Барбара Бенедикт - Судьба

К ее великому огорчению, девочка поняла, что он не может помочь. Едва сознавая что-либо, со связанными руками, он мог идти только туда, куда тащили его захватчики — среди них был и Спирос.

Словно устав от забот, Спирос махнул рукой тяжело вооруженному моряку, который приказал солдатам остановиться. Дамос упал на песок, а вооруженный моряк и Спирос подошли к Ике.

Протянув руку, Спирос ждал пока она отдаст меч.

— Шпион, — она словно выплюнула это слово. Кто-то должен схватиться с наглецами. Язон не может победить их один.

Это был безрассудный порыв, но ей удалось поразить двоих. Было трудно делать выпады: царевна вцепилась в ее тунику и мешалась под ногами.

«Вот еще один урок унижения», — подумала она, упав животом на песок.

Ика с отчаянием заметила, как Спирос схватил меч.

— Нет, — закричала она, — это боевой меч Язона, он только для него одного благословлен молнией Зевса.

— Оставь это для меня, Небо, — сказал Спирос, отдавая меч своему товарищу. — Мне всегда хотелось иметь у себя меч героя. — Ухмыльнувшись, он протянул руку, чтобы помочь ей встать, но если это и был жест снисхождения, то Ика не собиралась принимать его. Она ухватилась за руку и изо всех сил постаралась повалить негодяя на землю.

Но он, словно предвидев это, крепко схватил ее, поднял, повернул и прижал ее руку к спине, так что она не могла повернуться, чтобы ударить его. Ика могла только плюнуть в ближайшее лицо. Раздался дружный смех, когда неудачливому солдату пришлось вытереть рукой подбородок.

— Ты храбро сражаешься, — усмехнувшись, Спирос отпустил ее. — Ты достоин доверия своего командира.

— Предатель! — злобно крикнула она.

— Кажется, Язон упустил самый главный урок. Чтобы преуспеть — или даже просто выжить, — нужно было вовремя присягнуть на верность Миносу. И ваш хозяин скоро будет служить примером для тех, кто этого не сделал.

— Грязная собака. Язон выше твоей ничтожной ненависти.

Спирос грустно покачал головой.

— Никто не испытывает ненависти к вашему командиру. Кроме, может быть, Геркона. — Он перевел взгляд на Дафну, которая пряталась за Ику. — Но у него есть свои причины. Его дочь сама решила свою участь, выбрав Язона своим женихом.

— Какую участь?

— Кажется, ваш отец предпочтет отдать вас Минотавру, чем подпустить Язона так близко к трону.

— Лжец! — Глаза Дафны загорелись от гнева, и она вышла вперед. Ика не ожидала от нее такой решимости. — Отец никогда не позволит отдать меня этому мерзкому чудовищу.

— Боюсь, что Спирос прав, — сопровождавший их военный поклонился им, немного покраснев. — Я, Небо, капитан критского флота, получил приказ доставить вас в Кносс.

— Нет, — сказала Дафна с уже меньшей уверенностью и пылом. — Нет, пожалуйста.

— Как мило она вас просит, — Спирос повернулся к Небо. — Интересно, капитан, неужели мы совсем ничего не можем сделать?

Дафна упала на песок возле его ног.

— Пожалуйста, пощадите меня, я вас прошу. Я все сделаю. Все, что вы захотите.

С легкой улыбкой Спирос подошел к Дафне и привлек ее к себе. Послушно, если не сказать страстно, царевна, обняла его. Ика отвернулась, не в силах смотреть на пародию сцены расставания с Язоном.

«Неужели Дафна думает только о своей безопасности? Чего ожидать от дочери Геркона? Этот жадный человек с готовностью отдаст свою дочь Минотавру, лишь бы сохранить свой трон».

Вдруг ее как громом поразило: царь мог с самого начала сотрудничать с Миносом! Вот почему не прозвучал сигнал тревоги и минойские корабли приплыли незамеченными. Геркон готовил ловушку для Язона, а его дочь была лишь приманкой.

И вот почему Спирос так нагло ухмыляется. Ему нет никакой пользы от Дафны, кроме как потешить свое самолюбие. Когда Язон придет на помощь, а в этом можно не сомневаться, и увидит свою невесту в руках другого, он без раздумья вступит в бой.

«Нет, — подумала Ика, — нужно помешать этому». Она снова посмотрела на Дамоса, до сих пор лежавшего неподвижно на песке, потом на меч Язона в руках Небо. Что ей делать?

«Кинжал», — подумала она решительно. Он оставался в ножнах, спрятанный под туникой.

Внимание Спироса отвлечено, и она может неожиданно прыгнуть и приставить лезвие к его горлу. Он станет заложником, и это поможет их бегству.

Пока писарь ласкал Дафну, Ика поняла, что нельзя терять ни мгновения. Она подалась вперед, вытаскивая кинжал из ножен.

Как всегда, Дафна опять все испортила: она закричала от испуга, и Спирос мгновенно обернулся. Ика прыгнула ему на руку в надежде, что ей удастся вцепиться в нее и он не сможет использовать свое оружие, но только подтолкнула его к испуганной Дафне, которая споткнулась и упала на землю.

Послышался яростный крик. На вершине скалы показался Язон.

— Предатель, — кричал он, и земля, казалось, ревела ему в ответ. — Подлый минойский шпион!

Ика снова посмотрела на Спироса, и земля закачалась у нее под ногами. Землетрясение? Посейдон, несомненно, произвел его, чтобы защитить свою дочь и дать Язону возможность спасти их. Пока другие старались обрести равновесие, Ика чувствовала себя сильной и неуязвимой.

Но ее герой тоже не мог устоять на ногах. Ее воодушевление погасло, когда она увидела, как Язон, подобно могучему дубу, рухнул с утеса. Надежда на спасение покинула ее.

Минос уже съел все фрукты, кроме одной неочищенной хурмы и груши, которую он бросил обратно в чашу, а Геркон все не утихал. С усталым видом Минос взялся за хурму.

— Как вы смеете? — Продолжал Геркон, раскрасневшись от постоянного расхаживания взад и вперед перед Миносом. — Неужели вы забыли, кто привел вас в Кносс, кто представил вас критскому двору? Вашей царице? Интересно, как заговорят ваши подданные, когда я скажу им правду об их монархе?

Минос напрягся.

— Правду?

Он говорил с таким холодным спокойствием, что Геркон не догадался об его истинных намерениях.

— Да, я скажу, что их великий Минос никакой не сын Зевса, — кричал неразумный Геркон, — что он был ничем, каким-то жалким солдатом, достойным только лизать подметки моих сапог, когда я нашел его и использовал в своих целях.

Швырнув хурму в стену, Минос схватил Геркона за его жалкую шевелюру, злобно развернул его и приставил свой кинжал к его толстой шее.

— Ты на самом деле такой дурак, что смеешь угрожать мне? — спросил он. — Ты до сих пор не понимаешь, что наступит день и я буду править всем миром?

Не успел Геркон ответить, как из-под земли послышался гул и пол закачался под ними.

— Землетрясение, — прохрипел Геркон. В панике он замахал руками. Из-за резких движений и непрерывного качания кинжал Миноса двигался вверх и вниз, нанося глубокие раны.