Маргарет Макфи - Западня для лорда

— Значит, она вам ничего не рассказала.

Венеция промолчала.

Глаза Линвуда были непроницаемы.

— Это не имеет к нам никакого отношения, мисс Фокс.

— Вот как? Вы платите за информацию одной из девушек миссис Сильвер?

— Я владелец газеты, публикующей подобного рода истории. Неужели вы никогда не совершали поступков, о которых впоследствии сожалели?

— Я стараюсь этого не делать.

Он кивнул, наигранно поздравляя ее с этим.

— А иных сожалений у вас нет, милорд? — изогнув бровь, поинтересовалась Венеция, побуждая его рассказать о Ротерхеме.

— В жилах мужчин в моей семье течет дьявольская кровь, мисс Фокс, подстрекающая на совершение поступков, о которых впоследствии невозможно не сожалеть, даже если они совершены из самых благих побуждений. — Он смотрел на нее немигающим внимательным взглядом, казалось понимая, что за игру она ведет.

И его слова, и взгляд заставили ее содрогнуться. Она перевела разговор на более безопасную тему, но воцарившееся между ними напряжение не пропало. Она сильно нервничала, что ей совсем несвойственно, и испытала огромное облегчение, когда пришло время возвращаться домой. Они ехали в молчании. Даже когда экипаж остановился у дома Венеции, и Линвуд помог ей выйти, он не произнес ни слова. Она испугалась, что в своих расспросах об Элис, публичных домах и Ротерхеме зашла слишком далеко.

— Доброго дня, лорд Линвуд.

Развернувшись, она сделала несколько шагов по направлению к двери и услышала голос Линвуда, мягкий и нежный, как шепот любовника, от чего по ее телу побежали мурашки.

— Венеция, знай, я не привык размениваться. Если ты принадлежишь мне, то мне одному. Как и я тебе. Если же нет, нам больше нечего друг другу сказать.

Она замерла на месте. Ее сердце неслось галопом, напуганное тем, что он имел в виду и куда могут завести эти отношения. Развернувшись, она посмотрела ему в глаза.

— Доброго дня, мисс Фокс.

Линвуд поклонился, сел в экипаж и уехал, оставив ее стоять посреди улицы и смотреть ему вслед.

Три дня спустя Венеция одной из первых прибыла на частное суаре, которое Рейзби давал в честь своей новой любовницы Элис. Исполняя роль хозяйки, та стояла подле него, приветствуя прибывающих гостей.

— Я тебе очень рада, Венеция, — с улыбкой произнесла Элис, затем чуть слышно добавила: — Я взяла на себя смелость пригласить Линвуда, хотя мне этого совершенно не хотелось.

— Спасибо.

Венеции в очередной раз захотелось раскрыть Элис истинную причину своего интереса к этому человеку. Последние несколько дней она провела в тревоге о нем, поэтому сейчас не стала дожидаться, когда виконт подойдет к ней, направилась к нему сама.

— Мисс Фокс. — Фоллингхем отвесил ей поклон. — Вы, разумеется, знакомы с Линвудом.

— Да.

Она перевела взгляд на человека, заставляющего ее сердце неистово колотиться.

Линвуд коротко кивнул, не сказав ни слова. Когда он посмотрел ей в глаза, у нее в ушах снова зазвучали слова, сказанные им при последнем расставании. Она размышляла над ними три ночи, но так и не смогла решить, было ли это предупреждение, или вопрос, или и то и другое разом. Предлагал ли он ей перейти от легкого флирта к серьезным отношениям, предостерегая при этом, что не потерпит неверности с ее стороны? Его слова беспокоили ее много больше, чем следовало бы. Она чувствовала, что игра принимает нежелательный оборот, пугающий и очаровывающий одновременно.

— Мисс Суитли оказала Рейзби честь, — произнес Фоллингхем, отвлекая Венецию от мыслей о Линвуде.

— Верно, лорд Фоллингхем.

— Рад был слышать об их соглашении, — бросая быстрый взгляд на ее бюст, вежливо произнес он.

— Он делает ее счастливой, — наконец молвила она, хотя и не понимала, почему, невзирая на все ее предупреждения, Элис так отчаянно стремится быть с Рейзби.

— Как и она его. Он как глина в ее руках.

«Я не стала бы столь уверенно утверждать подобное». Она не высказала этого вслух, хотя ни секунды не сомневалась, кем предстает Элис в глазах Рейзби. Он воспользуется ею, а потом выбросит, как обычно поступают высокородные джентльмены с женщинами вроде Элис.

— Тост за мисс Суитли и Рейзби, — провозгласил Фоллингхем, поднимая бокал шампанского.

Венеция и Линвуд последовали его примеру, но осушил бокал один лишь Фоллингхем. Линвуд прикоснулся губами к ободку, Венеция поступила так же.

Линвуд вперился в нее черным пронзительным взглядом. Им были известны тайны друг друга. И снова в ушах Венеции раздался отголосок слов, сказанных им при последнем расставании. Принадлежит ли она ему? Она задавала себе этот вопрос на протяжении трех последних ночей. Ей были известны собственные сильные стороны и цель игры, требовавшей предельного внимания. Если Линвуд решил увеличить ставки, она готова принять вызов. Кроме того, если ответ на его вопрос отрицательный, он просто уйдет, и план Роберта пойдет насмарку. Но была и еще одна причина, в существовании которой она не хотела признаваться даже самой себе.

— Сюда идет Клэндон, — с улыбкой объявил Фоллингхем.

Шокированная, Венеция сделала большой глоток шампанского, но поперхнулась.

— Дорогая мисс Фокс, позвольте вам помочь.

Готовый оказать помощь, Фоллингхем выхватил носовой платок, но она отвернулась от него и приняла платок у Линвуда. Она прижала его к губам, будто целуя, потом вернула владельцу.

Фоллингхем понял, что слишком пристально взирает на карман, в который Линвуд убрал платок.

— Мы пили за здоровье хозяев, Клэндон, — провозгласил он. — С Линвудом вы, разумеется, знакомы.

Досадуя на Роберта за то, что не поставил ее в известность о своем приходе, Венеция не удостоила его взглядом. Роберт в свою очередь не смотрел на Линвуда. Воцарилась холодная, напряженная атмосфера. Венеция заметила, как Линвуд скользнул взглядом по траурной ленте на руке Роберта.

— Жаль Ротерхема, — произнес Фоллингхем. — Ужасно потерять отца таким образом.

— Да, — пробормотал Клэндон. Внезапно на глаза ему навернулись слезы, и он, потупившись, откашлялся.

Во взгляде Фоллингхема отразилось сочувствие, на лице Линвуда не дрогнул ни единый мускул.

— Убежден, однако, что преступнику не удастся избежать правосудия. — Роберт говорил так же напыщенно, как и его отец.

— Да, — согласился Фоллингхем. — Знакомы ли вы с мисс Фокс?

Роберт посмотрел ей в глаза.

— Пока не имел удовольствия. — Поклонившись, он с интересом посмотрел на нее, от чего ей стало не по себе. — Мисс Фокс.

Венеция подумала, что брат умеет притворяться гораздо лучше ее. Она присела перед ним в реверансе.