Патриция Коулин - Просто женаты

— Она сказала, когда вернется?

— Только к вечеру. Я объяснил, что поскольку вы обычно спите до…

— Ладно, ладно! — перебил Адриан. — Эта женщина явно не в своем уме. Как, по-твоему, я теперь должен завтракать? — Он с неприязнью взглянул на окна. — Скажи, солнце всегда светит так ярко в этот час?

— Да, ваша светлость, — за исключением дождливых дней.

— Придется помолиться, чтобы завтра пошел дождь. А сегодня я позавтракаю в библиотеке.

По пути в библиотеку герцога ждали новые сюрпризы. В коридоре второго этажа он наткнулся на незнакомца, срывающего стенные панели. Треск дерева и стук лома заставили Адриана поморщиться.

— Что, черт возьми, он делает? — спросил Адриан у Торна, шествующего следом за ним с подносом.

— Снимает стенные панели, — отозвался слуга.

— Сам вижу, дьявол тебя побери! Я хочу знать зачем.

— Герцогиня приказала снять панели — они скрывают лепнину и стены, расписанные лютиками.

— Лютиками?

— Да, ваша светлость, лютиками. По мнению герцогини, это оживит дом, — добавил Торн. — А панели выглядели слишком мрачно.

— Но мне нравятся темные панели, — возразил Адриан, хотя на самом деле он никогда не замечал не только цвета панелей, но даже их самих. — Лютики я терпеть не могу! Так и передайте герцогине.

— Слушаюсь, ваша светлость.

— Так пусть этот человек сделает все как было — водворит на место все эти мрачные, темные панели.

Тори повернулся к рабочему:

— Слышал, что сказал герцог? Верни их на место, да смотри, осторожнее!

— Лютики… — брюзжал Адриан себе под нос. — Лютики, солнечный свет — что за мерзость!

Пока он располагался в библиотеке. Тори убрал со стула кучу бумаг и книг и поставил перед хозяином поднос.

— Прошу прощения, — заговорил Тори, наполняя чашку, — но леди дала понять ясно как день, что вы не против ремонта…

— Насчет лютиков я ничего не говорил. И насчет слепящего света тоже… и этого адского грохота, — добавил Адриан, прислушавшись и сделав недовольную гримасу. — Это еще что такое?

— Должно быть, рабочие сколачивают беседку, ваша светлость.

— Нет у меня никакой беседки!

— Теперь есть, — сообщил Тори. — Герцогиня пожелала увить ее плющом.

— Я ей покажу плющ! — Отбросив салфетку, Адриан кинулся к окну и увидел, как двое коренастых молодцов, стоя на стремянках, сколачивают деревянную беседку в саду за домом. Оглядев сад, он изумленно поднял брови. — А там что такое?

— В бочонках или ящиках? — осведомился Торн, даже не удосужившись выглянуть в окно.

— Ив том, и в другом.

— В бочонках — кусты роз, в ящиках — кусты сирени. А бассейн с голым купидоном — в повозке перед домом. Герцогиня…

— Зашла слишком далеко! — оборвал его Адриан. — Не успев и дня прожить в этом доме, она обошлась мне в целое состояние!

— По правде говоря, сэр, посыльный из оранжереи утверждает, что герцогиня заранее заплатила за все сама.

Адриан почувствовал, что его нервы натянуты до отказа.

— Вот как? Значит, эта особа считает, что я не могу позволить себе отремонтировать дом? Да если кто-нибудь в городе узнает, что она платит за все из собственного кармана, меня засмеют! Клянусь Богом, этого я не допущу! Она не сказала, куда…

— На Бонд-стрит.

— А мой конь…

— Ждет возле дома.

Адриан нашел жену в лавке Тэтчера и Суона, которые гордо именовали себя торговцами шелком, хотя на самом деле предлагали покупателям самые разные ткани и торговали всякой всячиной. Ли сидела на высоком табурете в задней комнате лавки, перед ней на длинном столе были разложены образчики тканей. Каким бы сильным ни было желание Адриана сразу броситься к ней, он замедлил шаги, разглядывая прямую спину супруги с таким же удовольствием, с каким любовался изящными очертаниями ее бедер и ягодиц. Склонив хорошенькую головку, Ли стягивала перчатку, чтобы пощупать ткань.

Адриан не произнес ни слова, неслышно ступая по мягкому ковру, но все же Ли почувствовала его приближение и вскинула голову. И улыбнулась.

У Адриана перехватило дыхание. Это было все равно что вновь войти в ярко освещенную столовую — правда, улыбка Ли затмевала тысячи солнц. Адриан мгновенно насторожился, предвидя очередную каверзу.

— Рейвен, какой приятный сюрприз! — воскликнула она.

Адриан вновь поразился, услышав этот мелодичный, не слишком высокий голос с неспешными переливами. Казалось, единственная цель жизни его обладательницы — обмениваться с герцогом любезностями, а не продуманно и настойчиво пытаться выдать замуж сестру… попутно превращая жизнь самого Адриана в ад. Терпеть все это он не собирался.

— Вот уж не думала увидеть вас здесь, — добавила Ли.

— Уверяю, мадам, — отозвался Адриан, пренебрежительно оглядевшись по сторонам, — я никогда не бы-: ваю в подобных заведениях.

Несмотря на едкий тон Адриана, Ли не перестала улыбаться.

— И все-таки я очень рада видеть вас!

— Надеюсь, мои слова не лишат вас этой радости.

— О Господи! — Ее улыбка исчезла.

Адриану вдруг вспомнился один давний зимний день, когда он слепил маленького снеговика из первого снега. Но снегопад сменился дождем, и творение Адриана растаяло у него на глазах. Как и тогда, сейчас он испытал безумное желание сделать хоть что-нибудь, чтобы все стало, как прежде.

Гнев Адриана слегка поутих, однако ему по-прежнему не терпелось призвать к ответу мятежную жену.

— Я хотел поговорить насчет дома, — наконец произнес он, — то есть перемен в доме — стенных панелей, беседки, пропавших штор…

— Значит, вы недовольны?

Недоволен? Адриан задумался, глядя, как Ли озабоченно морщит свой гладкий лоб. Само собой, он недоволен. Эта женщина пыталась превратить его дом в выставочный экспонат. Но сообщить ей об этом следовало так, чтобы не создавать препятствий на пути к вожделенной цели — соблазнению.

— Нет, не то чтобы недоволен… Я… озабочен.

Так и есть. Он всего-навсего озабочен. Случившееся недостойно более сильных чувств. Ли — цель, оправдывающая любые средства, заверил себя Адриан.

— Понятно… — Она поджала губы. — Боюсь, я зашла слишком далеко, приказав снять панели…

— Вовсе нет, — неожиданно для самого себя отозвался Адриан. — По правде говоря, я давно собирался их заменить. Вы просто избавили меня от лишних хлопот.

Столь наглой, неприкрытой ложью он добился от Ли еще одной улыбки. И в самом деле, что плохого в нескольких кустах и бассейне, если эти уступки в конце концов приведут его в постель этой красавицы?

Она нерешительно взглянула на него:

— А я боялась, что вы сочтете такую перемену слишком неожиданной…