Анна Грейси - Его пленённая леди

Оба экипажа рванули вперёд, идя голова к голове по направлению к главному дому.

– Святая Матерь Божья, эти безумцы хотят въехать на крыльцо, – задохнулся Итен и отпрыгнул в сторону. Джексон, бормоча молитву, последовал за ним. Гарри скрестил руки на груди и стал ждать. Ему уже доводилось видеть этот особый манёвр Люка.

Как он и ожидал, в самый последний момент Люк рванул лошадей назад, они фыркнули и остановились, пар клубами валил от них на расстоянии минимум в шесть дюймов. Второй экипаж остановился подле первого спустя три секунды.

Наступила внезапная тишина, лишь разгорячённые лошади били копытами и тяжело дышали, всхрапывая. Несколько конюхов, пришедших посмотреть на гонку, поспешно подошли, чтобы взять их под уздцы. Двое возниц, элегантно постриженные, в многослойных плащах поверх дорожных костюмов и высоких шляпах, отороченных по краям мехом бобра, неспешно сошли со своих экипажей.

Люк, манерно осмотревшись и увидев друга, произнёс:

– Рейф, мой дорогой мальчик, ты прибыл, наконец! – он зевнул. – Я уж думал, что ты никогда сюда не доберёшься.

Рейф, шести футов ростом, истинный денди, худощавый и со вкусом одетый, неторопливым движением кончиков пальцев стянул с себя перчатки и развязал узел на белоснежном шёлковом шейном платке.

 – Неудачно выбрал время, полагаю. В дороге меня задержал какой–то зануда в чёрно–жёлтой коляске. Настоящий слизняк, он тащился так медленно, что я весь покрылся испариной, – с этими словами мужчина вытащил пенсне и стал с показным изумлением внимательно рассматривать чёрно–жёлтый экипаж Люка. – Ей–богу, но мне думается, что этим слизняком был ты, Люк. Позволь узнать, какой разновидностью крупного рогатого скота ты правишь в эти дни?

Посмеиваясь, Гарри подошёл, чтобы поприветствовать их.

Итен тоже выступил вперёд, сказав с широкой усмешкой:

– Как погляжу, сходите с ума как обычно. Похоже, что жизнь в мирное время для вас чересчур скучна?

Рейф Рэмси сардонически выгнул бровь.

– Сходим с ума? Это обо мне? Ошибаешься, мой дорогой Итен. Именно мой друг безумен, я же просто потворствую ему. Моя единственная проблема состоит в том, что я сейчас упаду в обморок от жажды. – Он со значением бросил взгляд на Гарри.

– О, в самом деле, – Гарри фыркнул, – ты, бедное хилое создание, проходи внутрь, и я дам тебе возрождающий силы глоток.

– В таком случае я тоже чувствую, что сейчас упаду в обморок, – объявил Итен.

– И меня не забудьте, поскольку я победил, – напомнил им Люк.

– Знаю, так как я выиграл двадцать пять фунтов, – сообщил ему Гарри.

Рот Люка в изумлении приоткрылся.

– «Пони»! Вы держали пари на «пони»? – он негодующе фыркнул, выражая глубокое отвращение. – По крайней мере, Рейф держал пари на «обезьяну»[7].

– Итен, ты человек возвышенных взглядов. – Тут Рейф повернул свой длинный нос в сторону Гарри. – А ты, Гарри, мой старинный друг, ты держал пари против меня? Я ранен, глубоко ранен.

Гарри ухмыльнулся, не приняв всерьёз абсурдное высказывание друга.

– Как только я разглядел, что у тебя новая коляска, то сразу понял, что ты не переступишь грань. Ты мог бы рискнуть своей глупой шеей, но своим новеньким экипажем? Вряд ли!

Посмеиваясь, друзья прошли в дом, в то время как Джексон руководил конюхами, уводившими великолепных животных, оставленных на его попечение.

Когда они уже были внутри, Рейф обернулся к Люку.

– Ты не забыл про корзину от миссис Барроу?

Люк тихо чертыхнулся и побежал назад, чтобы забрать большую плетёную корзину из коляски.

– От миссис Барроу? – переспросил Гарри, озадаченный. – Моей миссис Барроу?

– Да, эта добродетельная леди послала тебе огромную корзину продовольствия. Предположив, по всей видимости, что ты живёшь в абсолютно жутких условиях в неком заграничном графстве и, подобно бледной тени, угасаешь вдали от неё.

Гарри усмехнулся. В этом была вся миссис Барроу.

– Но как? Где вы видели её?

– В Грейндже, конечно, где же ещё? – ответил Люк, ставя корзину на ближайший стол.

– Что вы там делали?

Рейф закатил глаза.

– Я знаю, что твой почерк ужасен, мой дорогой мальчик, но если бы ты написал, известив нас, что переезжаешь, то уберёг бы от этого путешествия.

– Не то, чтобы мы возражали, – прервал его Люк, – она божественно готовит – и вовсе не этот французский вздор, ставший всеобщим безумием, – нет, настоящую еду для настоящих мужчин. Откровенно говоря, Гарри, я был всецело за то, чтобы остаться там. Готов держать пари, что ты не станешь кормить нас так же.

– Не стану, – подтвердил Гарри после того, как разлил всем выпивку. – И я заставлю вас работать.

– Работать? Небеса, quel horreur[8], – объявил Рейф, – я помню работу. Мне это не нравится. Можно испачкаться. – Он щёлкнул пальцами по своим безупречно чистым лосинам из оленьей кожи и попытался скрыть весёлый блеск в глазах.

– И сделать тебя излишне коричневым, Рейф, – произнёс Гарри с усмешкой. – Среди нас нет ни одного, кто забыл как ты крушил каменную кладку в одной разбомбленной испанской церкви. Ты продолжал раскопки в течение двенадцати часов и был покрыт желтоватой грязью с головы до пят.

Рейф пожал плечами.

– Это совсем другое, там находились дети, пойманные в ловушку. И я никогда не счищал ту невыносимую грязь со своей одежды. Итен, ты человек, во всём следующий моде, ты можешь меня понять.

Итен искренне кивнул.

– О, я могу, сэр, я могу. На самом деле я хорошо помню то время, когда не было никаких детей, пойманных в ловушку, в руинах некоего монастыря, и ни одного монаха, за исключением… – он глубокомысленно нахмурился. – Разве там были не вы, сэр, работая киркой вместе с лучшими из них под горячим испанским солнцем? – он подмигнул.

Рейф усмехнулся.

– Ах, да просто я был уверен, что мы найдем там вино, – он вздохнул. – Какой роскошный у него был букет, помните? Жаль, что теперь у нас не осталось хотя бы чуть–чуть. Мне бы оно пригодилось, если ты собираешься превратить меня в раба. Ах, да! – он полез к себе в карман и вытащил два письма. – Я почти забыл. Миссис Барроу дала их мне, чтобы передать тебе. – Он протянул их Гарри.

Гарри сломал печать и прочитал первое.

– Это от Гэйба, – пояснил он друзьям. – Он приезжает в Англию в следующем месяце. Несомненно, Калли настаивает на этом, но я даже не могу вообразить – почему.

– Жёны делают это, – протянул Рейф уныло, – настаивают.

Он содрогнулся и сделал большой глоток.

Гарри снова наполнил другу бокал вином. Старший брат Рейфа, лорд Эксбридж, просто изводил того, понуждая к браку с богатой наследницей. Брат Рейфа был счастливо женат, но его супруга оказалась неспособной родить детей, поэтому обязанностью Рейфа как наследника своего брата стало обеспечение продолжения рода и пополнение семейного состояния.