой, смущающей его своими прекрасными зелеными глазами женщиной, которая просто поддерживала с ним разговор из вежливости? Он ожидал извинения? Благодарности?

Теперь, когда она пришла в себя, стало невозможным избежать «очной ставки». Он снял свою черную фетровую шляпу и отдал ее Мисси, когда та закрыла за ним дверь.

Он не был готов к зрелищу, представшему перед его глазами. Он привык видеть суматошную женщину, одевавшуюся в мужские костюмы для участия в дерби и стипль-чезе, он был очень удивлен спокойствием фарфоровой фигурки, полусидевшей в постели в кружевной сорочке. Мэннерс молча подошел к кровати.