Колин Фолкнер - Любовь незнакомца

— Спасибо тебе, Кинкейд, — повторила Мэг и, поднявшись на цыпочки, поцеловала его во влажные от дождя губы. — Спасибо тебе за все!

На его лице появилось удивленное и недоуменное выражение.

— Почему ты все время благодаришь меня?

— Ты так много сделал для меня!

Кинкейд пожал плечами.

— А теперь будь предельно внимательна и не отставай от меня. — Он взял ее за руку.

Они стали крадучись пробираться вдоль толстой каменной стены, неподалеку от которой стояла карета. Неожиданно тишину тюремного двора взорвал громкий вопль:

— Вон они! Я вижу их!

Кинкейд, мгновенно выхватив нож, висевший на кожаном поясе, бросил на ходу Мэг:

— Быстро к воротам! Они должны быть незаперты. Если что — Монти найдет тебя на Холборн-стрит.

Из глубины тюремного двора раздались грубые мужские голоса, топот ног и свирепый лай собак. Мэг на секунду обернулась, за ними бежали несколько стражников, держа на коротких поводках двух псов.

— А как же ты? — в отчаянии крикнула она Кинкейду.

— Беги, Мэг, беги, я на время задержу их!

Она помчалась к тюремным воротам, с силой толкнула их. Тяжелые массивные ворота заскрипели и приоткрылись. Мэг протиснулась в приоткрывшуюся щель и, обернувшись, увидела, как стражник бросился на Кинкейда. Тот проворно увернулся, и в полутьме блеснула холодная сталь ножа. Стражник хрипло вскрикнул, схватился за руку и отступил. Кровь темным пятном растекалась по его плащу и, попав на каменные плиты двора, смешивалась с дождевой водой.

Ноги не слушались Мэг, и она так и осталась стоять в воротах, не в силах покинуть сейчас своего спасителя.

К Кинкейду подбежал еще один стражник с дубиной в руках. В ярости он замахнулся на Кинкейда, но тот быстрым и ловким движением руки выбил у него дубину, и она со стуком отлетела на каменную плиту. Кинкейд мгновенно наклонился и поднял ее. Теперь у него в руках нож и дубина. Яростный собачий лай заставил его броситься к воротам. Два огромных пса, спущенные с поводков, неслись прямо на него, сверкая белыми клыками. Один, желто-коричневого окраса, толкнул его мощными лапами в грудь. С трудом удержавшись на ногах, он с силой обрушил дубину псу на голову, и тот, завизжав, отполз в сторону.

Другая собака черной масти яростно кинулась на него, но тоже, получив мощный удар по голове, мгновенно затихла.

— Он ранил моих лучших псов! Он убегает! — хрипло крикнул один из стражников.

Из глубины тюремного двора к Кинкейду подбежали еще два человека. Один попытался схватить его за полу плаща, но тот, увернувшись, ткнул его в грудь дубиной.

Дождь полил еще сильнее, и крупные капли забарабанили по каменным плитам. Тюремный двор заполонили грубые мужские голоса. Одна за другой стали зажигаться свечи. В проеме двери Мэг увидела силуэт высокого мужчины в темном плаще. Он громко отдавал приказания и показывал рукой на ворота. Кто-то из стражников подбежал к лежащим собакам и стал тащить их через двор под навес. Еще двое стражников с мушкетами в руках бежали по направлению к Кинкейду. Он прорвался к воротам.

— Быстрее, Мэг.

Она отбежала в тень тюремной стены. Кинкейд стал быстро оглядываться по сторонам, ища ее.

— Мэг! — тихо позвал он. — Мэг!

Заметив ее, он подбежал и попытался схватить за руку, но Мэг увернулась и помчалась по направлению к улице Олд Бейли.

— Куда ты? — крикнул Кинкейд. — Нам же в другую сторону!

— Беги, спасайся! Дай мне уйти, — на ходу бросила она и, не оглядываясь, побежала дальше.

Тюремщики и стражники уже были в воротах.

— Остановитесь, сволочи! — яростно вопили они. — Или это будет вашим концом. Мы снимем с вас шкуру.

Мэг добежала до переулка, соединявшего две улицы. Топот ног постепенно стих. Она обессиленно прислонилась к мокрой стене дома. Итак, она сбежала из тюрьмы и сумела уйти от Кинкейда. Мэг обошла повозку с рыбой, завернула за угол. Куда же ей теперь идти? Где устроиться на ночлег? Мэг опустилась на мокрую мостовую, подтянув колени к груди.

Ее знобило от холода и сырости. С трудом поднявшись на ноги, она медленно побрела по улице. Накидка и платье липли к ногам, затрудняя движение. Пусть Бог поможет ей, ведь если Кинкейд поймает ее, он будет в страшной ярости.

Воспаленные глаза Мэг блуждали по сторонам, надеясь отыскать хоть какое-нибудь укрытие. Все лавчонки и магазинчики были закрыты, таверны и пивные не работали, и ни в один дом Мэг не могла постучаться. Мысль о Кинкейде мешала ей сосредоточиться и что-нибудь придумать. Почему он не бросился ей вдогонку, а позволил сбежать от него? Разгадал ее замыслы или в тот смертельно опасный момент ему было не до нее? «Хоть бы только они не поймали его! — билась в голове Мэг одна и та же мысль. — Только бы они с Монти не разминулись!»

Мэг споткнулась и судорожно схватилась за мокрую металлическую решетку ограды. Она прошла несколько шагов и едва различила в темноте узкую аллею. Проскользнув в нее, Мэг очутилась под навесом невысокого дома, у стены которого стоял большой деревянный ящик. Она придвинула его вплотную к дому, чтобы навес крыши хоть немного укрывал ее от хлещущего дождя, и обессиленно опустилась на него, закрыв лицо руками.

Под мерный стук дождя она на несколько минут задремала и внезапно очнулась от знакомого мужского голоса.

— Мэг! Мэг!

Кинкейд! Господи, как сумел он отыскать ее на темных ночных улицах Лондона? Как он поведет себя с ней? Как Филип: залепит ей пощечину?..

Шаги Кинкейда приближались, и Мэг чувствовала, как у нее внутри все сжимается от страха.

— Мэг!

Она затаила дыхание. Некоторое время он бродил где-то поблизости, но потом шаги постепенно стихли. «Наверное, решил больше не искать меня и направился к Монти», — с облегчением подумала Мэг.

Она посидела еще немного на деревянном ящике, дождь не утихал. С трудом поднявшись, Мэг медленно побрела по мостовой, пытаясь найти выход из создавшегося отчаянного положения. Может быть, ей следовало остаться с Кинкейдом? Он обеспечил бы ночлег и еду, а рано утром она сбежала бы от него и начала самостоятельную жизнь… Она почувствовала себя страшно одинокой. У нее нет никого и ничего, нет дома.

У Мэг с собой был только мушкет. Перед побегом Кинкейд прикрепил его к кожаному поясу ее платья. Она подумала, что его можно будет продать и на вырученные деньги снять маленькую комнатку в какой-нибудь таверне. Горячая похлебка сотворила бы чудо. Но куда идти и где искать эту таверну или постоялый двор? Сбежав из тюрьмы, она рискует умереть от голода и холода.

Ночную тишину вдруг нарушило громкое мяуканье котов, и Мэг вздрогнула от неожиданности. Внезапно около нее возникла длинная тень, и мужской голос презрительно произнес: