Жанна Монтегю - Укрощенная любовью

Сидя на траве с нетронутым блюдом земляники на коленях, она была выведена из задумчивости какой-то суматохой, возникшей со стороны Королевского Полумесяца. Бросив взгляд туда, Беренис увидела тучную леди, направляющуюся прямо к ней. На леди было светло-вишневое шелковое платье, сшитое по последней моде – узкое, с завышенной талией. Но поскольку такой фасон подходил лишь обладательнице стройной фигуры, то женщина была в нем похожа на голубя с солидным зобом. Позади нее семенила Далси Райли.

– О Боже, это мисс Осборн! Она ужасно назойлива, – простонала Беренис. – Нет сомнения, она пришла наказать меня за нескромное поведение! Ты не мог бы мне помочь, Дэмиан?

– Я сделаю, что смогу, – пообещал он, готовый защитить ее от всех пришельцев. – Но ты ведь ее знаешь…

– Леди Беренис! – загремела мисс Осборн. – Леди Беренис! Что все это значит?

Беренис тяжело вздохнула и поднялась – стройная фигурка в черном, с белым шарфом вокруг шеи – полная противоположность мисс Осборн, которая остановилась перед ней, потная и задыхающаяся, с пылающим от негодования лицом под полями украшенной перьями шляпы. Она чувствовала свою ответственность за эту девчонку-сорванца, страшась маркиза и еще больше – графа. Если что-нибудь случится с Беренис, пока они в отъезде, жизнь мисс Харриет Осборн не будет стоить и ломаного гроша, и уж тогда нет смысла даже надеяться получить хорошие рекомендации.

– Разве я не говорила вам, что собираюсь покататься верхом нынешним утром? – холодно ответила Беренис, и ее губы слегка дернулись, когда она поймала взгляд Далси. Миллисент была уволена, и ее место заняла Далси, что совершенно устраивало как Далси, так и Беренис. Сейчас новую служанку отрядили сопровождать мисс Осборн и держать над ней кружевной зонт, чтобы защитить лицо леди от солнечных лучей.

– Ездить верхом – да! Участвовать в бегах – нет! Никогда не слышала о чем-то более непристойном! – пыхтела мисс Осборн. Любое иное движение, кроме неторопливой прогулки, вызывало у нее одышку, к тому же сегодня был жаркий день. Она благодарила Бога за то, что скоро освободится от этой беспокойной, недисциплинированной сумасбродки и найдет себе новое место в качестве компаньонки намного более сдержанной молодой девушки.

– Вы не одобряете? – уклончиво спросила Беренис, зная, что о состязаниях не могло бы быть и речи, не будь мисс Осборн последние двадцать четыре часа прикована к постели.

– Одобряю? – мисс Осборн подняла глаза и руки к небу, словно моля о поддержке. – Вы поступили нехорошо, миледи, в самом деле, очень нехорошо, и, прямо скажем, бесчеловечно! Вы прекрасно знали, что я больна. Одному Богу известно, как ужасно я страдаю, но терплю и никогда не жалуюсь. У меня очень слабое здоровье, а вы беззастенчиво пользуетесь этим. Что скажет обо всем этом ваш отец? А граф? Страшно даже представить!

Беренис подозревала, что недомогание ее компаньонки вызвано злоупотреблением конфетами и слишком частыми посещениями кондитерской Салли Ланн в Старом Карликовом переулке. Мисс Осборн не отличалась изящным телосложением и была на редкость прожорлива.

– Надеюсь, сейчас вы чувствуете себя лучше, – пробормотала Беренис покорно, снова поймав взгляд Далси.

