Милая грешница - Александер Виктория

– Разумеется, смогу, но сомневаюсь, что в этом возникнет необходимость. – Джудит встретилась взглядом с Гидеоном. – Пожалуй, я с удовольствием поболтаю с твоей тетей. Кстати, у меня тоже что-то в горле пересохло.

Гидеон покачал головой:

– Мне кажется, что это неудачная мысль.

– Не понимаю, почему ты так перепугался, – раздраженным тоном сказала леди Рэдбери. – Обычно я веду себя вполне благопристойно. И даже, если захочу, могу быть чрезвычайно милой.

– Уж лучше постарайся быть милой, – сказал Гидеон с явно угрожающей ноткой в голосе. Он посмотрел на Джудит: – Ты уверена?

Она заметила беспокойство в его глазах и почувствовала, как приятна ей его забота.

– Уверена, – с улыбкой ответила она.

– Ладно. – Он взглянул на тетушку: – Веди себя хорошо. – Он кивнул Джудит. – Я скоро вернусь.

– Закрой за собой дверь, – напомнила леди Рэдбери. Бросив последний взгляд на Джудит, Гидеон ушел.

– Вам нравится пьеса? – спросила леди Рэдбери.

– Я смотрю ее с удовольствием. Пьеса очень хорошо поставлена, – улыбнувшись, сказала Джудит. Не пустой светской болтовни ожидала она от леди Рэдбери. Это, несомненно, была всею лишь прелюдия. – Обожаю Шекспира. А комедия «Как вам это понравится» – одна из моих любимых.

– Вот как? – Леди Рэдбери нахмурилась. – А мне она кажется глуповатой. Особенно вся эта чушь относительно того, что тот, мол, не любил, кто сразу не влюбился.

– Вы считаете это чушью?

– Разумеется. – Она пристально посмотрела на Джудит. – А вы разве нет?

– Ни в коем случае. Я нахожу, что эти слова полны надежды. Обещания.

– Возможно. – Леди Рэдбери задумчиво кивнула. – Вы отлично выглядите, дорогая. Впрочем, вы всегда выглядите превосходно.

– С вашей стороны очень любезно сказать мне это, – промолвила Джудит, гадая, когда же эта леди закончит обмен любезностями и перейдет к истинной цели разговора. Неужели она намерена еще и погоду с нею обсудить?

– Хотя мы не были знакомы, я многое о вас знаю. Очевидно, эта леди решила погоду не обсуждать. Джудит призвала на помощь всю свою храбрость.

– Плохое или хорошее?

– И то и другое. – Леди Рэдбери некоторое время смотрела на нее изучающим взглядом. – Прежде чем продолжить, я должна сказать вам, что в течение последних двадцати лет сама была вдовой и провела эти два десятка лет, не отказывая себе полностью в мужской компании.

– Понятно, – тихо сказала Джудит. Разговор принимал совсем не тот оборот, которого она ожидала.

– У нас с вами очень много общего. Мы обе имеем достаточно средств, чтобы жить так, как нам заблагорассудится. Причем делать это без нежелательного вмешательства мужчин. Нам чрезвычайно повезло. – Джудит медленно кивнула, но промолчала. Уж лучше послушать, что именно хочет сказать тетушка Гидеона. – Поэтому, дорогая моя, я понимаю вас лучше, чем вы думаете. Однако, – поймав взгляд Джудит, она слегка наклонилась к ней, – я полагаю, что вы абсолютно не подходите моему племяннику.

– Вот как? – медленно произнесла Джудит.

– Именно так. – Леди Рэдбери откинулась на спинку кресла. – Во-первых, вы слишком умны для него и слишком независимы. Ему нужна женщина, которая, не задавая вопросов, будет жить ради него – только ради него одного. И будет всю жизнь благодарна за это. А кроме того, вы для него слишком стары.

– Слишком стара?

– Да. – Леди Рэдбери окинула Джудит оценивающим взглядом. – Вы, должно быть, всего на год или два моложе Гидеона.

– Мне только что исполнилось тридцать, – сказала Джудит.

– Так я и думала. Видит Бог, я долгие годы пыталась' знакомить его с подходящими молодыми женщинами, но до сих пор он не проявлял к ним особого интереса. По правде говоря, я вообще не видела, чтобы какая-то женщина его, зацепила, пока не появились вы.

