Элизабет Бойл - Утро с любовницей

«Другими словами, – подытожила Шарлотта, пока Себастьян нес ее через холл, – как можно дальше от глаз».

Утренняя столовая, как и весь остальной дом, тоже претерпела изменения. На стенах висели приличные картины, и им вполне соответствовали ситцевые драпировки и нежные цвета.

Шарлотта никогда не думала, что будет скучать по греческим статуям Артемиды и Актеона, волкам и всему прочему, принадлежавшему леди Уолбрук.

– Эй, Себастьян, – раздался мужской голос, дверь в противоположной стене отворилась, и в холл на полной скорости влетел Гриффин, младший брат виконта, – не одолжишь мне пятьсот фунтов? И прежде чем ты скажешь «нет», я обещаю, что на этот раз... – Он оборвал себя и тихо присвистнул, остановив взгляд на Шарлотте. – Бог мой! – Это было все, что он смог сказать, до того как посмотреть на брата. – Скажи, что это означает: мама ушла на прогулку или она отошла в мир иной?

– Грифф... – недовольно проворчал виконт, – следи за тем, что говоришь.

Эта более хрупкая версия Марлоу-наследника схватила за руку старшего брата и потащила в сторону.

– О чем ты, черт побери, думаешь? Мама с тебя шкуру спустит – а как я теперь понял, и с меня тоже, – если узнает о твоей... твоей... гостье. – Он чуть ли не виновато снова посмотрел на Шарлотту.

«Что ж, – подумала Шарлотта, – хоть что-то осталось знакомым». В этом перевернутом вверх ногами мире Гриффин остался таким же бесцеремонным, как всегда.

– С миссис Таунсенд произошел несчастный случай, – объяснил брату Себастьян. – Я привел ее сюда, просто чтобы она немного оправилась.

– Попала под твою восхитительную коляску? – Гриффин жестом указал на Шарлотту.

– Нет. – Себастьян наполнил два бокала из графина, который взял в серванте. – Лаймена.

– Что этот мерзавец сделал? – Кривая усмешка брата мгновенно превратилась в тонкую линию, и он молча посмотрел на Шарлотту, теперь понимая, почему у нее такой растрепанный вид. – Кто-то должен проучить его.

– Лорд Трент это уже сделал, – сказала ему Шарлотта. – Прямо посреди площади.

– Ты отделал Лаймена? – У Гриффина от изумления открылся рот. – Прямо там? Перед... перед всеми?

Осушив бокал, Себастьян кивнул, и его брат застонал.

– Значит, так. Следующие несколько дней я поживу у сэра Джошуа. Мне не хотелось бы находиться здесь в тот момент, когда мамочка об этом услышит. – Гриффин направился к выходу из комнаты так же стремительно, как вошел. – Я бы предложил сказать ей, что ты был пьян и ничего лучше не мог придумать. – Он покачал головой. – Впрочем, нет. Когда на прошлой неделе произошло то небольшое недоразумение, это не помогло. Кстати, о деньгах. Ты можешь дать мне в долг?

– На что в этот раз? – поинтересовался Себастьян. – На опыты по алхимии или на эликсир жизни?

– Это в прошлом, – усмехнулся Гриффин. – Я открыл кое-что новое. Мы с сэром Джошуа полагаем, что изобрели способ управлять временем.

Себастьян закрыл глаза и застонал, а Шарлотта прижала пальцы к губам. Нет, Гриффин ни чуточки не изменился. Он был все таким же неугомонным, хватающимся то за одну безумную идею, то за другую, а в последнее время начал делиться своими теориями и работать с сэром Джошуа Смитом, ученым-любителем, жившим в соседнем доме.

– Могу я задать вопрос?

– Вот еще, ты все равно ничего не поймешь, – ответил ему Гриффин. – Можешь ты дать мне денег или нет?

– Нет.

– Вот уж не думал. – Гриффин погрустнел. – Не повезло, как и с мамочкой. Скажи мне, что я дошел до точки, если думаю, что могу построить машину, чтобы путешествовать во времени.

– Что? – встрепенулась Шарлотта.

Гриффин повернулся к ней, радуясь, что нашел человека, способного если не оценить, то по крайней мере выслушать его теорию.

– Машину времени. Это как экипаж. Но вместо того чтобы ехать из Лондона в Бат, вы отправляетесь, скажем, в другой век, например в 2010 год. Ну так что, миссис Таунсенд? – Он выразительно поднял бровь. – Не хотите ли одолжить мне несколько фунтов на новую книгу о возможностях электричества? Сделаете вклад в процветание человечества?

– Сомневаюсь, что в данный момент могу что-нибудь дать в долг, – рассмеявшись, покачала головой Шарлотта. Честно говоря, за всю ее жизнь у нее не было такой суммы денег, а Гриффин вел себя так, словно речь шла о карманной мелочи.

Он секунду помолчал, смущенно улыбаясь, как будто ожидал, что кто-нибудь из них передумает, а когда стало ясно, что он не получит желаемого, слегка поклонился и направился к двери, бормоча себе под нос:

– Я сделаю нас всех богатыми, когда открою, как использовать относительную скорость...

Покачав головой, Себастьян снова наполнил свой бокал. Пройдя через комнату, он подал один бокал Шарлотте, а другой поставил на стол позади себя и, нежно глядя на Шарлотту, принялся медленно вытаскивать шпильки из ее волос.

– Прошу прощения за моего брата. Он весьма...

– Очарователен.

– Сомневаюсь. Он сумасшедший. Хочет довести мать до Бедлама всеми своими теориями и экспериментами. Знаешь, позавчера ночью он снес садовую ограду вместе с бесценными вьющимися розами сэра Джошуа. – Себастьян снова покачал головой.

– Он не замышляет ничего плохого.

– Ты его не знаешь, – заметил Себастьян. – Но он напомнил мне кое-что, о чем я чуть не забыл. – Он отошел от Шарлотты, а потом оглянулся и ухмыльнулся. – Не двигайся, – приказал он и быстро вышел из утренней столовой.

Шарлотта услышала, как он застучал сапогами, поднимаясь по лестнице на второй этаж, но даже не успела предположить, что он задумал, как Себастьян уже вернулся с одной рукой, спрятанной за спину, и с дурашливой улыбкой на губах.

– Закрой глаза, – скомандовал он и, когда она открыла рот, чтобы заговорить, покачал головой. – Закройте глаза, миссис Таунсенд. Это приказ.

Шарлотта в недоумении подчинилась и закрыла глаза. Она услышала, как он подходит к ней, и почувствовала приблизившийся нежный аромат лавровишневой воды.

– Теперь открой, – шепнул Себастьян.

Распахнув глаза, Шарлотта увидела, что он протягивает ей маленькую книгу.

– Надеюсь, она тебе понравится. Я приобрел ее специально для тебя. Здесь в одном томе все стихи и поэмы, которые ты любишь.

Шарлотта взяла книгу, и первая же поэма, которую она увидела, привела ее в полное изумление.

– Кольридж? Откуда ты знаешь? – Она любила читать Кольриджа, хотя втайне и за закрытыми дверями, потому что стихи этого человека были совершенно, гм, непристойны.

– Откуда знаю? – Себастьян рассмеялся. – Полагаю, все те ночи, когда я читал его тебе, могли бы послужить намеком. Но там есть еще и Блейк, и немного из Джона Донна, а также Милтона. О, и еще несколько шуточных стихотворений на случай, если туда заглянет Финни.