Нора Хесс - Сэйдж

Но он увидел по ее глазам, что Сэйдж ему не верит и боится за себя и племянника. Его это несколько удивило, но, в общем, Джим эту женщину понимал. Она же не знала, что он сам когда то был вне закона и до сих пор поддерживал отношения с некоторыми из своих старых дружков. Эти ребята по прежнему балансировали на грани закона, но, несмотря на это, были честными людьми и были готовы в любой момент прийти ему на помощь, если он их об этом попросит. Кроме того, у него родственники среди индейцев. Любой из них может выследить этого Миланда и воткнет ему нож в сердце раньше, чем тот сообразит, что произошло.

Но Джим не стал говорить ей ничего об этом. Он чувствовал, что эта молодая женщина, почти девушка, до сих пор была окружена чьей-нибудь заботой и находилась под чьей-нибудь защитой. Она, наверняка, не знает ничего о той жизни, в которой люди убивают друг друга, не раздумывая ни секунды. Он просто встал и, улыбаясь ей своей ослепительной улыбкой, спросил:

— Хотите есть?

— Я просто умираю от голода, — заулыбалась она в ответ.

— Ну и отлично. Тилли приготовила огромную кастрюлю своего фирменного соуса с мясом и овощами. Я велю ей принести вам тарелку этого замечательного блюда.

— Спасибо вам, мистер Латур. И вдвойне спасибо за то, что вы взяли нас с Дэнни к себе и помогли мне спастись от смерти.

Ее слова прозвучали немного высокопарно, и Джим, улыбнувшись одними глазами, отвесил ей легкий поклон и сказал:

— Ничего ничего, мне это доставило огромное наслаждение, мадам.

Когда Джим покинул комнату и плотно затворил за собой дверь, Сэйдж нахмурилась. Ей не понравилась его дьявольская усмешка и то, как он сказал «наслаждение». У нее появилось ощущение, что в его словах был намек на что то, известное только ему одному.

— Все таки он очень красив, — вздохнула женщина. И тут же подумала о том, что сама то она, должно быть, выглядит просто ужасно.

Женщина провела ладонью по волосам, и ее пальцы безнадежно застряли в спутавшихся прядях. Тогда она облизнула губы и почувствовала, какие они у нее сухие и обветренные. Вообще то Сэйдж никогда не была тщеславной или кокетливой женщиной, но сейчас она с удивлением для самой себя обнаружила, что ей хочется выглядеть как можно лучше в глазах ее привлекательного хозяина. Еще ей пришло в голову, что у него, наверное, в этом городке огромное множество поклонниц. Размышления Сэйдж были прерваны, когда дверь открылась, и высокая худая женщина с седыми волосами вошла в комнату, держа в руках поднос. Она ногой закрыла за собой дверь, и комната сразу же наполнилась таким ароматом, исходившим от тарелки в центре подноса, что у голодной Сэйдж закружилась голова и рот наполнился слюной.

Женщина улыбнулась, и от этой добродушной улыбки ее коричневое обветренное лицо покрылось сетью глубоких морщин.

— Джим сказал мне, что вы хотите есть. Отличный знак — больные выздоравливают.

С этими словами она поставила поднос с едой на маленький столик возле кровати.

— Должно быть, вы — Тилли, — Сэйдж улыбнулась ей.

— Это я…

Умелые, проворные руки старухи бережно подняли Сэйдж и подложили ей за спину две подушки.

— Джим приказал мне лично убедиться в том, что вы все съели.

Сэйдж устало откинулась назад — малейшее движение давалось ей с огромным трудом. От напряжения у нее на лбу выступил пот. Она снова улыбнулась.

— Я чувствую себя такой слабой. Должно быть, я действительно была очень больна.

— Да уж, — Тилли села на стул рядом с кроватью и подала молодой женщине поднос с едой.

— Джим несколько часов без сна провел рядом с вами. Он так о вас беспокоился, что вы себе не представляете.

— Мистер Латур оставался со мной? — Сэйдж застыла, и ее ложка замерла на полпути от чашки ко рту. Она отчетливо вспомнила прикосновение холодной мокрой материи к своему горячему телу и пылающему лицу. Но не мог же он, в самом деле, протирать ее?

— Я была убеждена, что это вы ухаживали за мной! — Она с надеждой посмотрела на Тилли и тут же пожалела о том, что эта фраза вырвалась у нее. У Сэйдж не было ни малейшего желания узнать, что этот красивый мужчина находился рядом с нею все это время. Если это окажется правдой, то она просто не сможет больше смотреть ему в лицо.

И все таки Тилли не оставила ей никаких надежд Кухарка, словно и не заметив смущения молодой женщины, ответила:

— Я была слишком занята на кухне, мне пришлось готовить для посетителей… Они, видите ли, не только пьют за ужином.

Тилли показала на толстый кусок хлеба, лежавший на подносе, и сказала:

— Я испекла этот хлеб сегодня утром. Отломите кусочек и макните в соус. Увидите, как вкусно!

Потом Тилли откинулась на спинку стула и добавила:

— Вообще, хочу, чтобы вы знали — когда вам требовалась особая помощь, ну, вы меня понимаете, Джим звал меня, а сам дожидался на кухне, пока я выйду. Вам нет нужды беспокоиться: Джим — настоящий джентльмен.

Успокоенная этим известием, Сэйдж не стала дальше выяснять, кто обтирал ее тело. Она взяла кусок хлеба, как советовала ей седоволосая добродушная кухарка, и погрузила его в густой, ароматный соус. Ее желудок слишком долго был пустым, и поэтому сейчас, хотя она и пыталась изо всех сил сохранить манеры настоящей леди, у нее ничего не вышло, и она с жадностью набросилась на еду, отбросив всякие церемонии.

Тилли с довольной улыбкой смотрела, как мясо, | овощи и хлеб с огромной скоростью исчезают во рту i Сэйдж. Когда тарелка опустела и оказалась тщательно вытертой последним кусочком хлеба, Тилли вновь подала голос:

— Может быть, еще немножко добавить?

— Хорошо бы, только я боюсь, что у меня живот лопнет, если я еще хоть немного съем, — рассмеялась Сэйдж. — Я никогда не ела ничего вкуснее.

— Спасибо, дорогая, — расцвела Тилли. — Этот мясной соус меня научила готовить Джонти, дочь Джима.

— Так мистер Латур женат? — Сэйдж почувствовала легкое разочарование, но ей как то прежде и в голову не приходило, что этот красивый мужчина может иметь жену.

Тилли отрицательно покачала головой.

— Нет, не женат и никогда не был. Он очень любил мать Джонти, и в свое время они непременно поженились бы, но бедная женщина умерла при родах и оставила дочурку после себя. — Тилли заморгала и посмотрела за окно. — Мне кажется, Джим никогда не простит себе, что его не было рядом с матерью Джонти, когда она так в нем нуждалась. Это все случилось лет двадцать назад, но он с тех пор ни к одной женщине серьезно не относился. Я думаю, он однолюб.

— Однако, я бы не сказала, что он похож на человека, который избегает женщин, — вслух подумала Сэйдж. — Скорее, у него вид очень опытного мужчины.