– Да, лучше – насколько это возможно в моем теперешнем положении! – проворчала мисс Осборн, открывая веер и обмахивая им свое потное лицо. – Я боюсь даже думать о том, что случится, когда вернется ваш жених! Вы действительно создаете мне массу проблем! Благодарение Богу, что вы скоро выходите замуж, и я могу оставить вас. Я больше не в силах присматривать за такой своевольной девушкой, как вы, миледи! Мне жаль графа, в самом деле очень жаль, а ведь он такой замечательный мужчина…

– Зачем же так резко, мисс Осборн! Я уверен, что леди Беренис будет очень расстроена, лишившись вашей привязанности. Ради Бога, успокойтесь, мадам! – Дэмиан подмигнул Беренис и попытался успокоить разгневанную леди.

– А вы знали об этом, милорд? – сурово спросила она. Мисс Осборн никогда не чувствовала себя спокойной с этими непоседливыми молодыми отпрысками дома Росситеров. – Вы потворствовали ее милости в этом безрассудном предприятии?

– Не было никакого риска, мисс Осборн, уверяю вас! – Дэмиан мог бы очаровать даже птиц на деревьях, если бы захотел. – Ничего не бойтесь, я возьму вину на себя. А теперь, почему бы вам не присесть и не выпить стаканчик этого замечательного вина?

– Мы не можем остаться. У вас гости, милорд!

– Гости? Я не жду гостей сегодняшним утром. – Дэмиан был озадачен, гадая, кто бы это мог быть из его многочисленных знакомых.

Он управлял хозяйством Королевского Полумесяца в отсутствии отца с помощью экономки, дворецкого и мисс Осборн, и, не будь Беренис в таком ужасном настроении, непременно выполнял бы инструкции маркиза в отношении своей сестры.

– Барон и баронесса Эдингтон прибыли из Картерс Грандж, чтобы поздравить леди Беренис с предстоящей свадьбой, – чопорно сообщила компаньонка, словно хотела сказать: вам следовало бы выполнять свои обязанности, молодой сэр, вместо того, чтобы устраивать здесь бега.

Настроение Беренис поднялось, когда она услышала имя четы, всегда принимавшей близко к сердцу судьбу лишенных матери детей маркиза. Как хорошо будет снова увидеть их! Быть может, она расскажет им, как несчастна, и попросит поговорить с отцом. Наверняка еще можно все это остановить, даже в последнюю минуту…

– Идем, Дэмиан, – Беренис направилась через лужайку.

Последнюю часть пути она бежала – оставляя позади лужайки и рощицы, пересекая вымощенную булыжником улицу. Мимо грохотали кареты, по широким тротуарам прогуливались дамы и джентльмены. Наконец они с Дэмианом оказались у массивной парадной двери их резиденции, и брат постучал по ней медным дверным молотком с головой льва.

– Тебе не кажется, что следует переодеться, прежде чем принимать гостей? – предложил он, бросая взгляд на ее растрепавшиеся волосы и сбившийся костюм.

– Нет, – парировала она.

Дверь открыл швейцар, одетый в ливрею дома Росситеров, и, не останавливаясь, чтобы посмотреть, следует ли за ней Дэмиан, Беренис поспешила через холл и буквально ворвалась в гостиную, полную позолоченных стульев, зеркал и фарфоровых ваз, из которых свисали гирлянды роз и хризантем. Первой, кого увидела Беренис, была леди Оливия Эдингтон. Она сидела на кушетке, стоявшей в глубокой нише с окнами, выходящими в сад.

Это была хорошенькая женщина лет тридцати пяти, которая всегда относилась к Беренис и Дэмиану с величайшей добротой. Много раз девушка проводила счастливые каникулы в Картерс Грандж, родовом поместье барона в Соммерсете. Леди Оливия была женщиной мягкосердечной и практичной, поведение ее было абсолютно лишено скуки и беспомощности, столь типичной для дам высшего общества. В детстве Беренис часто проводила с ней немало времени в кладовой и на кухне, учась извлекать вытяжки из цветочных головок, использовать растительные экстракты для приготовления лекарств и бальзамов, сохранять фрукты и готовить изысканные блюда.