Шеннон Дрейк - Королевское наслаждение

Но на место поверженных прибывали все новые враги. Адриан увидел перед собой с десяток вооруженных до зубов французов, готовых ринуться в атаку. Глядя на него, они кричали:

— Сдавайся!

— Брось на землю свой меч!

— Лучше сдайся сам, и мы сохраним тебе жизнь!

— Будешь сопротивляться — мы раскроим тебя пополам!

— Сдавайся во имя Бога или Сатаны!

Во имя Бога или Сатаны. Не бывать этому!

Адриан вспомнил слова отца: «Никогда не сдавайся!»

Сдаться его заставит только смерть!

На его лице под железным забралом заиграла улыбка. Адриан медленно покачал головой. Возможно, это было безумием, но Адриан хорошо понимал: сражайся не сражайся — враги все равно не пощадят его и раскроят от головы до паха, уж слишком много их воинов он положил к своим ногам. Французы ни за что не пощадят его…

— Милорд! Я не сдаюсь! — закричал Адриан и с воинственным шотландским кличем бросился в атаку.

Его меч повсюду сеял смерть, но на подмогу врагу прибывали свежие силы, и неизвестно, чем бы кончилось дело, как вдруг Мак-Лахлан обнаружил, что и к нему подоспела подмога. Двадцать отборных английских рыцарей бросились в бой, и во главе их — сам король.

Французы пустились наутек, англичане ринулись за ними в погоню.

Сражение закончилось. Французы предприняли по меньшей мере пятнадцать атак, но все они были отбиты с большими для них потерями.

Король Эдуард со своими рыцарями пришел Адриану на выручку как раз вовремя.

Король спустился с белого коня, на котором в то утро гарцевал перед своими войсками, и стремительно подошел к Адриану. Он приподнял забрало, а затем снял шлем. Золотистые волосы короля сверкали на солнце. Он остановился и поглядел на поле боя, усеянное мертвыми телами.

— Ты хорошо поработал, шотландец. Даже слишком хорошо.

Адриан вздрогнул, когда король внезапно вытащил свой меч.

— На колени! — приказал он.

— Сир… — начал было Адриан.

Но в это время к ним подъехал принц Эдуард, который сразу понял, в чем дело.

— Адриан, дружище, мой отец прямо здесь и сейчас хочет произвести тебя в рыцари, — сказал он глубоким грудным голосом.

Изумленный Адриан опустился на колени. Он смутно понимал, что говорил ему король, и только чувствовал, как меч короля касается его плеч. Мак-Лахлана самым подобающим образом произвели в рыцари.

Это событие оглушило Адриана сильнее, чем любая боевая сцена. Он не ожидал такого поворота событий.

Слова его отца оправдались. Его произвели в рыцари на поле брани. Старая душевная боль, так долго подавляемая, с новой силой захлестнула Адриана. Как бы ему хотелось, чтобы Карлин, лэрд Мак-Лахлан, дожил до этого дня!

«Отец, помоги мне не подвести тебя!» — внезапно взмолился Адриан, который никогда не забывал Карлика Мак-Лахлана и всего того, чему научил его гордый и мудрый воин.

Рыцари приветствовали Адриана одобрительными возгласами, несколько человек подняли его на руки и стали подбрасывать вверх, а король объявил, что это сражение закончено, но все должны быть готовы к завтрашнему бою.

С наступлением утра французы атаковали снова, но уже к полудню армия Филиппа потерпела в битве при Креси сокрушительное поражение. Более четырех тысяч французов из числа рыцарей и высшей знати остались лежать мертвыми на поле битвы.

Рыцари и высшая знать…

Никто не потрудился подсчитать, сколько погибло воинов из мелкой знати, а также свободных крестьян и вилланов, вооруженных лишь пиками и палками.

По случаю победы состоялся грандиозный праздник. На следующий день отслужили заупокойную мессу, и король стал готовиться к дальнейшему продвижению, намереваясь взять Кале.

Но прежде чем армия отправилась в поход, Адриан предстал перед королем.

За прошедшие годы такое случалось довольно часто. Первый раз это произошло, когда на шотландский трон вернулся Давид II. Король, который в то время поддерживал свергнутого Балиола, хладнокровно сообщил Адриану эту новость, заметив при этом:

— Ты хорошо зарекомендовал себя, мой маленький друг. Уже сейчас ростом ты не меньше, чем любой из Плантагенетов. Ты сумел закалить свой характер. Одному Богу известно, в скольких турнирах ты участвовал и выходил победителем.

— Сир, вы хорошо знаете, как необходима мне победа на этих турнирах. Именно благодаря им я могу содержать себя и купить себе полное рыцарское снаряжение, а все это очень дорого стоит.

— Я все хорошо понимаю, но дело не только в этом. Участие в турнирах необходимо юношам. В них они закаляются и набираются опыта. Желаю тебе почаще побеждать в них. Но я хотел поговорить с тобой о другом. Я не вправе заставить тебя отказаться от службы Давиду, но я предпочел бы, чтобы ты служил мне. Твои старания не пройдут даром, и со временем ты получишь заслуженную награду.

Адриан, который к тому времени уже подружился с Эдуардом, крепко задумался.

— Я останусь с вами, — сказал он, — при условии, что вы выполните две моих просьбы.

— И ты смеешь требовать что-то от короля? — рявкнул Эдуард.

— Да, ваша милость.

— И что же это за просьбы?

— Первое, сир: я хочу, чтобы вы обещали мне никогда не заставлять меня воевать против шотландцев.

— Хорошо, мальчик, я не буду просить тебя об этом.

— И второе. Пообещайте мне не трогать мои владения, если вам придется воевать с моей страной.

Король удивился, но пообещал выполнить обе просьбы.

Сейчас, когда Адриан должен был снова предстать перед королем, он терялся в догадках, о чем будет просить его Эдуард на этот раз. Он произвел его в рыцари на поле битвы, подарил дорогих лошадей.

Что же сейчас на уме у короля?

Эдуард обсуждал важные дела с графом Оксфордским, но, увидев Адриана, отпустил графа, и тот, проходя мимо мальчика, приветливо ему кивнул. Адриан сообразил, что английские лорды зауважали его, после того как он, рискуя собственной жизнью, спас жизнь их принца.

— Адриан! — весело приветствовал его король. — Польщен, очень польщен. Когда-то твой отец заверил меня, что, взяв тебя к своему двору, я приобрету хорошего воина. Сейчас я не жалею о том, что пообещал Карлику в тот день. Это была хорошая сделка. Будь твой отец жив, он гордился бы тобой, как горжусь я. Я хочу снова поблагодарить тебя за смелость, проявленную в бою, и я сердечно рад, что ты не пошел служить Давиду II, а остался на моей стороне.

Адриан откашлялся.

— Благодарю вас, сир. Принц вел себя храбро и сам сумел защитить себя. Люди глубоко признательны вам, что вместе с нами вы послали сражаться и собственного сына. Вы воодушевляли нас перед битвой, и мы не могли подвести вас.

Король нетерпеливо отмахнулся.

— Я очень горжусь своим сыном. Действительно горжусь. Но речь сейчас идет не о нем, а о тебе.