– Но мы едва…

– Он упоминал в разговоре ваше имя более месяца назад. – Леди Рэдбери взглянула прямо в глаза Джудит. – Гидеон, конечно, упомянул его мимоходом, как будто не придавая этому особого значения, но он не так умен, как воображает, а я гораздо умнее, чем он предполагает. Сегодня он впервые за очень долгое время появился с женщиной на публике. – Она помедлила, как будто не была уверена, разумно ли говорить то, что она хотела сказать дальше. – Что вам известно о прошлом Гидеона?

– Очень немногое.

– Вы знаете о его женитьбе?

– Знаю лишь, что брак его длился очень недолго.

– Для него это было ужасное время, а она была отвратительной особой. Гидеон, конечно, вел себя как болван, но ведь обычно именно так и ведут себя мужчины, воображающие себя влюбленными.

– Никогда бы не подумала, что можно назвать лорда Уортона болваном, – пробормотала Джудит.

– Он тогда был совсем другим человеком. Дорогая девочка, ведь все это случилось около девяти лет назад. Скандал тогда удалось замять, но кое-какие слухи все-таки поползли. Вы ничего не слышали об этом в то время?

– Что-то не припомню. – Девять лет назад Джудит все еще оплакивала свою утрату, и ей было не до сплетен и слухов.

– Гидеон тогда вообразил, что любит одну молодую женщину, и верил, что она отвечает ему взаимностью. Он думал также, что спасает ее от нежелательного брака. В то время она была уже помолвлена. – Тетушка Гидеона тяжело вздохнула. – Они бежали, но их сразу же настигли ее отец и ее жених. Брак тут же аннулировали. Гидеон был тогда в ужасном состоянии.

– Я не понимаю, – сказала Джудит, – ведь если они любили друг друга…

– В том-то и заключается суть проблемы. Он был влюблен в нее, а она просто использовала его для собственных целей. Она хотела заставить своего жениха ревновать. – Леди Рэдбери неприязненно прищурилась. – Это была чрезвычайно гнусная особа.

– Она вышла за него замуж, чтобы заставить кого-то ревновать? – удивилась Джудит.

– Думаю, что она и сама не ожидала, что дело зайдет так далеко. Не могу сказать с уверенностью, но подозреваю, что она рассчитывала, что их настигнут до церемонии бракосочетания. Когда бедный Гидеон понял, как мерзко его использовали… – леди Рэдбери содрогнулась, – его сердце было разбито. Ему потребовалось больше года, чтобы прийти в себя.

– Об этом я слышала, – тихо промолвила Джудит. Видимо, Гидеон глубоко переживал случившееся, если отреагировал так, как он это сделал. Ей было безумно жаль его.

– Я переехала к нему вскоре после того, как это произошло. Наследники моего мужа решили, что пришло время предъявить претензии на его собственность, хотя у них не было в этом необходимости, – раздраженным тоном сказала леди Рэдбери. – Я осталась без дома, и Гидеон предложил мне переехать к нему. Разумеется, я могла бы купить собственный дом, но у Гидеона имеется великолепный большой особняк в Лондоне и очаровательное поместье за городом. Кроме того, мы с ним – это все, что осталось от нашей семьи, а он гораздо более сентиментален, чем хочет казаться. Правда, у нас есть еще несколько очень дальних родственников. Признаюсь, что это весьма надоедливые люди. – Она встретилась взглядом с Джудит. – Я очень люблю своего племянника. Он единственный ребенок моего единственного брата. Я считаю его своим сыном, которого у меня никогда не было. Вы меня понимаете?

– Я понимаю, что вы желаете, чтобы он был счастлив, – сказала Джудит, тщательно выбирая слова.

– Вы говорите глупости! – Леди Рэдбери театрально возвела глаза к потолку – Счастье – состояние преходящее.

– Мне казалось, что в жизни самое главное, чтобы человек был счастлив.

– Вздор. Гораздо важнее, чтобы человек выполнил в жизни свое предназначение. Я хочу, чтобы Гидеон удачно женился на подходящей женщине, которая родила бы необходимых ему наследников.

– Не вижу, какое отношение все это может иметь ко мне.

– Значит, вы не так умны, как мне казалось, – сердито обрезала леди Рэдбери. – Извините. Я не хотела вас обидеть, леди Честер. Вы позволите называть вас Джудит?

– Я бы предпочла…

– Вот и прекрасно. Значит, Джудит. – Леди Рэдбери наклонилась к ней и накрыла рукой ее руку. – Вы должны понять, Джудит, что я знаю о вас гораздо больше, чем вы думаете.